Дочка людоеда, или приключения Недобежкина - Гуськов Михаил - Страница 49

В табели о рангах сверхъестественных сил баба-яга и людоед занимают один уровень, но баба-яга идет как бы по гражданскому ведомству или примерно так, как транспортная авиация в военно-воздушном флоте, тогда как людоеды — это скорее ведомство военное, но как бы относящееся к снабжению и фуражировке действующей армии.

— Здравствуй, Андрюшечка! — обрадованно зашамкала Агафья. — Большой, большой ты стал! Возмужал, возмужал!

Агафья прошлась по кабинету, взглянула на портрет отца Повалихина, впилась глазами в фотографии жены и дочки.

— Твоего батюшку, царствие ему небесное, как сейчас, помню. Ты весь в него, дорогой крестничек, весь в него и в дедушку. Прадедушка у тебя был молодец. Ты по сравнению с ним мелковат. Этот, бывало, положит Ивашку на Василька, Петьком накроет и, как гамбургер по-нынешнему, — хрясть! — и только лапти сплюнет. Помню, купца одного, веришь ли, тот ехал в экипаже, так он его прямо с экипажем и парой гнедых съел — и ни в одном глазу. А какой семьянин был, и в вере тверд! Чтоб Великим постом он хоть взгляд бросил на человечину? — ни-ни. Не то, что нынешние, жрут кого ни попадя в любое время года. Тьфу!

— Здравствуйте, Агафья Ермолаевна! Вы все молодеете! — сдержанно улыбнулся Андрей Андреевич незваной гостье, беря у нее из рук помело и бережно ставя его в угол. — Чайку или винца не желаете? Есть французское "Бордо". Папа мне говорил, вы очень любите.

Спиртного?! Ни-ни! Сейчас антиалкогольная кампания. Я обеими руками и ногами поддерживаю все решения правительства. Закон есть закон. Закон нашему брату нарушать нельзя. Как Михаил Сергеевич сказал: "Что закон не запрещает, то он разрешает". Такого закона, чтоб Ивашку в печке жарить нельзя было, ведь нет? Значит, разрешено. А потом, возраст не тот, опять же транспортным средством в нетрезвом состоянии управлять нельзя. ГАИ остановить может.

Андрей Андреевич предложил Агафье кресло, а сам сел на диван.

— Хозяйка велела тебе сегодня прибыть на званый ужин в ресторан "Русская изба" в Архангельское, для тебя дело есть. Скушаешь Недобежкина. Слыхал про такого молодца?

Агафья с торжеством посмотрела на крестника.

— Прости, Агафья, но я на это дело не гожусь! — взволнованно ответил Валин отец.

— Что так? Невкусно тебе, что ли, аспирантом закусить? Или ты заелся? Отвечай!

— Видите ли, дорогая тетушка! — В голосе начальника Бокситоэкспорта появились искательные нотки. — Он посватался к Вареньке. Жених он моей дочке.

— Ну и что, что жених? Мало ты этих женихов сожрал? Петунина, Шамро, Девочкина. Этих надо было съесть А Фролова зачем сожрал?

— По ошибке!

— Ну, и этого сожрешь, Хозяйка велела.

— Не могу я! Дочка его любит, это у нее серьезно, она сама не понимает, а мы с женой видим.

— Андрей, ты наш закон знаешь. Хоть ты мне и крестник, и внучатый племянник, дурака валять брось. Недобежкин твою Варьку не любит, он в Хозяйку по уши втрескался.

— Да разве это любовь, Агафья, это же наваждение. Человек этим чарам противостоять не может, а кончатся чары — и будет он любить Вареньку. Она чудесная, добрейшая девочка.

— Людоедка твоя девочка. Ты людоед и жена людоедка, и дочка твоя тоже людоедка — и кончим этот разговор. Клятву давал?! Закон знаешь?! Нового жениха Варьке найдем. Чтобы в десять часов в Архангельском был. Сожрешь Недобежкина — Хозяйка тебя озолотит, Варьку замуж за миллионера выдаст. В Америке жить будет. Как сыр в масле кататься. А тебе — счет в Швейцарском банке откроет, не все же тебе спины номенклатурщикам веником охаживать! Ну, будь здоров! А иначе по миру пойдешь! Яхты твои и баня — все синим пламенем сгорит, и должность — фу! — Агафья дунула, изображая, как улетит от Андрея Андреевича его должность.

Старуха в расстроенных чувствах, что крестник выказал такое упрямство, даже забыв помело, вышла на балкон и впрыгнула в ступу.

— Адье, крестничек? — Она послала Повалихину воздушный поцелуй и полетела между домами нервными зигзагами.

