Как очаровать распутника - Дрейлинг Вики - Страница 15

Бофор взял затянутую в перчатку руку Джорджетты и поцеловал. Затем взглянул на Джорджетту, и его синие глаза ласково засияли. В этот миг Эми поняла, что он без памяти влюблен.

– Мисс Хардвик, я как раз вас ищу, – сказал мистер Осгуд.

Эми улыбнулась ему. С прошлого года он очень повзрослел, и лицо приобрело четкие контуры. Он больше не был худым нескладным юношей.

– Мистер Осгуд, вы сегодня ослепительны.

– Боюсь, я сильно запоздал с извинениями.

Эми растерянно моргнула:

– Прошу прощения?

– Год назад я наступил вам на ногу во время танца. – Осгуд рассмеялся. – Я просил старших сестер научить меня как следует танцевать, чтобы не опозориться снова. Вы позволите мне загладить вину, согласившись со мной потанцевать?

– Я с радостью составлю вам пару.

Осгуда трудно было назвать красавцем в классическом понимании, но за последний год он приобрел некоторый лоск. Эми нашла очаровательной его манеру забавного самобичевания. И ей было отрадно видеть, как Салли и лорд Карадерз вслед за ними вступают в круг танцующих.

Бофор и Джорджетта также закружились в танце. Светлые волосы Бофора в сочетании с темными бровями делали его лицо необычайно притягательным для женских глаз. Он подмигнул Джорджетте, стоя напротив нее в шеренге мужчин. Она послала ему воздушный поцелуй. Рассмеявшись, он схватился за сердце. Как подозревала Эми, Бофор завоюет сердце подруги еще до конца сезона.

Их милый флирт заставил Эми удивляться, почему накануне Джорджетта говорила, что не знает, как относиться к Бофору. Может быть, она преодолела свои сомнения? Затем Эми в голову пришла странная мысль. Отец Джорджетты постоянно твердил, что дочери не следует выходить замуж очертя голову, однако, с другой стороны, леди Босвуд торопила дочь с замужеством. Джорджетта никогда не спорила с матерью в открытую, но сейчас поведение ее показалось Эми молчаливым бунтом. Если так, Джорджетта вряд ли отдавала себе отчет в том, как себя вести. Ясно, что она запуталась в противоречивых мнениях лорда и леди Босвуд. Эми решила поговорить с ней сегодня же вечером наедине, поскольку надеялась помочь подруге разобраться в собственных чувствах.

Музыканты наигрывали веселую мелодию контрданса, и Эми сосредоточилась на фигурах танца. Она чувствовала себя на седьмом небе, поскольку не сидела среди молчаливых наблюдателей, подпирая стену. Она танцевала с мистером Осгудом, который оказался отличным партнером. Особенно если учесть, что раньше ей доводилось несколько раз танцевать с пожилыми джентльменами на деревенских посиделках, и всего раз в Лондоне, по иронии судьбы как раз с мистером Осгудом! Прогнав прочь свои страхи, Эми от души отдалась танцу.

Когда они оказались лицом к лицу на середине зала, она улыбнулась мистеру Осгуду:

– Ваши сестры потрудились на славу! Вы очень хорошо танцуете.

– Благодарю. Я передам сестрам, что вы одобрили мои усилия.

– Вы по-прежнему пишете стихи? – спросила Эми.

Осгуд улыбнулся.

– Сестры прочитали мои сочинения и велели бросить поэзию. Что за слово они придумали для описания моих виршей? А, вспомнил – «жуть».

Эми рассмеялась.

– Неужели правда?

– О да, – ответил он, когда они сделали круг. – Истинная причина, почему я начал сочинять, так это моя буйная фантазия. Так и представлял, как с задумчивым видом стою возле колонны, а все дамы влюбляются в меня до безумия.

Эми снова засмеялась. Очевидно, его манеры улучшились куда больше, чем она вначале предполагала. Этот юноша стал просто очарователен!

Когда танец, наконец, закончился, у Эми не осталось больше сил смеяться бесконечным шуткам мистера Осгуда. За ними к столу с закусками подошла и Джорджетта с Бофором, намереваясь выпить пунша. Эми была счастлива. За какие-то две недели она сделала семимильный шаг к тому, чтобы вдребезги разбить репутацию неудачницы «желтофиоли».

