Двойное похищение (СИ) - Хадсон Дана - Страница 1

Дана Хадсон

Двойное похищение

Все права защищены. Никакая часть электронной версии этой книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме и какими бы то ни было средствами, включая размещение в сети Интернет и в корпоративных сетях, для частного и публичного использования без письменного разрешения владельца авторских прав.

©Электронная версия книги подготовлена компанией ЛитРес (www.litres.ru)

1

Таксист, молодой темнокожий парень, лихо свернул на Пятую Авеню. Сидевшая в салоне Софи Аддисон сразу занервничала. Она не любила проезжать мимо площади, где до 2001 года стояли башни торгового центра. Хотя после теракта прошло уже много лет, но ей до сих пор помнился тот ужас, что испытали они с матерью в те страшные дни. И хотя никто из их знакомых не погиб, Софи старательно избегала это ужасное место.

– А можно проехать по другой улице?

Таксист ее не понял.

– Почему по другой? Здесь же ближе. И машин меньше.

Софи тоже неоднократно замечала, что по этой улице люди стараются не ездить. Не желая показаться слишком сентиментальной, скованно попросила:

– Давайте свернем на параллельную улицу, хорошо?

Парень пожал плечами – ему-то что? И свернул на Седьмую авеню. Здесь движение было куда плотнее, и ползли они как улитки. Но тем не менее через двадцать минут Софи была на работе.

Ресторан «Огни Нью-Йорка» не имел звезд Michelin и в перечень модных не входил, но имел хорошую репутацию и его посещала достойная публика, главным образом клерки из окрестных офисов. Софи, как внештатная официантка, работала по утрам – с восьми до четырех. Вечером заработки были на порядок выше, поэтому по вечерам работали уже штатные официанты. Но и утром можно было неплохо заработать, особенно если учесть немаленькие чаевые. Конечно, они складывались в общий котел, но Софи из него перепадала вполне достаточная доля.

Она училась в медицинском колледже в Бруксе, надеясь со временем стать дипломированной медсестрой, как и ее мать. Мама осталась в Антанте, где работала в стоматологическом кабинете, помогая немолодой уже миссис Лейн, дантисту. Практика у них была небольшая, но устойчивая. Пациенты посещали миссис Лейн много лет, не желая менять проверенного дантиста на новомодные стоматологические клиники, да еще пара-тройка холостяков приходила к ней гораздо чаще, чем требовалось, в надежде соблазнить-таки мисс Кристин Аддисон прелестями стабильной семейной жизни. Но мама, раз обжегшись, не только вернула себе девичью фамилию, но и прониклась твердым убеждением, что мужчинам доверять ни в коем случае нельзя.

Когда Софи выросла достаточно, чтобы понимать, что к чему, Кристин, старательно выбирая выражения, рассказала ей, не называя имен, что бывший муж обманывал ее с другой женщиной. Она несколько лет терпела, но когда узнала, что любовница мужа ждет ребенка, просто ушла, оставив неверному мужу заверенное нотариусом согласие на развод. И ни о чем не жалеет.

С тех пор они об этом больше не говорили – Софи видела, какую боль доставляют матери воспоминания. Да и какая теперь разница? Ее отец наверняка женился на той женщине, и у него, вполне возможно, большая семья.

Иногда Софи задумывалась о том, каково это, быть членом большой дружной семьи, но не могла себе этого представить. Она всегда жила только с мамой. Кристин Аддисон была очень красивой женщиной, и с возрастом ее красота не поблекла, наоборот, стала ярче и совершеннее, и на нее всегда обращали внимание мужчины, но она не поддерживала отношения ни с кем. Возможно, не верила в чистоту их намерений, а может быть, до сих пор любила своего неверного мужа.

После окончания школы Софи решила попробовать пожить своей жизнью. И уехала в Нью-Йорк. Сняла комнату в недорогом пансионате, похожем на те, что в начале прошлого века описывал О’Генри, записалась в медицинский колледж, что в свое время окончила ее мать, и принялась искать работу.

