Коллекция детективов - Макгерр Патрисия - Страница 42

Сегодня среда, 18 июля 18.. года. Погода стоит отличная. В два часа пополудни мы, полностью загруженные товаром, покинули гостеприимный Питтен и взяли курс на Гулль. Теперь каждая минута пути приближает нас к родному дому.

Пятница, 20 июля 18.. года. В Северном море нас застал ужасный шторм… (дальнейшие записи залиты водой и прочитываются с большим трудом)… ближе к вечеру ветер усилился… чуть было не налетели на пустую рыбацкую шхуну, которую, судя… отнесло далеко от берега…

Суббота, 21 июля 18.. года. Шторм наконец закончился. Солнце пробилось из-за туч и теперь светит так ярко, словно хочет наверстать упущенное за два сумрачных дня… На палубе шум, пойду посмотрю, в чем дело… рыбацкая шхуна, с которой мы чуть не столкнулись в пятницу, опять встретилась нам на пути. Странно то, что уже полчаса мы движемся практически вровень. И это при полном штиле и отсутствии каких бы то ни было видимых элементов конструкции, позволяющих ей развивать одинаковую с нами скорость. Теперь я имею возможность рассмотреть эту посудину во всех деталях. Ее нельзя назвать обветшалой, однако невозможно отнести ее и к современным моделям. Я не силен в истории, но могу с уверенностью сказать, что… голландцы… сколь поэтично ее название — «Кристина»… неразборчивая надпись по краю борта. Я собираюсь зарисовать шхуну (в конце листа проглядывают крайне размытые контуры рисунка) и по прибытии обязательно сличу свои каракули с иллюстрациями в морском атласе Вейля.

Воскресенье, 22 июля 18.. года. Шхуна все еще идет вровень с нами. Кажется, будто кто-то связал нас невидимыми нитями. Все это странно и не может не вызывать тревоги… Пропал один матрос. Вахтенный божится, что ночью слышал всплеск и крики… никаких следов борьбы… Не знаю, что и думать… эти предрассудки… Завтра несколько наших матросов собираются перейти на шхуну и обследовать ее.

Понедельник, 23 июля 18.. года. С утра над морем повис густой туман… ближе к полудню трое наших смельчаков перешли на шхуну и спустились в трюм… Мы ждем их возвращения уже около трех часов… но ни один из них до сих пор не появился на палубе… Боже, если ты слышишь меня…

… 18.. года. Эта чёртова посудина преследует нас уже несколько суток. Все наши попытки отделаться от нее ни к чему не привели… Люди продолжают исчезать по ночам прямо из кают. Боже, помилуй нас, грешных!

… 18.. года. Почти всю ночь не спал. Чувство обреченности и отчаяния не покидает меня… Мэри! Если бы ты могла услышать… этот скрежет бортов сводит меня с ума…

Через месяц после вышеописанных событий «Липси» была обнаружена в одной из бухт Р-ского залива.

Все попытки отыскать следы ее пропавшего экипажа оказались бесплодны.

Из рукописи «О деяниях дьявола на земле», найденной при раскопках Брабского монастыря (перевод, представленный ниже, был адаптирован в соответствии с нормами современного нидерландского языка).

Ес Бун, рыбак из Мерге, продал душу дьяволу за возможность вечного мщения, после того как его невеста Кристина была обесчещена и убита.

Родня Буна связала это страшное преступление с тремя рыбаками, появившимися в городе в ночь убийства и наутро исчезнувшими.

Бун, узнав о гибели невесты, возроптал на Господа Нашего и, бросив в алтарь камень, призвал дьявола.

Сговорившись с ним, рыбак вышел в море, поклявшись убивать каждого, кто встретится на его пути.

Через некоторое время в деревне пошли разговоры о том, что по всему побережью начали прибывать рыбацкие шхуны, полные богатого улова и абсолютно безлюдные.

Смельчаки, догадавшиеся, кто стоит за всем этим, и пытавшиеся поймать Буна, исчезали бесследно.

Ресерч ньюс джорнал. 1998. № 4.

