Обретенная любовь - Ли Эйна - Страница 46

— Прикажи своим людям опустить оружие, Моралес, или мой первый выстрел будет тебе прямо между глаз! — крикнул Сэм.

Хуан Моралес боязливо улыбнулся при виде револьверов Сэма, направленных ему в голову.

— Эй, амиго, разве так встречают старых друзей? — заискивающе произнес он.

— Назад в хижину, — резко приказал Сэм Эви и Симоне. Они немедленно послушались его, в то время как Сэм тоже начал осторожно пятиться к двери.

— Закройте ставни и не подходите ни к окну, ни к двери. — При этом он ни на секунду не спускал глаз со зловещей фигуры на холме. — Почему бы тебе и твоим людям не убраться прочь, Моралес, пока это возможно?

Угроза Сэма вызвала взрыв хохота среди бандитов.

— Тихо! — рявкнул Моралес. Он знал, Сэм Монтгомери не бросает слов на ветер, и теперь пожалел о своем решении оставить его живым; он мог подстрелить его, когда тот вышел из хижины. Однако Моралес хотел насладиться медленной, мучительной смертью ненавистного врага.

Когда Сэм услышал, как захлопнулись ставни, он бросился в дверь хижины. Тотчас началась стрельба, и пули с визгом врезались в стену.

— Ложитесь на пол, — скомандовал Сэм, пинком закрыв дверь и заперев ее на засов. Низко пригнувшись, он поспешил к койке и быстро отодвинул свободные бревна в стене. — Вы должны выбраться отсюда.

— Но как? — спросила Эви затаив дыхание. Хотя стрельба прекратилась, сердце ее бешено колотилось.

— Выходи, амиго! — крикнул главарь банды — Выпьем с тобой за старые времена, и можешь проваливать. Нам нужны только женщины.

Сэм схватил веревку для привязывания поклажи к мулу, которые Симона все еще сжимала в руке. Он начал связывать концы.

— Так значит, ты не убьешь меня? — крикнул он Моралесу, привязывая веревку к койке и опуская свободный конец через отверстие в стене.

— Убить тебя? Зачем, амиго? Мы же старые друзья. — Однако голос выдавал его.

Внутри хижины Сэм давал последние указания Эви и Симоне:

— Слушайте внимательно. Когда спуститесь вниз, сразу бегите в лес. Найдите укромное место и оставайтесь там. Они никогда не догадаются, что вы улизнули через заднюю стенку, потому что за хижиной отвесный утес, и будут понапрасну тратить время, отыскивая вас здесь, наверху.

Он не сказал им, что перестрелка вряд ли продлится долго и бандиты сразу уйдут, как только увидят, что женщин в хижине нет.

Услышав, что они удалились, двигайтесь на запад, и вы выйдете на дорогу, ведущую назад в Сонору.

Снаружи Моралес начал проявлять нетерпение:

— Зачем тебе умирать, амиго, ради двух белых шлюх, которые считают, что слишком хороши, чтобы раздвинуть ноги для тебя? Ты знаешь, что эти гринго относятся к метисам еще хуже, чем к мексиканцам.

— Уходите, — сказал Сэм женщинам. — Я попытаюсь задержать их сколько смогу.

Глаза Симоны расширились от страха, когда до нее дошел смысл его плана.

— Задержать их? Ты не можешь оставаться здесь, они убьют тебя.

— Вы должны успеть добраться до леса, прежде… прежде чем прекратится стрельба, иначе они могут заметить вас. — Сэм проверил свои револьверы и снова сунул их в кобуры. — О'кей, уходите! Больше ждать нельзя.

По щекам Симоны побежали слезы, когда она бросилась в объятия Сэма, всхлипывая у него на груди:

— Нет, я не пойду.

Сэм приподнял ее подбородок и ласково улыбнулся:

— Ты самое лучшее, что было в моей жизни, мышка.

— Не прогоняй меня, Сэм. Прошу. Я люблю тебя и не могу жить без тебя.

— Почему бы тебе не пойти вместе с нами, Сэм? — с мольбой спросила Эви, отирая рукавом слезы.

— Уже нет времени. Вас может спасти только то, что они не догадаются, где вы. Они будут у двери через несколько минут, и я не успею спрятать все это. Вы хотите, чтобы они увидели дыру и веревку?

Беспокоясь о Сэме, Симона не думала о собственной безопасности.

— Тогда пусть они изнасилуют нас, только не убивают тебя.