Это было непростое дело, но Софи не чуралась любого заработка. Она работала уборщицей в небольшой частной парикмахерской, подрабатывала в клиринговой фирме, в общем, хваталась за любую работу, чтобы оплатить пансион и учебу, но все равно за два года смогла закончить лишь один курс. Конечно, если бы у нее были деньги, все было бы гораздо проще. Ей не раз предлагала помочь Кристин, но Софи решительно отказывалась, у матери заработок хотя и стабильный, но небольшой. К тому же она делала немаленькие взносы в Пенсионный фонд Антланты, стараясь к старости накопить пенсию побольше.

Когда полгода назад Софи подвернулась дневная работа в «Огнях Нью-Йорка», она сочла это редкостной удачей. Сначала Софи заменяла заболевшую официантку, а потом ей дали постоянное место, правда, без социального пакета, но Софи была рада и этому. Денег здесь она получала раза в три больше, чем на предыдущих местах работы. Она даже подумывала заплатить за весь второй курс сразу, что было гораздо дешевле, чем оплачивать сдачу отдельных предметов, но решила сначала сделать надежный запас на будущее. Жизнь непредсказуемая штука, всегда возникают какие-то непредвиденные траты.

Вот и сегодня в метрополитене, на котором она обычно ездила в Манхеттен из Бруклина, что-то случилось, и огромная толпа народа бросилась наверх в поисках наземного транспорта. Софи повезло, ей удалось поймать такси почти сразу. С ней село трое компаньонов, поэтому проезд вышел не таким дорогим, хотя таксист взял с них гораздо больше, чем обычно. Но это понятно, бизнес есть бизнес. Зато она успела точно к началу рабочего дня.

Мистер Бойс, старший официант, самолично метался по залу, стараясь привести его в порядок к открытию. Завидев Софи, кинулся к ней с паническим воплем:

– Наконец-то! Скоро открытие, а в зале настоящий свинюшник!

Софи оглянулась. В самом деле, вечерняя смена оставила зал неубранным. Везде валялся мусор, битая посуда и рваная бумага. Перевернутые стулья и столы тоже не украшали интерьер. Как такое могло произойти?

Подгоняя ее, Бойс торопливо объяснил:

– Вчера ресторан снимали ковбои из Невады. Официанты сбились с ног, пытаясь им угодить. Но, сама понимаешь, ковбои – это особая статья. Они вырвались из своих степей и теперь гуляют, пока не просадят все свои деньги. В общем, наш персонал так измучился, что был просто не в состоянии навести порядок, предоставив это нам. Дарсет не мог предполагать, что утром на метро будет авария и из нашей смены почти никто вовремя не приедет.

Мистер Дарсет служил старшим официантом вечерней смены и был придирчивым и строгим администратором. Поняв, что ночью здесь и впрямь творилось нечто несусветное, Софи порадовалась, что работает она в безопасной дневной смене, во время которой спиртное не подается.

Не переодеваясь, поскольку в футболке и джинсах убирать было куда сподручнее, чем в фирменном костюме, она принялась за дело. Убрав мусор, они с мистером Бойсом в скоростном темпе подняли мебель, протерли столы и поменяли скатерти, пока уборщики подметали и мыли затоптанные полы.

К восьми тридцати все было в более-менее относительном порядке, и Бойс, как обычно, открыл ресторан. Софи кинулась в подсобку переодеваться. Как хорошо, что по утрам немного посетителей! Главным образом это были работающие в соседних офисах холостяки, заскакивающие перехватить чашечку утреннего кофе и яичницу с беконом.

Пока она переодевалась, в гардеробную забежали еще две официантки.

– Ужас, что делается на улицах! – Мари, симпатичная кругленькая афроамериканка, была такой взмыленной, будто пробежала с полным подносом весь Уолл-стрит. – Метро стоит, везде пробки, проехать невозможно. Я бежала бегом от Медисон-сквер!

Софи с сочувствием покосилась на нее. Теперь понятно, почему та была такой запаренной. Пробежать почти десять километров – это надо быть настоящей спортсменкой. Их привычное метание по залу ни в какое сравнение не шло с этим марафонским забегом.