Полуночная роза - Хэган Патриция - Страница 4

Кейт хотел вызвать его на откровенный разговор. Матримониальная тема вполне подходила для того, чтобы выведать у него планы на будущее.

— Насколько я понимаю, — сказал он, — ты не одобряешь выбора своей матери. Эрмина явно не в твоем вкусе. Но разве это так важно для тебя? До сих пор ты никогда не ограничивался одной женщиной. Так что мешает тебе после женитьбы заводить любовниц? На худой конец, можешь сохранить ту, которую ты только что тайком спровадил. Я мельком видел ее, когда она садилась в твой экипаж. Мне показалось, что она совсем недурна, — заметил он с ухмылкой. — Только, по-моему, тебе нужно вести себя более осмотрительно. Не следует приводить подобных дам в дом вместе с собой. Но ты и сам это знаешь.

— Да я не собирался. Так уж вышло. Между прочим эта женщина не то, что мне нужно. — Райан пригубил коньяк и с добродушным видом попытался положить конец обсуждению данного вопроса. — Вот что, приятель, перестань маяться размышлениями насчет моих любовных похождений, а то потеряешь драгоценное время. Смотри, упустишь возможность устроить собственные сердечные дела. Ну так как, мы идем?

Кейт поначалу закивал головой и опять рассыпался в благодарностях. Но затем не преминул выпустить насмешливую тираду:

— Ты прав, Райан. Непростительно терять время. Ты не должен страдать из-за меня. А вдруг они организуют не бал невест, а что-нибудь похлеще? Скажем, презентацию кандидаток в любовницы?

К его удивлению, Райан отнесся к этой шутке весьма благосклонно.

— Неплохая мысль. А что ты думаешь?! Может, так оно и будет. Посмотрим, почему бы в таком случае и мне не приглянуть себе кого-нибудь?

Они весело перемигнулись и, захохотав, направились к стоявшему наготове экипажу Кейта.

Эрин сидела за туалетным столиком перед зеркалом и терпеливо ждала, когда Летти закончит с прической. Глядя на отражение озабоченного лица служанки, она терялась в догадках: почему девушка так изменилась? Они с Летти давно знали друг друга. Росли бок о бок с раннего детства. У них были общие игрушки, и все свое время они проводили вместе в беззаботных играх. Впрочем, приемный отец Эрин никогда не одобрял их дружбы и однажды решительно заявил, что положит ей конец. Белой девочке не пристало якшаться с неграми, говорил он. Несмотря на запрет, Эрин тайком продолжала общаться со своей подружкой. Они выискивали место и время для встреч, рассказывали друг другу смешные истории и поверяли друг дружке свои детские секреты. Потом они разлучились. Эрин уехала в Атланту и пробыла там почти пять лет. Теперь, вернувшись, она увидела, что от ее хохотушки Летти почти ничего не осталось. Девушка выглядела угнетенной и держалась отчужденно. Пропали теплота и доверительность их былых отношений, словно позади не было замечательных лет детства и юности.

Чтобы как-то смягчить напряженность, которую они обе испытывали в эти минуты, Эрин решила похвалить парикмахерское искусство Летти.

— А знаешь, Летти, — начала она, — мама права. Ты действительно здорово наловчилась. Мне очень нравится, как ты укладываешь волосы. Отличная прическа получается. — Эрин тихо засмеялась и после этого комплимента попробовала перейти к разговору о старой дружбе. — Это просто удивительно. Кто бы мог сказать раньше, что в тебе раскроется такой талант. Помнишь, как мы играли в детстве? Ты была такая проказница и непоседа. А теперь такая серьезная и старательная. У тебя золотые руки.

Летти, однако, не проявила желания говорить о прошлом. Эрин это сразу поняла, встретившись в огромном зеркале с ее округлившимися тревожными глазами.

— Вы будете самой красивой леди на этом балу, — сказала служанка. — В этом великолепном наряде и с вашими украшениями. Они вам так идут. И все благодаря стараниям вашей мамы.

Эрин скорчила пренебрежительную гримаску.

— Возможно. Только меня это нисколько не интересует. Мне совсем не хочется ехать на этот вечер.

