Коллекция детективов - Макгерр Патрисия - Страница 81

— Что хотите, — невозмутимо ответила Донна, посмотрев ему в глаза.

Человечек явно удивился. Он еще раз пытливо оглядел девочку, и зрачки его подернулись тонкой поволокой.

— Как это «что хотите»?

— Сами знаете. Купите мне шоколадку, а потом мы поиграем в любую игру по вашему желанию. Я пойду с вами смотреть на медведей или просто погулять. Что вам будет угодно.

— Погулять? А где?

— Где вам нравится. Я знаю одну дорожку для всадников, туда редко кто заглядывает.

На лице мужчины появилось смешанное выражение надежды и изумления.

— А ты, видать, опытна не по годам. Сколько тебе лет?

— Двенадцать, — соврала Донна.

Он снова окинул взглядом ее худенькое тело.

— Ты уже ходила в эту аллею с мужчинами?

— Конечно. Если они покупали мне шоколадку. Они вот там продаются, — сообщила Донна, указывая на ларек. — Я люблю с орехами.

— Ладно, — сказал мужчина, — подожди здесь.

Он быстро сбегал к ларьку и принес девочке шоколадку.

— Спасибо, — вежливо проговорила Донна и, поднявшись со скамьи, привычным движением вложила руку в ладонь мужчины. — До этой аллеи путь неблизкий, — предупредила она. — Надо идти почти через весь парк. Я покажу дорогу.

Аллей для верховой езды в парке было предостаточно, и девочка повела своего спутника в сторону, противоположную той, в которую шла в прошлое воскресенье. Они преодолели почти полмили и миновали по пути два ларька, пока, наконец, добрались до цели своего похода. Здесь тоже стоял ларек, прямо на перекрестке аллеи и дороги. Его окружала обычная разношерстная толпа — мужчины и женщины всех возрастов, несколько ребятишек. Приблизившись, Донна оглядела лица покупателей и обратила внимание на молоденького матроса в темно-синей форме, почти трещавшей по швам на широких плечах.

Проходя мимо матроса, девочка вдруг уперлась и громко произнесла:

— Мистер, я пить хочу. Можно мне глоточек содовой?

Человечек остановился, его красное лицо сделалось и вовсе пунцовым, глаза тревожно забегали. Матрос медленно обернулся и хмуро взглянул на девочку и мужчину. Остальные тоже смотрели на них во все глаза.

Выпустив руку Донны, краснолицый принялся неловко рыться по карманам в поисках монетки. Девочка невозмутимо смотрела на него, но спокойствие ее черт лишь скрывало растущее волнение от предвкушения того, что вот-вот должно было произойти. Волнение, замешанное на ненависти ко всем мужчинам, которые покупали шоколадки маленьким девочкам. Но ни единой нотки этого чувства не прозвучало в голосе девочки, когда она снова открыла рот и зычно протрубила:

— Пожалуйста, мистер, купите мне содовой.

Крис Хантингтон

НЕ БУДИТЕ СПЯЩУЮ СОБАКУ

Кантор жил в машине уже три недели, и обивка салона пропахла его потом. Грязные майки он бросал в багажник к перепачканным в тосоле выцветшим джинсам, но пистолет и бумажный пакет, туго набитый стодолларовыми банкнотами, постоянно держал при себе — на пассажирском сиденье. Подъезжая к очередному городку, он прятал пакет в «бардачок», а пистолет — разумеется, без магазина — попросту подсовывал себе под седалище. И все было бы ничего, если бы в придорожной закусочной «Карапуз» на окраине Терре-Хоута, штат Индиана, Кантора не окликнула симпатичная официантка, о чем-то спорившая с двумя водителями грузовиков.

— Эй, мистер! Когда вам спалось хуже всего?

— Три недели назад, — честно ответил Кантор. — Меня похитили и посадили в собачью клетку из нержавейки. И никуда не выпускали. Приходилось гадить сквозь решетку на газетку, которую мне подкладывали эти ребята.

— Досталось парню, — покачал головой один из водителей.

— Да врет небось! — хмуро буркнул второй.

Официантка, проходя вдоль стойки, как бы случайно задела Кантора бедром.

