Неподходящий муж - Ли Ребекка Хэган - Страница 60

– Можно не говорить, как все за него уцепились! Едва он пытался улизнуть, как его тут же снова усаживали на место и совали в руку бокал шампанского, – подхватил Кортленд. – После того как он отключился в объятиях рыжеволосой новенькой – кажется, ее зовут Минна, – мадам Тео обратилась к Баркли с просьбой помочь увести его. А я вызвался помочь Баркли. – И Кортленд улыбнулся еще шире, чем его друг.

– Вы что-то с ним сделали? – спросил Колин больше из любопытства, чем из беспокойства за Данбриджа.

– Ровным счетом ничего плохого, – ответил Баркли.

– Правда, ему придется пополнить гардероб. – Кортленд попытался сдержать смех, но не смог.

– Мы решили – для его же пользы, – что не стоит ему сегодня участвовать в дуэли, едва протрезвев, и… позаимствовали его одежду, – сообщил Баркли.

– Что – всю? – Гриффа тоже начал разбирать смех.

– Ну, кальсоны остались на нем, – сказал Кортленд.

– И куда вы дели его одежду? – спросил Джарред.

– Отвезли ко мне домой, – гордо ответил Баркли. – После того как этот тип извинится перед мисс Экерсли за причиненное беспокойство, я с удовольствием верну ему все до последнего жилета.

Джарред заулыбался. Пока Данбридж надумает извиниться, мисс Экерсли станет леди Шеппердстон.

– Ну, спасибо вам, – проговорил он.

– На здоровье, – отозвался Кортленд. – Всегда рады помочь.

– Только одно пожелание на будущее, – сказал Грифф.

– Да, сэр?

– В следующий раз, как вы решите расстроить дуэль, будьте так любезны послать записочку друзьям, чтобы они не мерзли понапрасну ни свет ни заря, вместо того чтобы лежать дома в постели.

– Скажите спасибо, что вам не пришлось тащить Данбриджа домой, – сказал Баркли. – Или собирать одежду, которую мы сначала выбросили в окно.

– Это справедливо, – согласился Грифф, и Джарред вернулся к более насущной теме:

– Теперь, когда мы узнали, что случилось с Данбриджем, давайте наконец займемся Суссексом.

«Свободные братья» согласно кивнули.

– Поскольку никто ничего о нем не слышал, нам остается только предположить худшее и заняться поисками. – Джарред обратился к Баркли: – Он брат нам всем, но, кроме того, еще и твой кузен. Ты выяснишь, что с ним стряслось.

– Хорошо.

Джарред пересказал Баркли и Кортленду содержание письма короля Жозефа Бонапарта, которое расшифровала Джиллиан перед балом у леди Гаррисон, и кивнул на Гриффа:

– Его светлость хочет обсудить в Уайтхолле необходимость подготовки профессиональных шифровальщиков. – Он повернулся к Алексу Кортленду. – Я не смогу принять участие в очередной поездке на полуостров, поскольку мне предстоит срочное дело личного характера.

Кортленд понимающе кивнул.

Джарред продолжал:

– Так как Баркли займется поисками исчезнувшего Суссекса, ехать на континент придется тебе.

– Я с радостью, – сказал Кортленд.

– Лорд и леди Грантем продолжат работу по дешифровке.

– А что ты сам? – спросил Баркли. Как правило, Джарред взваливал на себя львиную долю работы. Баркли догадывался, что неотложное дело, предстоявшее Джарреду, было связано с мисс Экерсли. Они с Кортлендом слышали шум в общей гостиной, когда Эйвон, Грантем и Шеппердстон вошли в клуб. Ради спасения чести дамы джентльмен обязан поступить по-джентльменски. Но Баркли показалось странным то, что Джарред не спешил уточнить суть предстоявшего ему дела.

– Я? – переспросил Джарред.

– Ты-то чем займешься? – спросил Кортленд.

– А я… я просто отправлюсь за покупками, – улыбнулся Джарред.

Глава 29

Не успела Сара вернуться с бракосочетания леди Данбридж и лорда Мейхью, как в «Иббетсон» начали поступать подарки.

Новобрачные позвали Сару вместе с ними позавтракать дома у лорда Мейхью, но девушка понимала, что в компании людей, которые двадцать лет ждали друг друга, она будет лишней. Она вызвалась вернуться в «Иббетсон» и собрать вещи, а вечером вместе с Душкой и Баджи переселиться в дом лорда Мейхью, где они втроем собирались сесть за праздничный ужин. Сара складывала черные платья тети в саквояж, когда в дверь постучали.

