Утро нашей любви - Ли Эйна - Страница 38

— Бекки, Дженни, уходите оттуда! — крикнула она, но близнецы находились слишком далеко, чтобы услышать. Поставив корзинку с бельем, Китти бросилась к загону. И увидела, что испугало лошадей.

По пастбищу брел Самсон, громадный черный бык Кэррингтонов. Видимо, в поисках телок он смял проволочное заграждение, разделявшее соседние пастбища, и теперь двигался по направлению к лошадям и девочкам.

Быки отличались опасным и непредсказуемым нравом. Они были злобными по натуре и, хотя обычно сохраняли невозмутимость, могли рассвирепеть по самому неожиданному поводу и напасть.

Китти сложила руки рупором и закричала:

— Бекки! Дженни! Бегите сюда скорее!

На сей раз близнецы услышали ее и оглянулись.

Забравшись в загон, она постаралась успокоить жавшуюся к изгороди кобылу. Седлать ее было некогда, и, ухватившись за гриву, Китти запрыгнула на спину лошади. Вся процедура заняла считанные минуты, но в ее отчаянном состоянии они показались ей часами.

К этому моменту девочки уже заметили быка и теперь с криками неслись во весь опор к воротам. К несчастью, Самсон тоже увидел их, и его тяжеловесная рысца перешла в громоподобный галоп. Китти понимала, что должна отвлечь животное.

Она поскакала наперерез. Внезапно, к ее ужасу, Дженни споткнулась и упала на землю. Бекки остановилась и побежала назад, чтобы помочь сестре подняться, между тем как бык стремительно приближался к беззащитным девочкам.

Китти перерезала ему путь, чудом избежав смертоносных рогов, способных выпотрошить человека или лошадь. Как она и рассчитывала, бык повернул за ней. Оказавшись достаточно далеко от близнецов, которые уже поднялись и бежали к изгороди, она развернула лошадь и остановилась.

Вздымая облако пыли, бык замедлил ход и тоже остановился, разглядывая новую мишень, словно боксер, примеривающийся к противнику на ринге.

— Йо-хо-хо! — закричала Китти, намеренно дразня Самсона, чтобы удержать его внимание.

С поразительным для такой горы мускулов проворством бык переступил копытами и пригнул голову, изготовившись к броску. Быстрый взгляд в сторону девочек подсказал Китти, что им осталось пробежать не менее двадцати — тридцати ярдов.

Когда бык ринулся в атаку, она выждала до последнего мгновения, а затем заставила лошадь отскочить в сторону. С грохотом промчавшись мимо, Самсон развернул свой массивный корпус и снова уставился на нее. Из его ноздрей шумно вырывался воздух, взметнувший облачко пыли, когда он пригнул голову, готовясь к новой атаке.

Китти повторила маневр, снова уклонившись от быка, и оглянулась. Близнецы уже перелезали через изгородь. Облегченно вздохнув, она быстро развернула кобылу, но в спешке выпустила гриву и соскользнула с лошади. Несколько секунд она лежала на спине, слишком изумленная, чтобы пошевелиться, — она ездила без седла бессчетное число раз, и не было случая, чтобы она свалилась. Когда она поднялась на ноги, кобыла уже ускакала.

Нечего было и надеяться удрать от быка — но будь она проклята, если станет покорно дожидаться, пока он ее прикончит! Китти кинулась бежать, преследуемая по пятам Самсоном.

Джаред как раз подъехал к коновязи возле дома, когда к нему бросились близнецы. Тыча пальцами в сторону пастбища, они наперебой кричали:

— Папа, папа, скорее! Там Китти! За ней гонится бык!

— Идите в дом и оставайтесь там! — крикнул Джаред, переводя коня в галоп. Жеребец на полном скаку перемахнул через изгородь и понесся по пастбищу. К тому времени, когда он поравнялся с Китти, бык находился в нескольких ярдах от нее. Джаред склонился в седле, протянул руку и, когда Китти ухватилась за нее, забросил ее на спину лошади позади себя. Она крепко обхватила его за талию, сознавая, что была на волосок от смерти, и они поскакали к воротам, быстро оторвавшись от быка.

Самсон, лишившись цели, потерял всякий интерес к гонкам. Он развернулся и потрусил прочь.

Все еще дрожа, Китти с помощью Джареда вошла в дом и обессилено опустилась на стул.