— Вы это серьезно? — спросила она, вытирая руки о фартук. — Про клетку?

— Куда уж серьезней! — усмехнулся тот и посмотрел на опустевшую тарелку. — Сколько я вам должен?

— Если бы мы давали призы самым быстрым едокам, вам бы все обошлось задаром. — Девушка положила перед ним счет. — Но поскольку у нас так не заведено…

— Все равно спасибо.

Закончив смену в восемь утра, официантка, которую звали Дженнифер Спенс, вышла из закусочной и направилась к бензоколонке «Амоко» за упаковкой диетической кока-колы, как вдруг заметила Кантора, спавшего за рулем своей машины, — молодого, рыжего, заросшего трехдневной щетиной… Глядя на него сквозь ветровое стекло, она почувствовала, как ее сердце пропустило такт и учащенно забилось. Кантор спал, уткнувшись лбом в сгиб руки, лежавшей на раме опущенного окна, и совсем не походил на психа или скрывающегося от правосудия маньяка. Куда больше он напоминал породистого пса, потерявшего хозяина и превратившегося в бездомного бродягу. И, хотя Дженнифер помнила, что в закусочной он нес какую-то несусветную чушь, она положила ему руку на плечо и разбудила.

— Тебе и вправду не стоило этого делать, — в который раз повторил Кантор, допивая вторую чашку кофе. — Мало ли кто попадется?

— Я разбираюсь в людях, — самоуверенно заявила Дженнифер.

— Что ж, мне повезло. Чем занимаешься?

— Работаю. Точнее, вкалываю как лошадь.

— В «Карапузе»?

— Угу. Еще учусь на вечернем в «Индиане». Не такой уж и плохой колледж.

Кантор промолчал. Он никогда не слышал о Терре-Хоуте, и лишние подробности его не интересовали. Когда же Дженнифер спросила, что он такого натворил, ответил, что не помнит.

Вскоре Кантор заснул, положив ноги на подлокотник дивана, и Дженнифер, чтобы не сидеть без дела, решила заняться стиркой. «Заодно и парня порадую», — подумала она и, подойдя к Кантору, взяла ком грязной одежды, лежавшей рядом с ним. Неловкое движение, и он рассыпался прямо у нее в руках — джинсы, фланелевая рубашка, нижнее белье и… пистолет!

Кантор проснулся, сжимая в руках заклеенный скотчем пакет с деньгами, инстинктивно потянулся за своим тряпьем и замер, наткнувшись на пристальный взгляд Дженнифер, стоявшей на пороге кухни.

— Извини, но… — она развела руками, — я нашла твой пистолет. Так что, пожалуйста, без глупостей.

— Господь с тобой, — смущенно пробормотал Кантор. — Я не сделаю тебе ничего плохого. Тем более что мне пора ехать.

— А все-таки, что ты натворил?

— Ничего. Мне пора.

— Учти, пистолета ты не получишь. Кроме того, я позвонила брату, и он уже едет сюда. Близко не подходи — закричу. Мой сосед работает помощником шерифа, вон его тачка. — Дженнифер показала на соседний дом, у крыльца которого стояла шоколадного цвета патрульная машина, похожая на прилегшего вздремнуть динозавра.

— Ты не понимаешь! Я ведь не врал тогда в закусочной! Ты даже не представляешь, через что мне пришлось пройти.

— В последний раз спрашиваю: что ты натворил?

— На меня напали вьетнамцы — прямо у входа в бар Пэтти в Портленде, штат Мэн. Скрутили, надели мешок на голову, а потом затолкали в микроавтобус и отвезли куда-то к северу от Бостона к одному типу. Он разводит сибирских лаек, и у него полно клеток — вроде той, где меня держали. Парни эти явно приняли меня за кого-то другого, потому что все время называли Шевкетом. А когда через три дня до них все-таки доперло, что настоящий Шевкет на свободе, бросили меня в поле неподалеку от Хаверхилла.

— Но что ты делаешь здесь, в Индиане?

— Видишь ли, дело в том, что… я их убил.

— Кого?!

— Всех, кто был в той машине. — Кантор переступил с ноги на ногу и еще крепче стиснул пакет с деньгами. — Вообще-то я на ней и приехал. А номера свистнул в Пенсильвании.