Фауст - фон Гёте Иоганн Вольфганг - Страница 24

 Мефистофель

 (танцуя со старухою)

Встревожен был я диким сном:

Я видел дерево с дуплом,

В дупле и сыро и темно,

Но мне понравилось оно.

 Старуха

Копыта рыцарь, я для вас

Готова всем служить сейчас:

Дупло охотно я отдам,

Когда оно не страшно вам.

 Проктофантасмист

Народ проклятый! Как вы это смели?

Не ясно ль вам доказано давно,

Что духам ног телесных не дано?

А вы плясать, как люди, захотели!

 Красавица

 (танцуя)

А он зачем пришел на бал?

 Фауст

 (танцуя)

Э, где он только не бывал!

Другие пляшут - он их осуждает;

Когда ж на каждый шаг рацей он не найдет,

То этот шаг он просто отрицает.

Всего больней ему, что мы идем вперед;

Вот если б вы на месте все кружились,

Как он на старой мельнице своей,

Возликовал бы он душою всей,

Особенно, когда б ему вы поклонились.

 Проктофантасмист

Вы здесь ещё? Нет, вынести нет сил!

Исчезните! Ведь я же разъяснил.

Но эти черти к поученьям глухи.

Мы так умны,- а в Тегеле есть духи!

Как долго я ни просвещал людей,

А толку нет! Неслыханно, ей-ей!

 Красавица

Когда же он надоедать нам бросит?

 Проктофантасмист

Вам всем в лицо свой приговор я шлю!

Я деспотизма духов не терплю:

Мой дух его не переносит,

 Пляска продолжается.

Сегодня мне ничто не удается,

 Но продолжать я путь готов,

 И, может быть, в конце концов

Поэтов и чертей мне победить придется.

 Мефистофель

Постой, вот он сейчас увязнет в луже той,

Где успокоиться от всех трудов он может;

А как пиявка там крестец ему погложет,

Забудет духов он и дух испустит свой.

(Фаусту, который прекращает танец.)

А где ж, скажи, красавица твоя?

Она, танцуя, так приятно пела.

 Фауст

Во время пенья вдруг увидел я,

Как с губ у ней мышь красная слетела.

 Мефистофель

И только? Строго ж ты, мой друг, на все глядишь!

Благодари судьбу - не серая хоть мышь.

Ведь в час любви до этого нет дела.

 Фауст

Еще я вижу...

 Мефистофель

 Что?

 Фауст

 Вдали передо мной

Встал образ девы бледной и прелестной.

Она ступает медленной стопой,

Как будто цепью скованная тесной.

 Признаться, в ней, когда гляжу,

Я сходство с милой Гретхен нахожу.

 Мефистофель

Оставь её: бездушна дева эта,

Всего лишь тень, бегущая рассвета.

С ней встреча - смерть, не счастье, не любовь,

При встрече с ней вмиг стынет в жилах кровь

И человек, как камень, замирает.

Миф о Медузе,- кто его не знает?

 Фауст

Глаза ее недвижно вдаль глядят,

Как у усопшего, когда их не закрыла

Рука родная. Это Гретхен взгляд.

Да, это тело, что меня прельстило!

 Мефистофель

Ведь это колдовство! Обман тебя влечёт:

Красавицу свою в ней каждый узнает.

 Фауст

Какою негою, мучением каким

Сияет этот взор! Расстаться трудно с ним!

Как странно под ее головкою прекрасной

На шее полоса змеится нитью красной,

Не шире, чем бывает острый нож!

 Мефистофель

Давно всё это знаю я: ну что ж?

Под мышку голову берёт она порою,

С тех пор как ей срубил её Персей.

Ты все, как прежде, носишься с мечтою.

Вперёд, на холм, за мною поскорей!

Он весь покрыт весёлою толпою:

Как в Пратере кипит веселье тут!

 Уж не театр ли? Мне сдается,

 Что скоро здесь спектакль начнется.

 Что здесь у вас?

 Servibilis

 Сейчас начнут

Последнее, седьмое, представленье -

Всегда уж столько принято давать.

Любителя на сцене сочиненье,

Любители здесь будут и играть.

Я ухожу - прошу в том извиненья:

Я сам любитель - занавес поднять.

