Буря страсти - Линдсей Джоанна - Страница 31

— Хэммонд? — задумчиво переспросил Эмери. — Я совсем недавно слышал это имя, но где?

Шерис похолодела. Он, безусловно, не мог что-либо знать о ней, но она на всякий случай поменяла тему разговора.

— Мне очень жаль, что вы уже приглашены на обед, мистер Баскет. — Она бросила взгляд на Сэма и Фиону. — Но, возможно, вы еще раз приедете в Ньюкомб и мы встретимся?

— Я непременно приеду, чтобы насладиться вашим обществом, — галантно ответил Эмери.

— К чему ждать? — вмешалась Фиона, почуяв возможность провести весь вечер с Лукасом. — Почему бы нам не пообедать вместе? — И Фиона уселась рядом с Лукасом прежде, чем Сэм успел сказать «нет». — В конце концов, мы не должны лишать бедное дитя возможности услышать последние сплетни из дома. Должно быть, там немало событий произошло за две недели, что она здесь.

Сарказм Фионы был очевиден, но Шерис это не смутило.

— Вы так добры, миссис Ньюкомб, и не только потому, что согласились разделить с нами общество мистера Баскета, — весело сказала она. — Прошло лет сто с тех пор, как кто-то называл меня «дитя». И я начала чувствовать себя почти старушкой.

— Должно быть, ваш высокий рост вводит людей в заблуждение, — язвительно бросила Фиона. — Но я, конечно, как всякая женщина, способна понять, что вы молоды.

— Ах, миссис Ньюкомб, перестаньте мне льстить. В действительности двадцать лет не так уж мало. — Она не осмелилась посмотреть на Лукаса, опасаясь, что он как-то прореагирует на ее слова, которые сочтет ложью. — Но, наверное, когда я доживу до вашего возраста, люди перестанут считать меня моложе, чем я есть на самом деле. Вас ведь не считают, не так ли?

Сэм едва удержался от смеха, когда увидел выражение лица Фионы. Он догадывался о том, что волнует его жену. Она превратилась в настоящую язву, с тех пор как встретила Шерис Хэммонд. Ей была невыносима мысль, что она больше не самая красивая женщина в округе. Да к тому же Шерис принадлежал тот мужчина, о котором грезила Фиона. Если Лукас теперь женится, он раз и навсегда положит конец надеждам Фионы, и тогда жизнь Сэма станет несколько спокойнее. Он подал знак официанту принести всем выпивку, взяв руководство вечером в свои руки.

Эмери Баскет, мужчина чуть за тридцать, считавшийся в кругу друзей ловеласом, сев рядом с Шерис, совершенно забыл причину своего визита в Ньюкомб. Обнаружить в этом маленьком городке женщину с таким вкусом и манерами, как у мисс Хэммонд, казалось просто чудом, и он намерен был во время обеда насладиться этим чудом полностью, если миссис Ньюкомб хоть ненадолго прекратит свои насмешки.

Шерис, несомненно, принадлежала к одной из богатых семей Сент-Луиса, о которых Баскет только читал в газетах. Хотя он никак не мог припомнить, чтобы там упоминалась фамилия Хэммонд. Во всяком случае, не в Сент-Луисе. Но где же он слышал это имя недавно? Черт, Эмери терпеть не мог, когда что-то вот так ускользало от него.

Принесли выпить — виски для мужчин и бутылку превосходного белого вина для дам. Сэм взял на себя обязанность выбрать блюдо для всех. Обед проходил в довольно приятной атмосфере. Фиона сосредоточила все внимание на Лукасе, а Шерис удалось настолько одурачить и очаровать Эмери Баскета, что он поверил, будто она прекрасно понимает, о чем он говорит, когда он сообщал ей ту или иную новость о сент-луисском обществе.

Она не замечала, что Лукас обращает гораздо больше внимания на ее разговор, чем на болтовню Фионы. Его занимала ее игра. Но Эмери уж чересчур откровенно восхищался ею. Он был довольно привлекателен и имел щегольской вид, который Шерис, видимо, считала естественным для мужчины. Он напоминал ей о том, что она оставила в прошлом. Черт, зачем только ему пришла в голову мысль познакомить Шерис и Эмери? Какая глупая идея!

— Маркус Хэммонд! — вдруг воскликнул Эмери и смутился, когда все на него посмотрели. — Извините. Но знаете, как это бывает, когда что-то словно вертится на кончике языка. Вот имя, которое я никак не мог вспомнить.

