Искусительница - Ли Эйна - Страница 49

— Что ты хочешь, Салли?

— Зная, в каких отношениях ты с Дэвидом, я должна была понять, что ты не сдержишь обещания.

— О чем ты говоришь? — недоуменно спросила Синтия.

— Не дождалась, сама рассказала ему о Клее, да? А ведь обещала мне, что ничего не скажешь и я сама смогу открыть брату правду!

Синтия не хотела больше выслушивать оскорблений Салли и сдержанно бросила:

— Это не я рассказала Дэйву про тебя и Клея.

— Откуда же тогда он узнал? — с подозрением спросила Салли.

— А о Мэгги ты забыла? Ведь она знала, что тебя не было с нами, когда на нас напала собака! Не сомневаюсь, что Мэгги по простодушию все выложила Дэйву. Полагаю, ты не хотела втягивать в свое вранье семилетнего ребенка?

Салли оставалась раздраженной.

— У тебя есть еще какая-нибудь причина сердиться на меня, Салли? — поинтересовалась Синтия.

— Тебе не кажется, что вы оба лицемерите, читая мне бесконечные нотации? Весь городок знает, что происходит между тобой и Дэвидом.

— Мы с Дэйвом взрослые люди и осознаем, какие последствия могут иметь наши отношения. А вы с Боннером еще слишком юны, чтобы понять это.

— Нам не в чем каяться, — огрызнулась Салли.

— Надеюсь. Надеюсь, ты никогда не станешь упрекать брата в том, что он не помог тебе. Как ты вообще смеешь осуждать его?

— Ну вот, опять ты за свое! Сейчас начнешь бубнить о том, как я обязана Дэвиду!

— Нет, и не подумаю. Меня больше беспокоит другое — твоя беспечность. Дэйв всю жизнь чувствовал себя ответственным за что-то. Кстати, тебе не кажется, что он тоже имеет право на развлечения?

— Разумеется, — сказала Салли.

— Отлично. Ну а теперь, когда мы, кажется, поняли друг друга, не оставишь ли ты меня одну? Мне надо одеться.

— Так ты сердишься на меня, Синтия?

— Нет, я не сержусь, Салли. Но если ты хочешь, чтобы с тобой обращались как со взрослым человеком, то и веди себя соответственно. Когда тебе удобно, ты заявляешь, что еще слишком молода, но через минуту сообщаешь, что ты уже взрослая, а мы почему-то этого не понимаем. Ты должна сделать выбор, Салли, если желаешь, чтобы тебя воспринимали серьезно.

Добрый нрав Синтии не позволял ей долго сердиться. Она подошла к сестре Кинкейда и обняла ее.

— Салли, а почему бы тебе не показать нам, что ты и вправду повзрослела, а? Пойди-ка для начала помирись с братом.

Салли расплакалась:

— Я не хочу ссориться с Дэйвом, Синтия, я люблю его, — Знаю. Но и он тебя любит. Вы часто говорите друг другу обидные вещи. У Дэйва взрывной характер, дорогая, однако он быстро отходит. Я уверена, что если вы сядете и поговорите по душам, то обязательно поймете друг друга.

— Я попробую, Синтия, — пообещала Салли.

— Ну вот и хорошо, — улыбнулась Синтия.

Глава 21

Дэйва не было в его вагоне, поэтому Салли вернулась к себе в палатку, чтобы побыть там до начала уроков. Но когда Синтия ушла в школу, она тут же побежала на свидание с Клеем.

Они поехали в их любимый уголок, где Клей учил девушку ездить верхом но Вороне.

— Клей, я не хочу сегодня заниматься верховой ездой, — сообщила Салли. — Мне надо поговорить с тобой.

— Я так и подумал, что тебя занимает что-то другое, Салли, ведь ты молчала всю дорогу. Уверен, мне не понравится то, что ты хочешь сказать.

— Мой брат узнал, что мы встречаемся, и запретил мне видеться с тобой.

— И все из-за неприятностей с колеей и моим отцом, — пробормотал Клей. Салли кивнула:

— Дэвид уверен, что ты — один их тех, кто портит колею.

— Клянусь, я этого не делал, Салли.

— Я верю тебе. Клей, но не могу убедить в этом ни брата, ни Синтию. Но я попробую еще раз поговорить с Дэйвом.

— Может, мне самому поговорить с ним, Салли? Несправедливо, что мы должны страдать из-за их взаимной неприязни.

— Но разве ты тут ни при чем, Клей? Ты ведь тоже живешь на ранчо!