Мистер Осгуд откланялся, и Эми вдруг оказалась одна. Джорджетту увел Бофор, и Салли нигде не было видно. Эми налила себе еще пунша. Обвела глазами зал и увидела особу, которую презирала годами. Леди Элизабет, теперь леди Эджмонт, – настоящая фурия, впрочем, весьма популярная в светском обществе.

Эми невольно оцепенела. Ей вспомнилось, как два года назад Элизабет со свитой приспешников прошлась вдоль скамейки «желтофиолей». Эми тогда уставилась в пол, чтобы не встречаться глазами с толпой злобных девиц. Ей никогда не забыть слова Элизабет: «О, взгляните на этого гадкого утенка! По-вашему, она когда-нибудь станет лебедем?»

Злобный смех Элизабет и ее почитательниц вонзился в сердце Эми подобно кинжалу…

К Элизабет подошел супруг и, наклонившись, что-то сказал. Помрачнев, она передернула плечами. Лорд Эджмонт заговорил снова, на сей раз весьма раздраженным тоном. Элизабет покачала головой. Он удалился, а она смотрела, как он уходит, с ядовитым выражением лица.

Эми была потрясена. Все эти годы ей представлялось, что Элизабет получила от жизни все, о чем мечтала. В прошлом году, когда объявили о помолвке Элизабет с лордом Эджмонтом, глаза Эми распухли от слез. Ее возмущало, как несправедливо устроена жизнь. Потом она представляла себе, что Элизабет, став леди Эджмонт, ведет идиллический образ жизни. Теперь же она поняла, что ее личный враг так и не нашел счастья в браке!

Где же тогда желанный триумф? Эми бы радоваться, ибо справедливость наконец восторжествовала, но никакого удовлетворения оттого, что брак Элизабет не превратился в сказку, Эми не испытывала. Элизабет наговорила и наделала ей и ее подругам кучу гадостей. В подобных обстоятельствах Эми не могла понять собственной реакции на то, чему только что явилась свидетелем. Ей бы ликовать! Торжествовать оттого, что Элизабет получила по заслугам.

Но затем Эми поняла, что лишь жестокие и недалекие люди способны радоваться несчастью других. Ей незачем искать отмщения. Элизабет никогда не познает счастья, потому что она бесчувственная и у нее мелкая душа!

Впрочем, к чему размышлять об Элизабет? Отставив пустой бокал, Эми решила разыскать подруг. Сегодня она непременно испытает собственные силы, подойдя к какой-нибудь группе гостей и вступив в беседу. Если встретит холодный прием, просто извинится и удалится.

Однако пора выбираться из толпы туда, где посвободней. Подхватив юбки, Эми пошла прочь от стола с напитками. Вот это столпотворение! Ей начинало казаться, что она никогда отсюда не выберется. Эми остановилась и вытянула шею, чтобы лучше видеть, и тут кто-то схватил ее за локоть. Изумленно ахнув, Эми подняла голову. На нее смотрели насмешливые темные глаза Дьявола.

– Я вас напугал? – спросил он.

В его голосе чудились бархатистые раскаты. Наверное, он привык так разговаривать, соблазняя своих любовниц.

– У вас привычка хватать женщин за руки?

Дьявол довольно усмехнулся.

– Только вас.

Эми презрительно скривилась. Но не успела она понять, что происходит, как он просунул ее руку под собственный локоть и быстро повел прочь из толпы.

Она чувствовала тугие мускулы его руки даже под шерстяной тканью рукава. Почему-то это ощущение внушало ей неловкость.

– Пустите меня.

Дарсетт казался очень довольным.

– Вы ранили меня в самое сердце. Я жажду вашего общества.

– И в этом ваше несчастье, – парировала она, – ибо я жажду вашего отсутствия.

Дьявол громко рассмеялся, чем привлек внимание нескольких мамаш, глядевших на него с хмурым выражением на лицах.

– Тише, – испугалась Эми. – На нас смотрят.

– Ну и пусть. – Его взгляд обежал ее с ног до головы, и Эми почувствовала себя раздетой.

– Мне нравится ваше платье, оно поблескивает в свете свечей.

У Эми вдруг закружилась голова. Многие дамы выразили восхищение ее фасонами. Но простое замечание, что платье, оказывается, поблескивает, как-то особенно тронуло ее. Дьявол не собирался ей льстить, просто ему понравилось платье, которое она придумала. А она слишком гордилась своим искусством, чтобы не замечать его искреннего восхищения.