Любовные хроники: Флинт Маккензи - Ли Эйна - Страница 55

Флинт выхватил «кольт», но по руке пробежала кровавая полоса, и оружие отлетело на землю. Мур снова замахнулся, чтобы нанести следующий удар, но противник молниеносно бросился вперед и вырвал кнут. Враги покатились по земле, на миг задержались на краю разверстой могилы и рухнули в яму.

Несмотря на тучность, Мур первым вскочил на ноги и выхватил нож. Следом поднялся Флинт и вытащил свой. Фигура Булвипа Мура занимала яму от края до края. Вот он сделал выпад, Флинт увернулся и воткнул свой нож в грудь врага. Схватка кончилась так же быстро, как и началась. Булвип Мур валялся на дне ямы, и его остекленевшие глаза безжизненно уставились на стоявших у могилы людей.

Флинт вытер лезвие об штаны убитого и стал прикидывать, как ему вылезти из глубокой ямы.

Гарнет вынула револьвер.

— Ну-ка, вы, или бросьте веревку, или подайте руку, — приказала она, и ей не пришлось повторять дважды: какой-то мужчина поспешно подал веревку, Флинт ухватился за конец и выбрался из ямы.

— Эй, мистер, — окликнули его, — вы только что рассчитались с человеком, который ухлопал шерифа. Не хотите работу?

— Только не я, — отозвался он. — Я достаточно наигрался в шерифов. — И, подобрав «кольт», вскочил на Сэма. — А эту грязную свинью бросьте сверху. Он не заслуживает того, чтобы сколачивать ему гроб.

Пораженная молниеносностью и дикостью происшедшего, Гарнет ощутила внутри липкую пустоту. Прошло не больше пяти минут с тех пор, как они подъехали к кладбищу. А ведь это Флинт мог сейчас лежать недвижимым на дне могилы. Смерть — человека ли, зверя ли — казалась в этом буйном краю настолько обычным делом, что перестала кого-либо тревожить. Флинт боролся за свою жизнь, а другие… смотрели. Гарнет удивленно покачала головой. Неужели и она когда-нибудь сможет воспринимать финал человеческой жизни с таким же хладнокровным цинизмом? И неужели убийство — это единственный способ выживания?

Опечаленная, с трудом преодолевая подкатившую к горлу тошноту, она побрела за Флинтом.

После полудня на горизонте сверкнули серебряные стрелы, и воздух в долине потряс рокочущий гром.

— Набрось накидку, — посоветовал Флинт. — Гроза налетит — глазом моргнуть не успеешь. — Они оба накинули пончо и пришпорили лошадей.

Гарнет все еще находилась под впечатлением смерти негодяя на ее собственных глазах и ехала, словно воды в рот набрав, только изредка бросала взгляды на лицо Флинта, но оно оставалось непроницаемым. Переживал ли он случившееся? По его внешности это было незаметно. Только что в рукопашной уложил человека, прыгнул в седло и скачет как ни в чем не бывало. Однажды Гарнет уже была свидетельницей его жестокости. Но тогда, убивая двух команчи, Флинт спасал ее жизнь.

На этот раз ссору с Булвипом Муром затеял он — холодно и расчетливо. Направляясь к врагу, он заранее рассчитывал расправиться с ним. Терзала ли Маккензи совесть? Трудно было сказать — лицо не выражало ни радости, ни печали.

Оглушительный гром застал ее врасплох. Все закружилось в бешеном вихре, и первые крупные капли дождя припечатали пыль на дороге. Снова молния рассекла небо, воздух расколол раскат грома, и над путниками разверзлись хляби небесные. Гроза набирала дикую силу. День превратился в ночь. Серебряные копья то и дело поражали землю, сметая все на своем пути. — Надо искать укрытие! — крикнул Флинт. Гарнет испуганно ежилась в седле и при каждом раскате грома вбирала голову в плечи. Казалось, они въезжали во врата ада. В воздухе пахло серой. Скалы и даже уши лошадей мерцали голубым сиянием. По земле, пугая коней, перекатывались огненные шаровые молнии, и стоило больших усилий удерживать поводья.

Очередная молния, сопровождаемая оглушительным треском, ударила в соседнее дерево. Пламя скатилось по стволу и побежало по земле, но дождь затушил пожар. Вокруг не было видно ни зги, но путники упорно продолжали искать убежище.

— Сюда! — закричал Флинт, и в свете ослепительной вспышки Гарнет увидела круглое отверстие в соседнем склоне холма.

