Пылкая страсть - Ли Эйна - Страница 36

Барбара выступила вперед, сердито сверкая глазами.

— Понимай ты что-нибудь в настоящей любви, Стивен Керкленд, ты знал бы, что я была бы счастлива иметь ребенка от Тома, даже если с ним что-то случится.

— Не думаю, что со мной что-то произойдет, Стивен, — вмешался Том. — К тому же позволь тебе напомнить, что, хотя я вырос без отца и матери, меня всегда окружали любящие родственники. О, я знаю, война неизбежна, Стивен, и знаю, что не останусь в стороне, но я не хочу отказываться от личной жизни. Мой Бог! Да я к началу войны могу состариться! — Лицо Тома выражало страстную убежденность.

— Вот что тебя беспокоит, Стивен? — насмешливо спросила Барбара. — Наверное, из-за войны ты боишься связать свою судьбу с женщиной? Неужели это тебя так гнетет, что ты отказываешься от личного счастья? Стивен, ты уже стал первой жертвой еще не начавшейся войны.

Стивен удивленно на нее посмотрел. Кажется, Барбара проникла в его душу и коснулась самого сокровенного. Трудно поверить, что стоящая перед ним девушка, такая проницательная, была той самой особой, которую он совсем недавно считал лишь взбалмошным ребенком. Ведь прошло всего несколько недель.

Стивен посмотрел на Тома, и перед ним как одно мгновение промелькнула вся его жизнь. Он не понял, когда Том успел возмужать. Когда же это произошло?

И кто он такой? Вправе ли он запрещать этим молодым людям пожениться? Они достаточно взрослые. Они выбрали курс своей жизни и не боятся отправиться в дальнее путешествие.

— Я буду очень рад вас обвенчать, — тихо сказал Стивен.

Барбара бросилась в его объятия и чмокнула в щеку.

— О, благодарю, Стивен! Ты знаешь, как я тебя люблю! Теперь нам ничто не помешает.

Стивен подмигнул Тому, который широко улыбался ему поверх головы Барбары.

— И чтобы показать вам, какой я хороший, вы можете располагать моей каютой до прихода на Ямайку.

— Это очень великодушно с вашей стороны, капитан, учитывая, что мы должны прибыть на Ямайку завтра, — сказал Том.

Стивен невинно пожал плечами:

— Все равно вы не можете отрицать, что это очень благородное предложение.

— Которое мы с удовольствием принимаем, — прощебетала Барбара. Ее глаза сияли от счастья. — А сейчас я удаляюсь, чтобы надеть свадебное платье. Никто не должен отсюда уходить, — предупредила она.

Патриция расстроенно всплеснула руками.

— Какая же ты беспечная! Здесь нет ни одной приличной вещи, чтобы надеть на свадьбу! И где мы возьмем цветы посреди океана?

— Не знаю, как насчет цветов, но это желтое платье прекрасно подойдет. — Девушка вертела в руках красивое шелковое бледно-желтое платье.

Патриция помогла Барбаре его надеть, а затем взяла белый шифоновый платок и накинула его на голову и плечи невесты. Она отступила на шаг, любуясь подругой. На ее глазах блестели слезы. Барбара выглядела очень красивой. Карие глаза сияли на прекрасном лице, обрамленном тонким мягким платком. На лоб ниспадали темные кудри.

Патриция надела гладкое темно-розовое шелковое платье с круглым вырезом и сборчатыми рукавами. Волосы она заколола двумя гребнями с жемчугом.

Стивен устроил церемонию бракосочетания на палубе, так что вся команда могла наблюдать происходящее. Том выглядел великолепно в коричневом камзоле и бриджах, в золотистом жилете и белых чулках. Его волосы были аккуратно зачесаны и собраны в косичку. На голове красовалась черная треуголка.

Стивен был одет в свою парадную капитанскую форму, более нарядную, нежели его обычное рабочее платье, — темно-синий камзол с обшлагами был без воротника, белую рубашку с плиссированным жабо из-под красного жилета, отороченного золотистой тесьмой. На нем были черные туфли с пряжками, а мускулистые икры обтягивали белые чулки. Как и Томас, Стивен собрал волосы на затылке в косичку, видневшуюся из-под черной треуголки с золотой тесьмой.