— Что ж, не останавливайтесь на сказанном, мистер Баскет, — подбодрила его Фиона.

— О, право, не знаю… — смутился Эмери.

— Это какой-нибудь твой родственник, дорогая? — спросила Фиона у Шерис без особого интереса.

— Нет, — ответила Шерис громче, чем следовало. Ей удалось сохранить невозмутимое выражение лица, но голос — другое дело. Опустив глаза, она добавила:

— По-моему, я никогда не слышала о Маркусе Хэммонде.

Тогда Эмери решил рассказать эту историю. По его мнению, она довольно занимательная.

— Это какой-то богатый чудак из Нью-Йорка. Один из моих друзей рискует потерять работу, если не найдет дочь этого чудака. Видите ли, мой друг Джим работает в одном из крупнейших сыскных агентств Нью-Йорка. Награда за девушку настолько огромна, что его босс жаждет результатов, а не то… о — Нью-Йорк, — задумчиво повторил Лукас. — А как зовут девушку?

У Шерис возникло желание забраться под стол.

— Кажется, он не говорил мне, — ответил Эмери.

— Девушку похитили, мистер Баскет? — рискнула вмешаться Шерис, понимая, что отсутствие интереса с ее стороны удивит Лукаса.

— Нет, по правде говоря, это был побег. И Джим крайне недоволен этим заданием. Он должен прочесать четыре штата, не имея почти никакой надежды на успех. Очень легко затеряться в такой огромной стране, можно поменять имя и внешность. Известно, что девушка уехала из Нью-Йорка поездом, прихватив с собой драгоценности, что даст ей возможность вести безбедную жизнь в любой части страны, где она только пожелает. Но Джим считает, что она, запутав следы, вернулась в Нью-Йорк и скрывается в одном из отелей. Такова его версия.

— Почему? — спросила Фиона.

— Она родилась в Нью-Йорке и прожила там всю жизнь. Кроме путешествия в Европу, она никогда не выезжала за пределы штата. Зачем ей уезжать из единственного города, который она знает, только из-за разногласий с отцом? И что заставило ее бежать? Джим считает, что девушка вернется домой сама и огромная награда никому не достанется, так что его поездка на Запад бессмысленна.

— Все это так увлекательно, мистер Баскет, — с невинным видом сказала Фиона. — Особенно когда здесь, рядом с нами, сидит наша собственная мисс Хэммонд. Если бы Люк не сказал нам, что она из Сент-Луиса, я бы решила, что она и есть та испорченная богатая девчонка, убежавшая от своего отца.

Шерис заставила себя казаться спокойной, хотя ей хотелось закричать. Фиона язвила, но принесла больше вреда, чем сама того ожидала. Миссис Ньюкомб поняла это по тому, как изменилось выражение лица Лукаса.

Глаза Шерис потемнели и стали темно-лиловыми, но губы продолжали улыбаться.

— Что за странные вещи приходят вам в голову, Фиона? Такие фантазии были бы естественны в устах впавшей в маразм старухи или перепившего человека. Но вы не настолько старая и едва прикоснулись к вину. Не знаю, чем объяснить ваши нелепые измышления.

Фиона подскочила на стуле.

— Ах ты, маленькая…

— Тихо, тихо, — усмехаясь, вмешался Сэм. — Признай, что игра закончилась вничью, Фиона.

— Но…

— Уймись, — решительно сказал он. — Пойди припудри нос, пока я закажу десерт, это тебя немного охладит. Фиона, кипя возмущением, ушла. Шерис поднялась вслед за ней.

— Мой нос тоже нуждается в пудре. С вашего позволения, джентльмены.

— Шерис!

Она сделала вид, что не заметила предостерегающую нотку в его голосе.

— Не бойся, Лукас, я не потеряюсь. Я пойду на звук только что захлопнувшейся двери.

С ослепительной улыбкой она вышла из-за стола и удалилась, прежде чем он успел удержать ее. Теперь оставалось только ждать, как миссис Ньюкомб поведет себя, оставшись с соперницей один на один.

Лукас сидел нахмурившись и барабанил пальцами по столу. Сэма все это явно забавляло. Эмери не знал что и думать.

Через минуту из дамской комнаты раздался приглушенный, но все же достаточно различимый шум. Лукас вскочил.

— О, не беспокойся, — остановил его Сэм, еще не утративший хорошего настроения. — Какой вред могут причинить друг другу две женщины?