Дорога любви - Ли Эйна - Страница 21

– У нас, кроме кобуры, есть еще ногти и зубы, – сжал кулаки Томас, задиристо выставляя вперед грудь.

– Ну хватит, – улыбнулась Анжела, встав между ними. Она взяла их за руки и повела к дому.

Вечером, когда все в доме уже заснули, Томас и Рурк долго сидели на веранде, наслаждаясь тишиной, бренди и сигарами.

– Думаю, тебе пора повесить свою кобуру на гвоздь мира, друг, вернуться домой, остепениться и сыграть свадьбу.

– Почему как только какой-то закоренелый холостяк распрощается со свободой, он желает того же и другим? – задал риторический вопрос Томас. – Объясни ты мне это, великий строитель, и я немедленно последую твоему совету.

Они были давними друзьями, и Рурк достаточно хорошо знал своего друга, чтобы догадаться: тот что-то недоговаривает.

– Потому что у тебя уже кто-то есть! Ты от нее без ума!

Томас выставил вперед руку, энергично возражая:

– Нет-нет-нет. Я от нее еще не без ума. Хотя уже и не в здравом. Я работаю над этим вопросом – и больше пока ничего не могу тебе сказать.

– Только ничего не говори Анжеле и Нане, а то они тут же примутся за свадебные приготовления.

Но Рурка Стюарта провести было невозможно. Он прекрасно понял, что Томас уже потерял свою ученую голову, и, судя по всему, навсегда.

Следующий день Томас потратил, готовя к отправке в Огден разного рода медицинские принадлежности, а вечером вместе со Стюартами отправился на свадьбу одного из деловых партнеров Рурка.

Когда по залу пронеслась весть, что Томас участвует в строительстве железной дороги, он немедленно попал в тесный круг джентльменов, желавших узнать новости о прокладке дороги из первых рук.

– Сейчас между обеими железными дорогами осталось только двести миль, – сообщил им Томас.

– Я слышал, вокруг дороги творится много грязных делишек, – хитро блеснув глазками, заметил один из присутствующих.

– Дело это большое, сэр, – дипломатично ответил Томас, – не все в нем может быть чисто.

– На дорогу тратится невероятное количество государственных средств, – выразил свое мнение Мейсон Деннинг, местный банкир. – Могу поклясться, что Томас Дюрант и Гренвил Додж себя не забыли.

– То же можно сказать и о «Сентрал пасифик». Я уверен, что «Большая четверка» тоже нечиста на руку.

– Ну, в любом случае через месяц дорога соединится, и все это закончится, – поспешил прервать обсуждение Томас.

– И будет пышный праздник, – поддержал его Рурк.

– Строители заслужили это. За шесть лет проложено тысяча восемьсот миль. Приходилось пробивать тоннели, строить железнодорожные мосты и возводить насыпи в непроходимых местах. И все это при снежных метелях зимой, жаре и пыли летом.

Окружившие Томаса люди слушали молча, завороженные его вдохновением.

– На прокладке работали многие тысячи человек, – продолжал он, – топографы, проходчики, строители, повара, солдаты Конфедерации и правительственных войск, мормоны и многие другие. Мулы изо дня в день тянули фургоны с различными припасами, платформы с рельсами и шпалами. И это при любой погоде: в дождь, снег, град и ветер. И в жару, и в холод. Иногда с гор сходят лавины, встречаются воинственные индейцы, не дают покоя москиты, проносятся стада бизонов… И так далее. – Томас остановился, решив, что слишком увлекся своим рассказом. Улыбнувшись, он поспешил произнести заключительные слова: – Интересно было бы посмотреть, как все это будет потом описано в учебниках истории.

– Доктор Грэхем, думаю, вам есть что рассказать, – произнес издатель местной газеты «Миссури демокрэт». – Я хотел бы, чтобы вы рассказали обо всем этом нашим читателям. Вы не будете возражать, если завтра утром я пришлю к вам своего корреспондента для интервью?

Томас поднял руку и отрицательно покачал головой.

– Сэр, я польщен, но я всего лишь доктор. Вам надо немного подождать, когда те, кто прокладывает дорогу, начнут возвращаться. У них действительно есть о чем поведать. – Он поклонился и поспешил отойти к Анжеле и Саре Стюарт.

Как раз в этот момент оркестр начал свой первый за вечер вальс.