Команда «Либерти» одобрительно зашумела, когда Том поцеловал невесту после того, как Стивен объявил молодую пару мужем и женой.

Прежде чем предоставить новобрачным свою каюту, Стивен настоял на том, чтобы все участники церемонии с ним выпили. Он налил дамам по бокалу мадеры, а себе и Тому — коньяку. Стивен поднял бокал и провозгласил тост за счастье молодых.

— О Боже, терпеть не могу коньяк! — пожаловался Том. — Стивен, ты мог бы хотя в этот день угостить меня более приличным напитком.

— Придется терпеть, Том, если собираешься занять мои апартаменты, — добродушно сказал Стивен. — Ты ведь знаешь, что, кроме коньяка, мы не припасли другого спиртного. — Неприязнь Тома к любимому напитку Стивена была постоянным предметом стычек двоюродных братцев с того самого дня, когда Том, став взрослым, впервые выпил.

Патриция через некоторое время, извинившись, вышла. Барбара и Том тоже поднялись на палубу, чтобы дать возможность Стивену переодеться в обычные рубаху и штаны.

Тишину вдруг нарушили звуки скрипки и ритмичные аккорды гитары, к которым сразу присоединился варган[8].

Какой-то матрос подхватил Барбару и пустился с ней отплясывать джигу. Патрицию тоже вытянули на палубу и вовлекли в танцы. По случаю празднества открыли несколько бочек пива.

Стивен стоял, прислонившись к борту, и улыбался, наблюдая, как Патриция пытается приноровиться к быстрому ритму танца. Прежде у нее не было возможности научиться танцевать джигу, но вскоре она уже двигалась в такт партнеру, а ее лицо сияло от удовольствия, когда то один, то другой матрос приглашал ее на танец. Барбара тоже была постоянно занята, и жениху редко удавалось потанцевать с невестой.

Пока продолжалось торжество, корабль приспустил паруса. Патриция совершенно обессилела, но не могла припомнить, чтобы когда-нибудь так веселилась.

Стивен несколько раз ее приглашал. Он легко ее кружил, обнимая за талию и приподнимая в воздух как перышко. Она с визгом обхватывала руками его шею, а он вертел ее вокруг себя. Она смеялась и сияла от восторга.

Внезапно музыка кончилась, и Стивен медленно опустил Патрицию, прижимая к себе, пока ее ноги не коснулись палубы. Это движение ее возбудило. Она перестала смеяться, почувствовав жгучее желание. Когда они посмотрели в глаза друг другу, взгляд Стивена красноречиво говорил о его чувствах.

В следующее мгновение ее подхватил и увлек другой партнер.

Новобрачные потихоньку исчезли, а матросы явно перебрали пива. Музыканты играли традиционные шотландские мелодии. Им не требовались ноты, они знали их наизусть.

Стивен стоял один за штурвалом. В свободной руке он держал большую кружку пива. Время от времени он делал маленькие глотки. Патриция заметила его одинокую фигуру и пошла наверх.

Корабль плавно скользил по воде. Стивен не стал поднимать все паруса, поэтому они двигались со скоростью не более двух узлов в час. Легкий ветерок играл парусом, а вода и звездное небо сливались в бархатной темноте.

— Мне кажется, я могла бы так плыть целую вечность, — тихо сказала Патриция. — Море очень красиво ночью.

— Хочешь встать за штурвал? — спросил Стивен. Ее сердце подпрыгнуло от волнения.

— Очень хочу. Я все время думала, каково это — управлять кораблем.

Стивен отступил назад, и она взялась за тяжелое деревянное колесо.

— Как ты определяешь направление движения? — спросила она. — Ведь все вокруг так однообразно?

Стивен сделал шаг вперед, и Патриция оказалась в кольце его рук. Он указал на яркую звезду высоко в небе.

— Ориентируйся на эту звезду над головой. — Его теплое дыхание шевелило ей волосы на затылке. Он поднес ко рту кружку пива, но при этом не разорвал кольца своих рук.

— Хочешь глотнуть? — спросил он.

Она кивнула, надеясь, что он ее освободит. Его близость ее волновала. К ужасу Патриции, он поднес кружку к ее губам, и она сделала несколько глотков горького пива.

Ее нос сморщился от отвращения.

— Какое противное. К тому же оно теплое!