Скандальные последствия - Маринелли Кэрол - Страница 18

Сердце Нико колотилось в груди: он узнал ребенка. «Потому что он мой», — подумал он. Он прошел в ванную. Воздуха во всем доме было мало, его прошиб холодный пот, голова кружилась. Нико казалось, что он вот-вот рухнет в обморок, словно нежная девица.

— Бред какой-то.

Нико кинулся к раковине и поспешно умылся. И что с того, что ребенок от него. Он догадывался. Он взглянул в зеркало и не узнал сам себя. Нико прикоснулся раскрытой ладонью к поверхности, отражение повторило за ним.

Он хотел, чтобы Конни и Лео ушли. Он не хотел любви. А Констанс нужна была именно она. Не страсть, не особняк с землей, она хотела любви, а ее-то Нико и не мог ей дать. Она не задержится в его жизни. Нико жил в быстром темпе, не принимая посягательств на свою свободу. Как скоро семейная жизнь наскучит ему? Как скоро Конни уйдет?

А она обязательно покинет его рано или поздно. Нико был уверен в этом и просто хотел, чтобы расставание произошло как можно быстрей. Следует не тянуть, а словно оторвать пластырь с ранки одним движением. Он продемонстрирует ей свой образ жизни во всей красе, сам оттолкнет Конни. Она увидит, насколько они разные.

Конни готовила салат в кухне. Нико наблюдал за ее уверенными движениями. Она так и не переоделась, и Нико видел, как колыхалась грудь, видел загорелую кожу на животе. Дальше тянуть нельзя.

Пусть не думает, что он всегда живет в таком темпе. Он ей покажет, что им нельзя быть вместе. Нико вытолкнет ее из зоны комфорта, и случится это так же быстро, как она лишила его покоя.

— Мне надоело есть одно и то же.

Она вскинулась.

— Давай сходим куда-нибудь.

Да, потому что он ужинал в ресторанах, а не проводил время за раскладыванием пазлов после тихой трапезы дома.

— Ладно. — Конни замешкалась. — Я одену Лео.

— Нет, только мы.

Она готова была возразить такому поспешному решению, но подумала, что, должно быть, не поняла его слов. К тому же Конни с радостью вышла бы в люди.

— Спрошу, сможет ли Деспина присмотреть за ним.

Конечно, женщина была в восторге от возможности повозиться с Лео. Странно, но Нико, похоже, был не слишком рад этим новостям.

— Шарлотта забронировала нам столик и машину с водителем. Выезжаем через полчаса.

— Зачем нам водитель, если у тебя столько своих машин? — спросила Конни. Она помнила целый ряд спортивных автомобилей в гараже, вот только Нико никогда не садился за руль при ней.

— Может, мне захочется выпить.

— Тогда мы могли бы прогуляться.

— Ты хочешь идти пешком до «Равелса»? — Он посмотрел на ее домашний наряд. — Отель далеко, а ты будешь на каблуках. Машина — самый лучший вариант.

Конни поняла его замысел: Нико хотел смутить ее своим выбором, надеялся, что она придумает повод отказаться. Что ж, такого удовольствия она ему не доставит.

— Значит, мне лучше поторопиться, — улыбнулась она.

Зачем ей все это? Конни и сама не знала, но она точно не позволит Нико унизить ее. Может, она и выросла не на той стороне острова, может, она и не была ухоженной, гламурной красавицей, с которыми привык иметь дело Нико. Но сидеть дома и вариться в соку собственной неуверенности в себе она не желала.

Конни быстро приняла душ, затем включила фен и наспех высушила волосы. Она кинулась к шкафу с одеждой. Что же ей надеть? Все вещи, что принесла Деспина, не подходили для похода в ресторан. А ее собственная одежда растянулась во время беременности. Кроме…

Конни вытащила чемодан; на дне, все еще в чехле, лежало то самое платье, в котором она поехала бы в свадебное путешествие. А вместо этого тот вечер она провела за объяснениями с родителями и Ставросом.

Сам фасон стерся из памяти, она помнила лишь пурпурный оттенок платья. Но, развернув бумагу, она поняла, что цвет скорее лиловый. Сшитое из мягчайшего кашемира и шелка, платье стоило гораздо дороже, чем она сказала родителям.