Международная исследовательская плавбаза «Вояджер-22» передала сообщение об обнаружении в водах Северного моря рыбацкой шхуны «Кристина». Все выглядело бы абсолютно обыденным, если бы не одно обстоятельство. Подобные шхуны использовались для рыбной ловли в ХV — ХVI веках. Остается загадкой, как оно могло столь хорошо сохраниться и где люди, сопровождающие столь редкостное плавучее средство.

Ученые осмотрели шхуну и приняли решение поднять ее на борт для дальнейших исследований.

Эти строки я дописываю после разговора с моей подругой, доктором Кристиной Лэй, звонившей мне с плавбазы около часа назад.

Вскоре после обнаружения шхуны они подобрали человека, лицо которого показалось ей чрезвычайно знакомым.

Увидев Кристину, парень пробормотал что-то вроде: «Я нашел ту, которую потерял». Однако, возможно, из-за суеты никто не придал этим его словам особого значения.

Спасенный рассказал, что он рыбак из Мерге и что его отнесло в море во время шторма, который был несколько дней назад. Лодка его разбилась, а сам он спасся, уцепившись за обломок доски.

Он также показал поразительные знания истории средневековой Голландии и даже смог расшифровать надпись, нанесенную по краю борта загадочной шхуны: «Скоро, скоро увидим мы родимые берега и сможем соединиться с теми, кто вечно любит и ждет…»

Роберт Грейвс

СЕКРЕТ САДОВОДОВ

Во всем случившемся Элси и Рональд Хеджи могли винить только самих себя — я ведь предупреждал их насчет доктора Юджина Штейнпильцера:

— Вещает мое сердце — с этим немцем, да еще имеющим американское подданство, вы хлопот не оберетесь.

— И этот туда же! — с негодованием воскликнула Элси. (Дело было в Бриксхэме, в марте сорокового.) — Уж не думаете ли вы, что он шпион?

— Отнюдь, — невозмутимо ответил я, — такое мне как-то не пришло в голову. Но не стану с вами спорить.

На следующий же день Элси словно назло мне завязала — противное словцо, но точнее не скажешь — дружбу с доктором, и скоро они с Рональдом превратились в ярых приверженцев исповедуемой им натурфилософии. Обращение бездетных и, видимо, по этой причине позволяющих себе увлекаться всевозможными новыми идеями супругов в штейнпильцеризм началось с того, что основатель учения пригласил их к себе на ланч и подал к холодной телятине два внешне похожих гарнира — жареный картофель и морковь под сметанным соусом; овощи для одного гарнира были куплены у местного зеленщика, а для другого — выращены на хорошо удобренной компостом почве в саду доктора.

Гастрономическое превосходство второго блюда произвело сильнейшее впечатление на Хеджей. Мне нетрудно понять их чувства — я сам всегда предпочитаю неказистые корнеплоды, собранные мелким частником на его щедро унавоженном клочке земли, выставочного вида красавцам, вызревшим на полях индустриализованных фермерских хозяйств и буквально нашпигованным всевозможными химическими соединениями. И я ничуть не удивлен, что они стали верными приверженцами проповедуемого доктором приготовления компоста. Впрочем, сама методика едва ли являлась оригинальной — всякий, кто регулярно заглядывает в «Уголок садовода» какого-либо из периодических изданий, наверняка имеет некоторое представление о ней. Изюминка была в другом: в использовании необыкновенно активных и прожорливых бактерий, способных, по словам Рональда, чуть ли не на глазах превратить старый сапог, семейную Библию или драную шерстяную кофту в жирный, обладающий превосходными питательными свойствами гумус. Секрет разведения бактерий хранился в строжайшей тайне и сообщался только тем, кто состоял в Обществе Юджина Штейнпильцера, присоединиться к которому я наотрез отказался — даже на правах ассоциированного члена. Однако из обрывков подслушанных мною разговоров Рональда и Элси выяснил, что планетарное влияние играло далеко не последнюю роль в приготовлении для бактерий питательной смеси, состоявшей из продуктов как растительного, так и животного происхождения. К числу последних относились бычье копыто, рог барана и желудочная железа козы (обо всем этом мне поведал наш мясник, мистер Поук, немало удивленный необычными заказами Рональда), а то, что среди прочих ингредиентов смеси фигурировали молочай, болотная мята, вика и коричник, я узнал сам, заглянув в корзинку, однажды случайно оставленную Элси на почте.