Прекрасная бунтарка - Мэримонт Лесли - Страница 26

Патрисия вдруг ощутила настоятельную потребность вступиться за Стивена. Как бы он с ней ни обошелся, а подонком его назвать все равно нельзя.

— Он вовсе не такой уж плохой человек. И не злой, не агрессивный. Просто… просто слишком властный.

— А чего он сейчас от тебя хочет? Чтобы ты избавилась от ребенка?

Патрисия растерянно пожала плечами.

— Даже не знаю.

— Гмм… А хоть любит тебя?

Патрисия несколько мгновений обдумывала этот вопрос, потом кивнула.

— Да, думаю, любит. Во всяком случае, насколько вообще способен любить.

— Звучит не очень-то оптимистично. А что он вообще собой представляет.

Патрисия снова пожала плечами.

— Ну, он бизнесмен. Очень успешный. Богат, уверен в себе.

— И, готова держать пари, чертовски хорош собой, — хмуро добавила Маргарет.

— О, это да.

Хозяйка гостиницы состроила кислую гримасу.

— Все они такие. С ними держи ухо востро. Ну ничего, приедет — я ему все выскажу прежде, чем скажу, в какой стороне тебя искать. Не возражаешь?

Патрисия засмеялась.

— Ничуть. Так ему и надо;

— Вот и чудненько. Тогда давай скорее одевайся и выходи. И мой тебе добрый совет: возьми в прихожей шляпу с широкими полями или еще что подходящее и солнечные очки. А волосы заколи наверх и спрячь. Не то сейчас все встречные, которые успели с утра газету прочитать, побегут к телефонам.

— Хорошо. Маргарет…

— Да?

— Спасибо огромное. Вы так добры!

Маргарет плутовски улыбнулась.

— Еще бы. Нам, слабым девушкам, надо держаться вместе.

Стивен брел по лесной тропинке, что вилась по берегу неширокой речки. Просто не верилось, чего только наговорила ему толстушка из гостиницы, прежде чем показала, куда ушла Патрисия! Давно уже никто не обходился с ним подобным образом! Можно подумать, он преступник какой-нибудь, а не влюбленный, пытающийся отыскать сбежавшую возлюбленную!

Нельзя сказать, чтобы лес и луг перед ним отличались особым безлюдьем. Напротив, народ тут так и кишел. Кто просто гулял, кто приехал устроить пикник, кто вышел на пробежку в погоне за здоровым образом жизни, кто прогуливал любимого пса. То и дело, заметив очередную женскую фигуру, Стивен с надеждой вглядывался в нее, но всякий раз обманывался в своих ожиданиях. Да где же Патрисия? Уж не решила ли дерзкая толстушка сыграть с ним злую шутку, указав неверное направление? Вдруг это маневр, чтобы потянуть время и дать Патрисии скрыться в другом направлении?

Споткнувшись о какой-то коварный корень, что так и норовил ухватить за ногу, Стивен мельком подумал, что одет совершенно неподходяще для прогулки на лоне природы. На элегантном светло-сером костюме уже появилось несколько зеленых пятен от листьев, а в щегольские ботинки порядком набралось песку. Впрочем, ему сейчас было не до таких мелочей, как костюм и ботинки.

Он высматривал, не сверкнут ли где на солнце черным лаком знакомые роскошные локоны. Однако узнал Патрисию не по ним — волосы она спрятала под платок, повязанный на пиратский манер, — а по фигуре. И умопомрачительно длинным ногам. Едва ли еще хоть одна женщина в мире могла похвастать такими стройными и длинными ножками.

Молодая женщина стояла спиной к нему у самой кромки воды, поодаль от других отдыхающих, и крошила булку стайке суетливых уток.

Сегодня уже с утра было жарко, поэтому на Патрисии был лишь коротенький сарафанчик выше колен. Не тот, в котором она встречала Стивена в прошлый раз, а ситцевый, совсем простенький, но и он потрясающе подчеркивал фигуру своей обладательницы. У молодого человека мгновенно пересохло во рту.

Словно почувствовав на себе его взгляд, Патрисия медленно обернулась. На миг застыла, словно в нерешительности, потом так же медленно и нерешительно пошла ему навстречу.