Сейчас же оно напомнило ей о том сумасшедшем дне, когда она купила его в Афинах. В тот день она потратила так много денег, словно с цепи сорвалась. Что ж, наконец она сможет оправдать потраченные деньги. Конни моргнула, обнаружив еще и комплект белья, о котором совершенно забыла. Как приятно было натянуть элегантное кружево после всех этих месяцев ношения простого хлопка.

«Хоть бы подошло», — взмолилась Конни про себя.

Она надела платье. Ткань скользнула по изгибам фигуры, которых не было, когда она в последний раз примеряла его. Конни зажмурилась, страшась взглянуть на свое отражение в зеркале, уверенная, что платье село ужасно. Но, взглянув на себя, она поняла, насколько ошибалась. Теперь оно шло ей гораздо больше, ткань скрыла все недостатки и подчеркнула полную грудь.

Конни задрожала в предвкушении реакции Нико. В таком платье женщина чувствовала растущую уверенность в себе. Если он рассчитывал, что она передумает идти, то его ждал большой сюрприз.

Впервые с того ужасного скандала с родителями, с тех самых пор, как она обнаружила, что беременна, Конни открыла сумку с косметикой. В ход пошло немного тональной основы и румян. Тушь почти высохла, но все же ей удалось подкрасить ресницы. Она расчесала густые, темные волосы, но не стала убирать их в хвост или пучок, как она делала это обычно, а вместо этого пальцами придала форму кудрям так, что они мягкими волнами легли на плечи. Остался последний штрих — помада. Стоило Конни надеть шпильки, как она вдруг почувствовала себя в своей тарелке.

— Деспина пришла, — донесся до нее голос Нико.

Конни еще раз взглянула в зеркало и задорно улыбнулась.

— Иду.

Была бы у нее еще хоть капля духов и тяжелое ожерелье — подчеркнуть декольте! Но на вооружении у Конни была лишь ее улыбка.

Она поприветствовала Деспину и совсем не обратила внимания на Нико.

— Красавица! — воскликнула женщина, словно прочитав мысли Нико.

Он замер как громом пораженный.

— Вы знаете, где лежит все, что Лео понадобится. Кстати, ваша племянница будет звонить сегодня.

— Не беспокойся, — махнула рукой Деспина.

Но Конни знала, насколько сильно та ждала этого звонка, как она соскучилась.

— Может, унесете его к себе? — Деспина обожала присматривать за Лео, она и Паоло с радостью примут его в своем доме. Так они смогут провести вечер вместе.

— Вы не против? — переспросила Деспина.

Конни понимала, что так было бы лучше, и все же сердце сжалось, когда Паоло предложил перенести кроватку в их дом на ночь.

— Так вы не будете переживать из-за своего позднего возвращения.

Это было разумное решение — уж лучше сделать так, чем разбудить их после полуночи, чтобы забрать сына. Конни собрала вещи Лео, поцеловала его на ночь, и Паоло унес колыбель, но на сердце у Конни было неспокойно.

Ведь они остались с Нико наедине впервые за очень долгое время.

С Лео в доме она чувствовала себя уверенней. Он давал ей повод избегать Нико. Конни посмотрела вслед удаляющемуся трио и с натугой улыбнулась.

— О, вот и машина. Возьму сумочку и деньги.

— Зачем тебе деньги? Мы поужинаем за мой счет.

— Мне они нужны, — ответила Конни.

Конечно, ее сумка потускнела и не совсем подходила к платью, но она не выйдет из дома без нее. Ей важно было знать, что она сможет уехать из ресторана сама в любой момент. Для ее душевного спокойствия было важно знать, что ей хватит денег на такси для себя и Лео, как бы жизнь ее ни кидала из стороны в сторону. Хотя если Нико бросит ее в ресторане, вряд ли она сможет оплатить счет. А если судить по его настроению, он вполне может поступить подобным образом.

— В любом случае ты не сможешь позволить себе половину счета, — сказал он.

Конни помнила долгие, утомительные ужины со Ставросом и их семьями, после которых она засыпала в слезах. Как бы она ни старалась угодить своему жениху, тот всегда был недоволен. Больше никому она не позволит говорить с собой таким образом.

— Я передумала. Что-то мне не хочется идти.

Нико ждал такого решения. Только вот причина была совсем другой.