— Поздравляю, это был смертельный номер. Кто-нибудь объяснит мне, что здесь, черт побери, произошло? — осведомился Джаред.

Близнецы, как обычно, хором заговорили, а Китти молча ждала, пока прекратится дрожь.

Выслушав всю историю, Джаред притянул к себе девочек, поцеловал каждую в кудрявую макушку, а затем велел подождать в их комнате, пока он поговорит с Китти.

— Мы любим тебя, Китти, — сказали близнецы и, поцеловав ее в обе щеки, побежали к себе.

Джаред опустился на колени и взял ее за руку:

— Вы в порядке, Китти?

— Буду, как только перестану дрожать.

— Это был очень храбрый поступок. Вы спасли моих дочерей. Я никогда не смогу отблагодарить вас в достаточной мере.

— Вы напрасно думаете, что все позади, Джаред.

— Что вы имеете в виду?

Она бросила на него несчастный взгляд.

— Как нам выдворить этого проклятого быка из загона?

Оставшуюся часть дня они продержали близнецов возле дома. Китти приготовила обед, а Джаред с девочками вымыли посуду. Раскладывая по местам выстиранное белье, Китти перебирала в уме последние события.

Это был насыщенный переживаниями день: вспышка желания утром в кладовке, ужас, когда за ней погнался бык… восхитительное тепло рук Джареда на ее груди… смех близнецов, отжимающих мокрую одежду… возбуждение от поцелуя Джареда… тревога из-за быка, свободно разгуливающего по ранчо… обольстительные нотки в хрипловатом голосе Джареда.

Все, хватит!

Китти с грохотом задвинула ящик и взглянула на себя в зеркало. Что особенного произошло? Такое то и дело случается между мужчиной и женщиной. В конце концов, они провели в тесном контакте несколько недель, не говоря уже о том, что этот поцелуй напрашивался чуть ли не с самого начала. А теперь все позади, и, слава Богу. Вполне возможно, что завтра они вместе посмеются над этим.

Она энергично кивнула собственному отражению в зеркале:

— И дело с концом.

«Едва ли», — возразил внутренний голос. Остаток вечера прошел за обычными делами. Китти уложила близнецов спать, мечтая о том, чтобы погрузиться в горячую ванну и смыть с себя суету и тревоги минувшего дня. Перед тем как удалиться на покой, она зашла в гостиную, чтобы пожелать Джареду спокойной ночи.

— Китти, не могли бы вы присесть на минуту? Мне кажется, нам нужно обсудить то, что произошло сегодня.

— Это была случайность, Джаред. Бык вырвался на свободу, но такие вещи иногда происходят. К счастью, никто не пострадал.

— Я не имел в виду этот кошмарный инцидент. Я говорю о том, что произошло между нами в кладовке.

— К счастью, там тоже никто не пострадал. — Она слабо улыбнулась.

— Это может случиться снова, Кэтлин.

— Нет, если это сколько-нибудь зависит от меня, — возразила Китти.

— Вы не в состоянии остановить это, как, впрочем, и я.

— Мы взрослые люди, Джаред, и можем управлять собственными желаниями.

— А я желаю вас более чем когда-либо, Китти. И готов жениться на вас, если это то, чего вы хотите. Она выгнула бровь:

— Вы готовы принести такую жертву только ради того, чтобы уложить меня в постель? Как романтично!

— Я вовсе не хотел сказать, что это будет жертвой. Просто я знаю, что вы не согласитесь ни на какие другие условия.

— Мы уже заключили соглашение, которое прекрасно работает: я гувернантка ваших дочерей.

— И сколько, по-вашему, продержится это соглашение, если я не могу смотреть на вас, не испытывая желания? Даже сейчас я хотел бы… — Он раздосадовано всплеснул руками. — Боже, какой смысл препираться с женщиной! Мне следовало бы отнести вас в постель и заняться любовью.

— При чем здесь любовь, Джаред? То, о чем вы говорите, доступно и быку на пастбище.

— Желание, связывающее мужчину и женщину, — это разновидность любви, Кэтлин.

— Едва ли! Любовь удовлетворяет сердце и душу, а желание — только тело.

— Вы хотите сказать, что каждый раз, когда мужчина и женщина бывают близки, они жаждут духовного блаженства, а не физического наслаждения? — Он уставился на нее с изумленным видом. — Боже мой, да вы никогда не испытывали настоящей страсти, верно?