Она открыла и дверь и посмотрела на стоявшего на пороге человека.

– У меня письмо для мисс Экерсли.

– Это я мисс Экерсли, – сказала Сара. – Но вы уверены, что письмо не для леди Данбридж? Я имею в виду леди Данбридж, которая только что стала женой лорда Мейхью.

– Нет, мисс, – ответил посыльный, вручая ей толстый кремовый конверт, запечатанный печатью маркиза Шеппердстона.

Имя Сары было написано на конверте твердым, размашистым почерком. Сара распечатала письмо и прочитала:

«Прошу Вас принять это в знак моего уважения и самого искреннего сожаления о том, что я забыл о нашей годовщине. Джейс».

Сара не на шутку удивилась. Она вопросительно взглянула на посыльного.

– Спасибо, – произнесла она. – И поблагодарите от меня милорда.

– Он велел мне попросить вас взглянуть в окно, мисс. Сара подошла к единственному окошку, выходившему на улицу, отдернула шторы и посмотрела вниз. Внизу стоял роскошный открытый экипаж, запряженный четверкой серых в яблоках лошадей, с кучером на козлах и лакеем на запятках. На сиденье лежал массивный сверток. Кучер посмотрел вверх и помахал рукой. Сара с изумленным лицом обернулась к посыльному:

– Вы хотите сказать, что это…

– Счастливой годовщины, мисс, – почтительно произнес слуга.

– Какое чудо!

– Этот экипаж ваш, мисс, – пояснил слуга. – И все мы к вашим услугам. Меня зовут Эдвардс. Второй лакей – это Купер. А кучер…

– Мистер Бердуэлл! – воскликнула Сара, наконец, узнавая сидевшего на козлах человека.

– Так точно, мисс, – кивнул Эдвардс. – Мне еще велено передать: милорд верит, что вы не покинете Лондон до тех пор, пока он лично не попросит у вас прощения.

Сара просияла.

– Можете передать милорду, что я никуда не уеду, пока он лично не попросит прощения.

– Он не заставит себя ждать. Доброго утра, мисс, – поклонился Эдварде. Сара потянулась за кошельком, но Эдвардс покачал головой. – Нет нужды, мисс, – сказал он. – Мне и так щедро заплачено. – И он вышел, прикрыв за собой дверь. Сара закружилась по комнате, затем бросилась к окну, чтобы взглянуть на свой экипаж. Она все еще любовалась им, когда в дверь постучали снова.

Она открыла и увидела сморщенного маленького человечка в ливрее маркизов Шеппердстон.

– Могу я видеть мисс Экерсли? – спросил он.

– Я мисс Экерсли.

– Тогда это вам, мисс. – Он на миг исчез из поля ее зрения и появился снова, протягивая ей красивое черное кожаное дамское седло.

– Но я не езжу верхом, – пробормотала Сара.

– Сюда позволите? – Грум кивнул на диван.

– Ну, разумеется, – посторонилась Сара. Грум аккуратно положил седло на подлокотник. После чего достал кремовый конверт с печатью маркиза Шеппердстона и протянул ей.

На конверте было написано ее имя – все тем же твердым, размашистым почерком. Сара распечатала и прочитала:

«Прошу принять это в знак моего уважения и искреннего раскаяния в том, что я забыл поздравить Вас с Пасхой. Джейс.

P.S. Посмотрите в окно».

Сара бросилась к окну.

Лакей Эдвардс стоял рядом с экипажем, держа под уздцы великолепную золотисто-буланую лошадь, вокруг шеи которой был повязан красный бант. Эдвардс помахал ей рукой. Сара помахала ему в ответ.

– Милорд велел передать вам, что седло ничего не стоит, если под ним нет хорошей лошади.

– Она красавица! – воскликнула Сара.

– Это мерин восьми лет, мисс, и на первых порах подойдет вам идеально. Зовут его Мерлин, и, пока вы обучаетесь верховой езде, он позаботится, чтобы вы не упали.

– Мне не терпится начать!

Грум расплылся в улыбке.

– Милорд предвидел, что вы это скажете. Он велел передать, что верит, что вы никуда без него не уедете и позволите ему сопровождать вас.

Снова это слово «верит».

Сара кивнула:

– Можете передать милорду, что я оправдаю его доверие.