— Да, но я уже поговорил обо всем с отцом. Мне кажется, мы должны найти компромисс. Ведь у них есть законные основания прокладывать тут дорогу, а мы не имеем права на землю. Но отец привык командовать, вот и все. Обняв Салли, Клей крепко поцеловал ее. — Я так боюсь, что эти споры разлучат нас, — проговорил он, осыпая поцелуями лицо девушки. — Я люблю тебя. Синеглазка.

— Синтия считает, что ты говоришь мне о любви лишь для того, чтобы получить от меня кое-что. Она утверждает, что ты можешь рассчитывать на благосклонность любой девушки, поскольку богат и красив.

— Но мне не нужна другая девушка, Салли Кинкейд, — горячо проговорил Клей. — Я полюбил тебя, едва увидел твои ясные глаза и белокурые локоны. — Его рука проскользнула ей за корсаж, и он начал ласкать грудь Салли. — Я с ума по тебе схожу. Позволь мне заняться с тобой любовью.

— Мы не должны этого делать, Клей, — прошептала Салли. — Так не годится. Именно в этом они нас обвиняют, — возразила девушка, но прикосновения Клея были так приятны ей, что она не хотела, чтобы он останавливался.

— Нет, все нормально, если мы любим друг друга, Салли. Ведь ты любишь меня, не так ли?

— Да! Я люблю тебя. Клей!

Он прижался губами к ее губам, а потом его язык проник во влажное тепло ее рта. Салли едва дышала, когда Клей отпустил ее.

— Тогда позволь мне овладеть тобой, — шептал он. — Я жду этого с момента, когда впервые увидел тебя. Я не в состоянии дольше терпеть, дорогая. — Он стянул с ее груди лиф. — В этом нет ничего дурного, ведь ты станешь моей женой. — Клей принялся ласкать языком ее сосок, по телу Салли пробежала дрожь. — Просто доверься мне, дорогая. Если любишь меня, то доверься…

Закрыв глаза, Салли даже не пыталась сопротивляться, когда он поднял вверх ее юбку.

— Да, Клей, я люблю тебя, — прошептала она. — Я доверяю тебе.

Не теряя времени, он снял с нее панталоны…

Сразу после уроков Синтия пришла в вагон Кинкейда. Дэйв работал за столом.

— Ну как? Поговорили с Салли? — нетерпеливо спросила она.

— Что ты хочешь этим сказать? — удивился Дэйв. — Я не видел ее после того, как ушел от тебя утром.

Синтия удивленно пожала плечами:

— А я была уверена, что она хочет поговорить с тобой.

— О чем?

— Разумеется, о Клее Боннере!

— А что тут обсуждать? По-моему, мы уже все друг другу сказали.

— Дэйв, ты должен иначе взглянуть на эту проблему или никогда не решишь ее.

— Син, Салли высказалась предельно ясно. Она будет делать что хочет, нравится мне это или нет.

— Понятно. Но вы не должны сердиться друг на друга. Ты должен постараться понять ее.

— Не думаю, что в ближайшее время мы сможем поговорить нормально.

Синтия присела на край его стола.

— А какая проблема у Шона? Опять испорчена колея? — переменила она тему разговора.

— Опять… Пропали рельсы и шпалы. Если мы не призовем на помощь закон, этот чертов Боннер разорит Роки-Маунтейн-Сентрал. Слишком много мы переплачиваем за рельсы и труд рабочих.

— Но ты, кажется, поставил караульных у колеи?

— Да, но рельсы исчезли на границе между нашей землей и их. Чертов Боннер, видимо, сбросил их в реку.

— Да, тебе нелегко приходится, — заметила Синтия.

— Дорогая, это же настоящий вандализм! Мы не можем тратить столько денег на рельсы и жалованье рабочим! Рейберн предложил нанять стрелков, но мне кажется, надо еще раз поговорить с Боннером.

— А что думает по этому поводу Бет?

— Она тоже не хочет, чтобы проливалась кровь. Но мы не можем допустить, чтобы это продолжалось.

Синтия пересела на колени к Дэйву, наслаждаясь прикосновениями его рук.

— Придешь вечером пообедать?

— Не знаю, слишком много дел, но думаю, меня можно уговорить.

Синтия осыпала поцелуями его подбородок, а потом страстно поцеловала Дэйва в губы.

— Этого довольно? — спросила она.

— Мм… А что на десерт?

— Я.

— Договорились, миз Син.

— Тогда мне, пожалуй, лучше уйти сейчас.

— Да, — кивнул Дэйв, снова целуя ее. — Не то я съем десерт перед основными блюдами. Синтия встала.