Сэм прерывисто вздохнул:

— Здесь по меньшей мере дюжина негодяев, и все они звери. Вы будете мертвы, прежде чем они закончат свое дело.

В доказательство слов Сэма прозвучало еще одно предупреждение Моралеса:

— Моим людям не терпится, Сэм. Многие из них уже давно не имели женщину.

Сэм наклонился и поцеловал Симону, затем несколько секунд смотрел в ее поднятое навстречу, влажное от слез лицо.

— Ты очень красивая, мышка. — Он еще раз поспешно поцеловал свою любимую. — Забери ее отсюда, Эви.

Эви взяла Симону за руку:

— Пойдем, дорогая. Я не могу уйти без тебя. Симона задыхалась от боли в сердце, когда они заставили ее пролезть в дыру. Все еще всхлипывая, она начала спускаться по веревке. Эви с волнением ждала, пока Симона не спустилась до половины. Глаза ее снова наполнились слезами при последнем взгляде на Сэма. Это был ее брат, и он готов был умереть ради них! Она должна сказать ему, но не осмелилась в последний момент.

Эви наклонилась и поцеловала его в щеку.

— Храни тебя Господь, Сэм. Я люблю тебя. Он кивнул:

— Будь счастлива, Эви. Возвращайся к Ролинзу.

— Хорошо, Сэм. Обещаю тебе всегда заботиться о Симоне.

Сэм снова благодарно кивнул:

— Иди, Эви.

Он подошел к окну и открыл ставень, в то время как Эви начала спускаться по веревке.

— Эй, Моралес. Какие гарантии, что ты не убьешь меня, если я выйду?

Стараясь убедить Сэма в своей честности, главарь бандитов осторожно вышел из-за скалы.

— Разве мы не были с тобой в одном отряде, амиго?

— Да, были, Моралес. Однако я слышал, что ты поклялся вырезать мое сердце и съесть его за убийство Диего.

Сэм закрыл ставень и поспешил к дыре, чтобы заглянуть вниз. Эви уже достигла подножия утеса. Сэм быстро отвязал веревку от койки и бросил ее в дыру, затем поставил на место бревна. Женщинам требовалось еще несколько минут, чтобы скрыться в лесу.

— Это я сказал в припадке злости! — крикнул Моралес. — Ты убил моего брата в честном поединке.

— Это верно, Моралес. Я позволил Диего первым достать револьвер. Я подумал над твоим предложением. Эти женщины заплатили мне не так уж много, чтобы умирать за них. Подведи лошадь к этой хижине, тогда я выйду.

На лице главаря по-прежнему оставалась улыбка, но глаза его горели гневом. Он ждал момента, чтобы убить этого метиса. Моралес ненавидел индейцев, так же как и гринго.

— Разве ты не доверяешь Хуану Моралесу?

— Конечно, доверяю, Моралес, пока не повернулся к тебе спиной.

Бандит сжал челюсти, глаза его горели яростью. Он обратился к одному из своих людей, прячущихся поблизости:

— Приведи лошадь этого метиса, а когда он выйдет, пристрели его.

— Но он может первым убить меня.

— Я еще скорее прикончу тебя, если ты не пошевелишься, — прорычал Моралес.

Несчастный крадучись удалился, чтобы пробраться туда, где были привязаны лошади, в то время как остальные бандиты начали выходить из своих укрытий. Всем не терпелось поскорее добраться до женщин.

Сэм наблюдал за приближением мексиканца с лошадью. Он рассчитал, что женщины уже должны достигнуть леса. Моралес все еще самоуверенно стоял у скалы. Сэм достал свои револьверы и подошел к двери. Тотчас последовал ураганный огонь. В этот момент несчастный глупец оказался между Сэмом и линией огня. Лошадь Сэма и ведущий ее бандит повалились на землю, сраженные градом пуль. Сэм нырнул под прикрытие упавшей лошади, однако одна из пуль ранила его в ногу. Его первый выстрел продырявил сомбреро на голове Моралеса, и главарь спрятался за валуном. Сэм разрядил свои револьверы в бандитов, которые ближе всех подобрались к нему.

Его ружье находилось в футляре на мертвой лошади. Сэм потянул его вверх и тут же получил пулю в левое плечо. Его могли бы продырявить еще две, но они попали в укрытие. Вся эта перестрелка длилась всего тридцать секунд.

Сэм снова зарядил свои револьверы, в то время как бандиты перегруппировались. Истекая кровью, сочащейся из плеча и ноги, Сэм понимал, что его позиция уязвима со всех трех сторон.