Когда она подошла чуть ближе, Стивен заметил, что лифчика под ситцевым сарафаном нет. И тело отреагировало на это старым и понятным, но таким неуместным сейчас образом. Стивен даже разозлился. Вот чего сейчас совсем не надо, так это демонстрировать Патрисии, как он ее хочет. Это она и так знает. Главное сейчас — как раз убедить ее, что ему нужен от нее не только секс, а гораздо большее. Что он хочет стать не просто любовником, а мужем и отцом. Хорошим мужем и хорошим отцом.

Стоит только сплоховать, выказать свое жадное нетерпение — и все, считай, проиграл. А на проигрыш Стивен сейчас был совсем не настроен. Он вообще не умел проигрывать.

Почему-то до этой минуты, до того, как воочию увидел Патрисию, ему подсознательно казалось, что стоит ее найти — и всем проблемам придет конец. Что их, как описывают в романах, швырнет друг другу в объятия неодолимым порывом, и все былые недоразумения, все разногласия исчезнут сами собой, унесенные вихрем страстных и сладостных поцелуев.

Теперь он видел, что это не так. Штампы хороши в романах, а жить им с Патрисией предстоит в самом что ни на есть реальном мире. И в этом мире никакие жаркие поцелуи не в силах разрешить все проблемы. Даже любящим сердцам надо хорошенько потрудиться, чтобы найти общий язык.

12

Патрисия уже некоторое время назад почувствовала, что Стивен где-то неподалеку. Она сама не могла бы объяснить себе, откуда и как это знает. Словно между ними пролегло незримое силовое поле и Патрисия улавливала малейшие колебания в напряжении этого поля. И точно так же, не оборачиваясь, она знала: сам Стивен еще не заметил ее, он ищет, всматривается в каждую женщину на берегу.

И вот наконец он увидел его. Патрисию так и обдало жаром его взгляда. Сердце затрепетало в груди. Не в силах более притворяться, что не подозревает о его присутствии, молодая женщина повернулась и пошла навстречу возлюбленному. Как же так вышло, недоумевала она, что еще недавно казалось, будто между нами царит полное доверие, а вот теперь надо мучительно обдумывать каждое слово и выбирать линию поведения?

Но тело, глупое тело знать не желало никаких сложностей. У него линия поведения была только одна. И Патрисия с неудовольствием заметила, как невольно ускоряет шаг, как учащается пульс, твердеют соски, а из глубин существа поднимается знакомая горячая волна, жидкий огонь, что растекается по жилам и наполняет каждую клеточку новой жизнью. Кожа так и жаждет ощутить привычную ласку первого прикосновения Стивена.

Отвратительно! Патрисия чуть не топнула ногой от досады. Ну что она за развратная тварь! Столько важных проблем надо обсудить, а она реагирует так, точно проблема только одна: как бы скорее добраться до постели.

Но другой, вкрадчивый и коварный голосок нашептывал иное. Что может быть естественней подобной реакции при встрече с человеком, который открыл для тебя мир чувственности? И что может быть естественней, если вы с ним сейчас совершите очередную экскурсию в этот удивительный мир?

Молодая женщина вздохнула. Раз она до сих пор так чутко реагирует на близость Стивена, значит, надо с особой тщательностью следить за собой. Никаких прикосновений, пусть даже случайных, пусть совсем невинных. Никаких поцелуев, никаких объятий. Нужно сохранять трезвую и ясную голову.

— Добрый день, Стивен, — сухо произнесла она, когда между ними оставалось всего несколько шагов.

Если он и хотел поцеловать ее, то этот холодный, сдержанный тон остановил его. Стивен замер на вполне благоразумном расстоянии, исключающем какие бы то ни было объятия и поцелуи. Но почему это ее так сильно огорчило?

— Так ты все же нашел меня, — добавила она, скрестив руки на груди. Не столько, чтобы продемонстрировать Стивену, что ему тут не слишком рады, сколько ради того, чтобы прикрыть грудь с чересчур красноречиво просвечивающими бугорками затвердевших сосков.

— Не без труда, — в тон ей ответил он.

Судя по всему, Стивен пребывал не в лучшем расположении духа. И неудивительно, если Маргарет задала ему обещанную головомойку. Впрочем, что бы она ему ни сказала, он это заслужил.

— Да ладно тебе, — саркастически промолвила молодая женщина. — Какой уж тут труд! Фотография у тебя была, газеты пляшут под твою дудку, а обещанное вознаграждение по твоим масштабам сущие пустяки. Оп-ля — и дело в шляпе, рыба на крючке.