Неужели и людоеды держатся за материальное благополучие, неужели и Андрей Андреевич боялся потерять то немногое, что имел в жизни? Как я заблуждался раньше насчет мотивов многих человеческих, а тем более людоедских, поступков, теперь, узнав их поближе, я понял, что они руководствуются в своих поступках очень прозаическими мотивами.

— Папа, я все слышала? — На пороге кабинета Андрея Андреевича стояла дочь. — Неужели ты съешь Недобежкина?

Каково интеллигентной девушке, студентке института имени Гнесиных, три часа назад догадавшейся, что ее папа — людоед, узнать, что от него требуют съесть ни в чем не повинного молодого человека!

— Нет, Варенька! Я сделаю все, что в моих силах, чтобы его не есть. Но ты плохо знаешь мир. Бывает, что обстоятельства сильнее нас. Я должен выйти на свежий воздух.

Андрей Андреевич вышел на балкон, с которого только что улетела Агафья. Варенька отправилась следом, и в этот момент они оба увидела, как во двор через арку дома въехали два роскошных лимузина и из них вышла компания из трех молодых людей в ослепительно модных костюмах и двух очаровательных девушек.

— Боже мой, это же Недобежкин! — воскликнула Варя. — Папа, посмотри, это же Аркадий! Неужели ты его съешь? Папа, я запрещаю тебе это.

Варя бросилась к отцу и схватила его за руки.

— Дорогой папочка, милый, любимый папочка, неужели ты хочешь погубить свою дочь? Поклянись, что ты ни за что не съешь Аркадия. Папа, если ты меня любишь, если тебе дорога твоя дочь, ты этого не сделаешь? Я умру, если это случится!

Варенька хотела было выбежать с балкона, но тут в воздухе опять показалась Агафья.

— Помело забыла! Старость — не радость. Все забывать стала. Огорчил ты меня, Андрюшечка. Ага, и дочка твоя тут как тут. Красавица, ничего не скажешь. Ну-ка, посторонитесь!

Агафья посадила на балкон ступу и приказала Варваре:

— Принеси-ка мне, внученька, помело, там в углу стоит. Да побыстрее, а то я видеть этих гавриков не могу, они старят мою нервную систему.

Баба-яга указала крючковатым носом на два лимузина, из которых вышел Недобежкин с компанией.

— Ишь, какой шикарный, нет чтобы скромно жить, уже и лимузинами обзавелся.

Варя, пытливо взглянув на старуху, ушла в кабинет отца и тут же вернулась, передавая седой клыкастой летунье помело.

— Ну, прощайте, дорогие родственнички. Приказ помни, Андрей. Прощай и ты, внученька. Жаль, хорошая девка у такого папаши. Прощай, внученька, думала по-родственному потрафить тебе в жизни, да рассердил меня твой папка, сильно рассердил. Прощай, Андрюшка, помни про приказ.

Варя в тот момент, когда баба-яга, взмахнув помелом, начала взлетать, прыгнула к ней в ступу.

— Варя! — крикнул отец, ошеломленный поступком дочери. — Что ты делаешь? Куда ты? Вернись! Ты погубишь себя рядом с этой старой развратной женщиной. Маша! Маша! Варька с Агафьей улетела. Повлияй хоть ты на нее.

На балконе появилась Марья Васильевна. Увидев дочь в ступе, удаляющуюся по воздуху над крышами домов, она заломила руки и заметалась по балкону, крича:

— Варя, доченька, вернись!

Но доченька, только помахав родителям рукой, скрылась с Агафьей за крышами.

Если вы молодая девушка или юноша, полный надежд, и живете в глуши, мимо которой раз в год проносится поезд счастья или проплывает корабль удачи, то у вас есть шанс прыгнуть на их подножку или трап и скорее всего сорваться, но все-таки попробуйте испытать этот единственный шанс из тысячи, и, может быть, вам повезет. Рискните! Поезд лишь на секунду притормозит, а корабль лишь на мгновение замедлит свой ход, и если вы начнете сомневаться, знайте — вы погибли, вы упустили свой шанс. Если же вы очертя голову прыгнули и удержались на подножке, то теперь рассчитывайте каждое свое движение, но действуйте — стучите, умоляйте кондуктора открыть вам дверь вагона или упрашивайте капитана, чтобы он пустил вас хотя бы в машинное отделение, и вам отворят. Знайте, главное — это попасть на поезд счастья или сесть на корабль удачи хоть юнгой, хоть зайцем. Теперь все зависит от вас, действуйте, используйте свой шанс и помните: он у вас всегда один из тысячи, но у тех, кто не рискнул — шансов нет. Так что смелее прыгайте на подножку поезда или на узкий трап.