Огни Юга - Стил Даниэла - Страница 70

Глядя на карту кампуса, Саванна указывала матери дорогу в Принстон. Фургончик пришлось оставить на парковке. Саванна использовала в качестве ориентиров Нассау-Холл, старейшее здание в студенческом городке, и Кливленд-Тауэр, расположенный позади. Ее комната находилась в Батлер-Холле, и они нашли его, только расспросив окружающих. Комната оказалась на втором этаже. Потребовалось два часа, чтобы перенести вещи в комнату и расставить по местам. Оставалось только подключить стерео и компьютер — все остальное было сделано. Родители ее соседки занимались тем же. Отец девочки помог Алексе с компьютером. Подруги собирались вместе использовать микроволновку и холодильник, которые взяли напрокат. Каждой девочке были предоставлены телефон, кровать, письменный стол, стул и комод. Место в шкафу отводилось минимальное, и пока Алекса старалась разместить все вещи, девочки вышли в коридор, чтобы познакомиться с другими студентами. Не прошло и часа, как Саванна освоилась в общежитии и сказала матери, что можно ехать.

— Разве ты не хочешь, чтобы я развесила в шкафу твою одежду? — немного растерянно спросила Алекса. Но Саванне не терпелось встретиться с другими студентами. Ее новая жизнь только начиналась.

— Нет, мама, я сама справлюсь, — сказала она. Другая девочка то же самое сказала своим родителям. — Правда-правда, ты можешь ехать. — Саванна вежливо выпроваживала мать.

Алекса крепко обняла ее, изо всех сил сдерживая слезы.

— Береги себя... звони...

— Конечно. Я тебе обещаю, — сказала Саванна, целуя ее.

Уходя, Алекса храбро улыбалась, но когда добралась до парковки, по щекам ее катились слезы, и не одна она плакала. Было больно оставлять здесь дочь — все равно что выпускать на волю птичку, которую любила и лелеяла целых восемнадцать лет. Что, если у нее крылышки слабоваты? А вдруг она забудет, как летают? Как сможет прокормиться? Саванна была готова к этому, а Алекса нет. Она села в фургончик, включила зажигание и проплакала всю дорогу до дома. Связывавшая их пуповина была окончательно перерезана; казалось, что это худший день в жизни Алексы.

Глава 22

На следующий день, одеваясь на работу, Алекса чувствовала себя так, будто кто-то умер. Мобильник заверещал, когда она выходила из квартиры, вероятно, это была Саванна. Накануне вечером Алекса усилием воли заставила себя не звонить дочери. Однако это оказался Сэм Лоренс. Она не разговаривала с ним с июля и обрадовалась его звонку.

— Вот это сюрприз! Как поживаете?

— Неплохо, — сказал Сэм. Голос его звучал бодро и по-деловому. — Не хотите ли пообедать со мной сегодня? — спросил он.

Она была совсем не в настроении.

— Откровенно говоря, мне не по себе. Дочь вчера уехала в колледж. Я чувствую себя так, будто жизнь подошла к концу. Я словно устарела и вышла из употребления, в общем, ничего хорошего. Может быть, отложим ленч на следующую неделю? У меня будет другое настроение. — Сейчас Алексе не хотелось ни с кем общаться. Она оплакивала детство Саванны, что явилось для нее огромной потерей.

— И все же давайте пообедаем сегодня. Возможно, мне удастся вас взбодрить.

Алекса надеялась, что это не какое-нибудь свидание, потому что на это уж совсем не была настроена, тем более с товарищем по работе; других отношений с ним она не представляла. Алекса еще раз попробовала как-нибудь отвертеться, но он не позволил.

— Ладно. Встретимся в кафетерии напротив. Может быть, тамошняя пища убьет меня, зато больше не будет мучить депрессия, — наконец сдалась она.

— Через пару недель вы почувствуете себя лучше. Вы держались хорошо, когда ваша дочь во время суда была в Чарлстоне, — напомнил Сэм.

— Верно. Я по ней безумно скучала, но была занята. А теперь мне как будто и делать нечего, — объяснила Алекса.

Он ничего не сказал, но они договорились встретиться в половине первого.

Когда Алекса появилась, Сэм сразу же заметил, что она совсем приуныла. Наспех причесанные волосы небрежно собраны в конский хвост, на лице ни капли косметики, к тому же на работу пришла в джинсах. Она походила на человека, выздоравливающего после болезни. Алекса тосковала по своему ребенку.

Сэм поговорил с ней несколько минут, как всегда, о том, как ужасна здесь пища, потом с улыбкой заметил:

— Может, я смогу улучшить вам настроение? — Он надеялся, что не делает ошибки, затевая этот разговор при ее подавленном состоянии. — Хочу сделать вам предложение, — загадочно сказал он.

Она взглянула на него с любопытством и подозрением:

— Что за предложение?

— Хочу предложить работу.

— Какого рода работу? — нахмурилась она. — Вы имеете в виду дело? — Она вдруг рассмеялась. — У вас есть дело, и вы хотите моей помощи? Вот это комплимент! — ФБР нуждается в ее помощи! Вместе они неплохо потрудились над делом Квентина.

— Не дело, Алекса, — улыбнулся Сэм. — Работу. Мы хотим предложить вам работу в Генеральном юридическом совете ФБР. Работа эта канцелярская, не оперативная, так что вам не придется гоняться с пистолетом за плохими парнями. Чем занимается совет, вы понимаете. Только теперь уже вы будете стоять над душой у каждого и если что не так, заберете дело в свои руки. