Миром правит любовь - Ли Эйна - Страница 46

Зак без происшествий добрался до телеграфа, но новости были плохие – ответа на его телеграмму все еще не было. Выйдя с почты, он заметил, что на площади собирается большая толпа. Но хуже всего было то, что в ее центре он заметил Тейта, в который раз подробно пересказывавшего свою ложь о том, что Роуз виновна в смерти Рейборна. Может, чем скрываться, ему лучше выступить с опровержением этой лжи, подумал Зак. Он вытащил из кобуры «кольт» и взвел курок. Решительно приблизившись к толпе, он стал пробираться к ее центру.

– Тейт, я так понял, что ты тут несешь обо мне вздор? Натянутая улыбка Тейта ни на минуту не обманула Зака.

Он знал, что этот человек ищет повода убить его.

– А, это ты помог убийце Рейборна сбежать, да? Куда ты ее спрятал, Маккензи?

– Туда, где ты не сможешь до нее добраться и причинить вред, пока она не докажет свою невиновность. Может, тебе следует более тщательно проверить пассажиров, пока поезд не ушел со станции?

– Ну, что я говорил вам, сограждане родимые? Он позволил убийце улизнуть!

– Ты мерзкий лгун, Тейт. Роуз Дюбуа не убивала Рейборна, это сделал ты!

Как Зак и предполагал, толпа молча отступила назад. Все жители городка порядком насмотрелись на выяснения отношений, так что они знали, что обычно следует за подобным обвинением. Теперь только Тейт и его шайка остались на опустевшей площади лицом к лицу с Заком.

Толстые губы Тейта кривились от изумления, но темные глаза горели страшной злобой. Его рука скользнула к кобуре.

– Мне послышалось, или ты и в самом деле назвал меня лгуном, Маккензи?

– С ушами у тебя все в порядке, Тейт.

– И как я понимаю, это совсем не она вместе с тобой наставляла рога Рейборну, а, Маккензи?

– Это не могло заставить ее стать убийцей.

Каин и Щука стали бочком-бочком заходить Заку за спину. Не отводя пронзительного взгляда от Тейта, Зак произнес:

– А ну, ребятки, стойте там, где стоите. Это касается и вас двоих, Бык и Джо.

– А ты что, видишь, будто я куда-то пошел, что ли? – проворчал Бык.

– Ты думаешь, что справишься с нами, Маккензи? – насмешливо спросил Тейт.

– Обо всех не скажу наверняка – но ты можешь не надеяться выбраться отсюда живым. Меня не так легко будет уложить, как Рейборна и чету старичков, которых ты убил.

– Вы только послушайте, о чем толкует этот придурок Маккензи! Сейчас ты проглотишь свою вонючую ложь!

– Попробуй заставить меня, Тейт.

Тейт бросился вперед, и тут началось столпотворение.

Крики мужчин и вопли женщин доносились со всех сторон, все разбегались, стараясь не попасть под выстрелы. Выстрел Тейта просвистел мимо, но пуля, выпущенная из «кольта» Зака, нашла свою цель, и бандит замертво рухнул на землю.

Под градом пуль Зак прыгнул, укрывшись позади колоды для пойки лошадей, а остальные члены шайки рассредоточились и тоже нашли себе укрытие. Вода фонтанчиками выливалась из колоды через дюжину отверстий, которые в ней проделали пули. Шальная пуля задела Заку плечо, и он огляделся в поисках более подходящего убежища. Самое близкое место было за конюшней. Ему следовало рискнуть, поэтому он сделал несколько выстрелов подряд в сторону шайки, чтобы они попрятались, а потом, пригнувшись, стремительно пробежал несколько шагов в сторону конюшни. Следующая пуля задела его ногу как раз в тот момент, когда он проскользнул в ворота и захлопнул их. Еще несколько пуль расщепило дерево ворот. Зак накинул на ворота щеколду, чтобы никто не смог войти внутрь, и медленно отступил в глубь конюшни.

Зак снял с себя шейный платок и перевязал бедро, потом огляделся. Сеновал, ни одного окна, пустые стойла. Хорошо еще, что нет никакой лазейки, по которой сюда мог кто-нибудь забраться. Хуже было то, что ему теперь придется дожидаться темноты, чтобы незаметно улизнуть из конюшни, а времени было немного: скоро мог вернуться шериф со своей командой.

Еще несколько пуль ударилось в ворота конюшни, как будто для того, чтобы уверить его, что положение безнадежно. Когда он попытался рассмотреть площадь через щелку между досками, то никого не смог разглядеть, но наверняка где-то там скрываются по крайней мере четверо, кто хотел бы уложить его насмерть. Сейчас, во всяком случае, он был в безопасности: никто из этих четверых не собирался рисковать своей шкурой, чтобы нападать на него.