– Поскольку здесь не видно вашего мужа, могу я пригласить вас на первый танец, миссис Стюарт? – спросил Томас.

Анжела посмотрела на него – от ее взгляда у любого перехватило бы дыхание – и поднялась ему навстречу. Однако кто-то схватил Томаса за фалды.

– Только через мой труп. Первый вальс мой. – Рурк Стюарт поспешно взял жену под руку и повел ее в центр зала.

– Я имел в виду вас, – нашелся Томас, учтиво поклонившись седовласой даме, которую оставила Анжела.

Дама удивленно подняла голову:

– Не пытайтесь произвести на меня впечатление своими манерами, южанин. В моем возрасте надо экономить каждый вздох, а не скакать с бездельниками вроде вас по площадкам для танцев.

Томас сел на стул, оставленный Анжелой, и взял Сару Стюарт за руку.

– А кто сказал, что я приглашаю вас на площадку? Главное, что музыка звучит в наших сердцах.

– Ну, вы и мастер очаровывать, – дрогнули в улыбке губы Сары. – Вы еще не нашли себе хорошую девушку, чтобы жениться? Вы не становитесь моложе, знаете ли.

– Думаю, если я подожду еще немного, мой возраст позволит мне жениться на вас.

– Вы все такой же, – рассмеялась она и похлопала его по руке. Затем повернулась к танцевавшим Стюартам. – Они очень красивая пара. Помню вечер, когда они танцевали в первый раз. Я тогда сразу поняла, чем это кончится.

Томас чуть улыбнулся, вспомнив свою первую встречу с Анжелой Хантер.

– Первый раз я их увидел вместе в Нью-Йорке, в «Деллмонико». Уже через пять минут я понял их истинные чувства, хотя они и пытались это скрыть.

Сара, тоже улыбнувшись, заметила:

– Но до свадьбы тогда было еще очень далеко.

– Я тоже так думал, – произнес Томас и тронул свою челюсть, – у вашего внука хороший удар.

Сара в восторге сложила руки.

– Да, вы тогда здорово подрались!

Вальс закончился, и Томас заметил, как Рурк и Анжела выходят на веранду.

– Извините. Я, видимо, плохо усваиваю уроки и хочу рискнуть пригласить Анжелу на следующий танец.

Выйдя на веранду следом за Рурком и Анжелой, Томас увидел, что они, скрытые тенью деревьев, поглощены долгим и страстным поцелуем.

Скрестив руки на груди, Томас оперся спиной о дверь, чтобы никто не помешал этой идиллической сцене.

Когда Рурк и Анжела оторвались друг от друга, Томас громко спросил:

– Неужели вам дома этого недостаточно? Рурк не обернулся. Он наклонился к уху Анжелы и тихо проговорил:

– Я знаю, если на этого нахала не обращать внимания, то он отвяжется.

Но нахал не отвязывался. Он подошел ближе.

– Могу я пригласить на танец твою жену?

– Слушай, Ти Джей, на этой свадьбе должно быть много одиноких женщин. Неужели ты никого не можешь выбрать? – спросил Рурк.

Томас с сожалением покачал головой.

– Такой, как у тебя, уже не будет никогда. – Он осторожно взял ее руку. – Ну ты и собственник! Теперь я понимаю, почему ты так хочешь меня женить.

Анжела бросила на своего обескураженного мужа сочувственный взгляд. Не очень, видимо, желая уходить, она все же уступила настойчивости тянувшего ее в дом Томаса. Рурк улыбнулся, покачал головой и отправился следом.

Кружа Анжелу по залу, Томас случайно заметил рыжеволосую девушку, стоящую с двумя мужчинами, судя по всему, подружку невесты. Она стояла, повернувшись к нему спиной, но ее волосы и плечи сразу напомнили ему Роури.

Каждый раз проходя в танце мимо, он пытался рассмотреть, кто это, но услужливо склоненная голова одного из мужчин никак не давала ему возможности разглядеть лицо девушки.

– Что-то не так, Ти Джей? – спросила Анжела.

– Не так? Да нет, ничего. Почему ты так решила?

– У меня такое чувство, что я танцую одна, – ответила она. – Ее губы тронула легкая улыбка. – Куда ты исчез, Ти Джей?

– Кое-кто мне тут кажется знакомым.

– Это женщина? Он сжал губы.

– Может быть. Мне хотелось бы узнать это до того, как танец закончится.