— Нельзя так говорить, — осмелилась возразить Летти. — Такое роскошное платье. Ваша мама специально заказывала его у лучшей портнихи. Вы знаете, что для этого ей пришлось объехать весь Ричмонд! А сколько денег потрачено. Один черный жемчуг на сетке чего стоит! Он же натуральный. И вообще я никогда ни на ком не видела такой прекрасной одежды. И не только я, все остальные слуги тоже. Подождите, сами увидите. У них у всех глаза на лоб полезут, стоит вам только войти.

— О-о, в этом я не сомневаюсь, — невесело заметила Эрин. — Только не из-за платья. Они будут шокированы нашей дерзостью. Я уже предвижу их возмущение. Еще бы, являемся туда, куда нас не приглашали. Если б мне удалось отговорить маму от этой поездки, я бы ни за что не поехала. Абсурдная затея.

— Не стоит обращать на них внимание, мисс Эрин. И не расстраивайтесь. Подумайте лучше о себе. Сегодня вечером вы можете встретить своего будущего мужа и…

Эрин, казавшаяся до той минуты внешне совершенно спокойной, взорвалась.

— Перестань «выкать» и называть меня мисс Эрин! — вскричала она. — Скажи мне, что с тобой случилось, Летти?! Мы знаем друг друга, можно сказать, с рождения. Я не помню тебя такой. С тех пор как я вернулась домой, я просто не узнаю тебя. Разве ты не знаешь, как я всегда относилась к тебе? Я не вижу никаких причин для такого чопорного обращения.

— Время идет, — пробормотала Летти, — и отношения людей меняются.

Чтобы скрыть волнение, она попыталась сосредоточиться на своем занятии, но ее выдавала дрожь в руках. В душе она желала, чтобы мисс Эрин так и осталась в Атланте, только у нее не хватало смелости сказать ей в лицо свои сокровенные мысли. В оправдание своей сдержанности она лишь коротко пояснила:

— Если хозяин услышит, что я обращаюсь к вам иначе чем «мисс Эрин», он велит наказать меня плетью.

— Пока я здесь, он не посмеет сделать это! Если я только узнаю… Нет, я не потерплю никакого насилия. Так не может продолжаться. О Боже, как мне ненавистны наши законы. Рабство — это такая несправедливость и…

— …и все же не повод для того, чтобы так расстраиваться, моя дорогая, — докончил за нее знакомый голос.

Эрин и Летти обернулись. В их небольшой альков, приспособленный под туалетную, подобно порыву морского ветра стремительно ворвалась Арлин Тремейн. Не такая высокая, как дочь, но очень стройная, в шелковом платье цвета шампанского она выглядела просто обворожительно. В этот момент Летти только что уложила тугие локоны на макушке хозяйки и начала перевивать их изящным шнуром с белым и дымчатым жемчугом.

— Изумительно! — в восторге воскликнула Арлин, ставя на столик принесенную чашку с жидкостью. — Бесподобно. Летти, ты кудесница! — продолжала она расточать похвалы. — Это искусство, бесценный дар. Я не представляю, как бы мы справились с этим без тебя. Молодец, — прибавила она под конец и покровительственно улыбнулась. — Теперь ты можешь быть свободна. Все остальное я сделаю сама. Нам с Эрин нужно немного побыть вдвоем. Ты ведь понимаешь, что у матери с дочерью есть свои маленькие секреты.

Летти послушно закивала и поспешила удалиться, не забыв вежливо поклониться и сделать книксен, как требовал от своих рабов мастер Закери.

Стоило ей уйти, как Арлин тут же сделала замечание дочери.

— Ты не должна позволять себе подобных высказываний в присутствии слуг, — сказала она сурово. — Неужели ты не понимаешь, что может быть, если это услышит твой отчим? — Она поежилась, видимо, образно представив себе реакцию мужа. — Воспитанные леди никогда и ни с кем не обсуждают таких вопросов. Запомни это.

— Ты же сама терпеть не можешь рабства, — резко возразила Эрин. — Еще больше, чем я. Ты даже избегаешь употреблять слово «раб». Не зря же ты предпочитаешь называть этих подневольных людей слугами. Только в отличие от меня ты боишься открыто говорить об этом безобразном и совершенно недопустимом явлении.

Арлин, несмотря на испытываемую неловкость, продолжала упорно возражать:

— Как бы то ни было, некоторые вещи нужно принимать такими, как они есть. Независимо от того, нравятся они тебе или нет. А сейчас… — Она внезапно умолкла и жестом указала на чашку. — Протри кожу. Я приготовила тебе свежую жидкость. А когда закончишь, я помогу тебе одеться.