Его плечо жгло от раны, а нога чертовски болела. Он потрогал плечо, потом вытер окровавленную руку о штаны. Хорошо еще, что пуля прошла насквозь. Окровавленное отверстие на джинсах спереди и сзади успокоили его, что и в бедре пуля не застряла. Отлично.

Снова в ворота застучали пули. Сколько еще эти идиоты будут продолжать тратить на него боеприпасы? Зато он уложил Тейта. И теперь этот подонок не сможет причинить вреда Роуз.

Сморщившись от боли, он сел на пол, перезарядил револьвер, прислонился к столбу и решил подумать, какую дальнейшую стратегию ему выбрать. Он посчитал, что чердачная дверь на сеновале лучше подходит для побега, чем гнилые доски, которые легко выломать.

К тому же он слишком хорошо понимал, что ему нечего ждать помощи со стороны горожан.

– Ты должен признать, Маккензи, это не самый лучший переезд, который ты когда-либо делал, – пробормотал он себе под нос. – Что бы ты сделал на моем месте, отец? Дядюшка Люк? Дядюшка Клив? – Он ворочал мозгами, пытаясь вспомнить их бесчисленные рассказы о том, как они выкручивались из разных неприятных историй.

Услышав выстрелы, Роуз тут же вскочила. Наверняка стрельба началась из-за того, что они заметили Зака. Ее сердце сильно забилось, едва не выпрыгивая из груди. Забыв о его предупреждениях, она подошла к окну, но оттуда был виден только вокзал. Выстрелы доносились с другого конца города.

В волнении она принялась ходить по комнате. Жив ли еще Зак? Может быть, он ранен? А может быть, просто какой-нибудь подгулявший в городе ковбой устроил пальбу? Когда стрельба внезапно прекратилась, она окаменела, помимо воли задержав дыхание. Ее беспокойство достигло немыслимых пределов, она была почти в панике. Больше она не может прятаться в комнате! Может быть, как раз в это время Зак истекает где-то кровью! Или лежит мертвый посреди улицы! Она бросилась к двери, но тут же остановилась, услышав, что стрельба возобновилась. Приглушенные рыдания вырвались из ее груди. То, что стрельба продолжается, означает, что он все еще жив. Она должна идти к нему.

Как раз в тот момент, когда она уже была готова повернуть ключ, послышался негромкий стук в дверь. Вздрогнув, она отступила назад.

– Роуз, это я, Кейт.

Ее рука дрожала так сильно, что она едва могла повернуть ключ в замочной скважине. Кейт проскользнула в дверь, и при виде ее мрачного выражения лица у Роуз оборвалось сердце. Слезы заволокли ее глаза, и из горла вырвался вопль отчаяния:

– Зак убит, да?!

– Нет, Роуз! Нет. – Глаза Кейт блестели от слез сострадания. Она крепко сжала руку Роуз. – Он убил Джесса Тейта, но остальные из его банды загнали его в конюшню, и теперь он сидит там, как в ловушке.

Радость охватила все ее существо.

– Значит, он жив, иначе они бы не стреляли. Я должна пойти ему на помощь!

Кейт прислонилась спиной к двери и повернула ключ в замке.

– Какая может быть от тебя помощь Заку, если ты помчишься туда сломя голову? Тебя же саму могут убить!

Эти слова заставили ее разразиться рыданиями.

– Разве ты не понимаешь? Я люблю его, Кейт. Это я виновата, что он влип в эту историю. Я не могу сидеть здесь сложа руки и ждать, пока его убьют.

– Я все понимаю, дорогая, – ответила Кейт, пытаясь успокоить ее. – Но мы должны все продумать до мелочей.

– И пока мы будем все это обдумывать, Зака могут убить! Нет, я сию же секунду пойду к нему!

Роуз бросилась к двери, но Кейт крепко держала ее за руку.

– Послушай меня, Роуз. Если ты действительно хочешь помочь Заку, ты должна сначала потратить немного времени, чтобы все спокойно обдумать. Как лучше всего это сделать? Сейчас в конюшне он пока в безопасности. Шериф со своим отрядом еще не вернулся в город. Эти четыре идиота наверняка не будут подвергать себя риску и пытаться проникнуть в конюшню, потому что боятся получить пулю в лоб. Поэтому нам надо подумать, как бы отвлечь их внимание, чтобы Зак мог в это время сбежать.