Они спешились и нырнули в небольшую пещеру. Обрадованная, что наконец ускользнула от грозы, Гарнет без сил опустилась на колени, сняла шляпу и отвела со лба слипшиеся, мокрые пряди волос. Она молча уставилась на творившееся за стенами светопреставление.

— Готов поспорить: стадо разбежалось по всему Канзасу, — проговорил Флинт, и Гарнет впервые с начала грозы подумала о коровах, вспомнила гонку на переправе и представила, как трудно заставить слушаться насмерть перепуганных животных.

— Как же мы теперь?

— Будем несколько дней их собирать. — Флинт посмотрел на небо. — Гроза как будто проходит. Надо побыстрее отсюда выбираться. Жаль, что нет дров и мы не можем обсушиться.

В это время очередной раскат грома заставил Гарнет вздрогнуть.

— Слава Богу, что мы укрыты. — Она посмотрела наверх, под свод пещеры. Тут вспыхнула молния, и ее глаза от страха чуть не вылезли из орбит. Из груди вырвался вопль ужаса и эхом оттолкнулся от каменных стен. Пещера сразу наполнилась звуком множества хлопающих крыльев.

Не помня себя, Флинт бросился к ней, сбил на пол, прикрыл собой, заглушая крики, накрыл ладонью рот. Гарнет спрятала лицо у него на груди, а из-под сводов пещеры взлетали все новые и новые разъяренные крошечные летучие мыши. Гарнет попыталась освободиться, что-то замычала, а летучие мыши все вились и вились, пока не вылетели из отверстия вон.

— Они улетели, рыжая. — Флинт снял ладонь с ее губ, и Гарнет судорожно вздохнула. Глаза лихорадочно блестели.

— Пусти. Мне надо выйти.

— Успокойся, рыжая. Гроза почти кончилась.

— Нет. Мне надо сейчас. — Она сбросила его руки и выбежала на улицу.

Дождь слегка моросил. Небо уже не пугало своей чернотой. Влекомая не столько страхом, сколько все нарастающим нервным срывом, надломившим ее в момент убийства Булвипа Мура, Гарнет вскочила в седло и пустила лошадь во весь опор. Она нахлестывала и пришпоривала ее, пока обезумевшее животное не перешло в галоп и не понеслось по прерии, разметая грохочущими копытами намни и грязь.

Флинту не вдруг удалось догнать Гарнет, но наконец он ухватил поводья:

— Ради Бога, Гарнет. Ты разобьешься. Кобыла и так напугана грозой.

Она спрыгнула на землю и взяла лошадь под уздцы.

— Давай на минутку присядем. — Флинт догнал Гарнет и указал на ближайшее дерево. — Хотя бы здесь.

— Хорошо. — Гарнет подвела лошадь. Флинт распустил подпругу, стреножил животное, кинул на землю пончо и накрыл одеялом. Гарнет послушно села.

— В чем дело, рыжая? — Флинт опустился рядом.

— Все из-за летучих мышей. Я ихтерпеть не могу.

— Но они не способны причинить никакого вреда. Летучие мыши питаются насекомыми.

— Знаю. — Гарнет начала дрожать. Она прекрасно понимала, что дело не только в летучих мышах. Ей хотелось заплакать, признаться, что беременна, что схватка на ножах повергла ее в ужас, гроза напугала до полусмерти, да еще эти летучие мыши… Но ничего этого она не сказала. Немного помолчав, Гарнет наконец вымолвила: — Их была целая туча.

Флинт крепко ее обнял и привлек к себе.

— Я не дам тебя в обиду.

Гарнет обвила его шею руками, уронила голову на грудь. Она ощущала прикосновение его теплых широких ладоней. Это успокаивало, и дрожь постепенно начинала проходить.

— Теперь полегче? — спросил Флинт. Гарнет только кивнула и еще теснее прижалась к нему.

— Не знаю, что на меня нашло. Но если бы тебя не было рядом в пещере, не представляю, что бы со мной приключилось. — Гарнет подняла голову, улыбнулась и запустила пальцы в его густые волосы. — Я люблю тебя, Флинт.

Он наклонился над ней и хотел, чтобы поцелуй получился нежным, но как только почувствовал ее горячие полураскрытые губы, страсть одержала верх, и он жадно впился в ее рот.

— Я так по тебе соскучился, малышка, — ласково шепнул он и нашел губами мочку ее уха. Пальцы расстегнули рубашку и стянули с плеч вместе с лифом, рот потянулся к груди.