 Мефистофель

На Блоксберге такие представленья

Как раз у места, без сомненья.

 В настоящем издании исключена интермедия к 'Вальпургиевой ночи' -

'Золотая свадьба Оберона и Титании' (Сцена 22), которая составлена

из эпиграмм, сначала предназначавшихся для журнала, издававшегося

Фр. Шиллером. С основным содержанием трагедии эта интермедия не связана.

Сцена 23. ПАСМУРНЫЙ ДЕНЬ. ПОЛЕ

 Фауст и Мефистофель.

 Фауст

 В одиночестве! В отчаянье! В страданиях долго

блуждала она по земле - и вот теперь заключена,

заключена в темницу на ужасные мучения, как преступница,-

она, это несчастное, милое создание! Вот до чего дошло!

И ты, изменник, недостойный дух, смел скрывать все это от меня!

Стой же, стой теперь и вращай яростно своими сатанинскими очами!

Стой и - терзай меня невыносимым своим присутствием! В плену!

В не выразимом мучении! Предана власти духов и бесчувственно

осуждающего человечества! И ты стараешься развлечь меня

отвратительными удовольствиями, скрываешь от меня ее растущее горе,

оставляешь ее гибнуть без помощи!

 Мефистофель

 Она не первая.

 Фауст

 Пес! Отвратительное чудовище! О дух бесконечный!

Преврати его, преврати червя этого в его собачий образ,

который он так часто принимал ночью, бегая предо

мною, вертясь под ногами беззаботного путника и бросаясь

на плечи, чтобы увлечь падающего. Преврати его

в этот излюбленный им образ, чтобы он пресмыкался

передо мной по земле, чтоб я мог ногами топтать его

отверженного. Не первая! О муки, муки, невыносимые

для души человека! И не одно такое создание погибло

в бездне горя и несчастья! И эта первая недостаточно

искупила пред очами всепрощающего все грехи прочих

в своем ужасном, смертном горе! Мозг мой и мое сердце

терзаются, когда я смотрю на одну эту страдалицу,

а ты издеваешься хладнокровно над судьбою тысяч существ!

 Мефистофель

 Да, теперь мы снова приближаемся к границам нашего

остроумия, туда, где человек теряет управление своим

рассудком. К чему же ты вступаешь в общение с нами,

когда не в силах поддержать его? Хочешь летать -

и боишься, что голова закружится? Мы ли тебе

навязывались или ты нам?

 Фауст

 О, не скаль же так на меня свои прожорливые зубы:

это отвратительно! О великий, чудесный дух, удостоивший

меня видеть лицо свое! Ты знаешь сердце мое, душу мою:

к чему же было приковывать меня к этому постыдному спутнику,

который во зле видит свою жизнь, а в убийстве - наслажденье!

 Мефистофель

 Скоро ты кончишь?

 Фауст

 Спаси её или горе тебе! Тягчайшее проклятие на голову твою

на тысячи лет!

 Мефистофель

 Не в моих силах разрывать узы мстителя и снимать

его затворы. Спаси ее! Но кто, скажи, ввергнул её

в бездну погибели: я или ты?

 Фауст дико озирается кругом.

 За громы схватиться хочешь? Счастье, что не вам Даны они,

жалким смертным! Сокрушить непокорного - вот известный прием

тиранов, к которому они прибегают, когда их поставят в тупик.

 Фауст

 Веди меня туда! Она должна быть свободна.

 Мефистофель

 А опасность, которой ты сам подвергаешься? Знай,

что в городе ты оставил следы твоего кровавого греха.

На месте убийства парят мстительные духи и ждут возвращения

убийцы.

 Фауст

 Что ещё предстоит мне от тебя? Смерть и проклятие

всей вселенной на тебя чудовище! Веди меня, говорят

тебе, и освободи её!

 Мефистофель

 Изволь, я сведу тебя. Слушай же, что я могу сделать,-

ведь не все же силы земли и неба в моей власти.

Я могу помрачить ум тюремщика, а ты завладей ключами и

выведи её человеческою рукою. Я буду на страже:

волшебные кони, которые умчат вас, будут готовы.

Вот всё, что я могу.

 Фауст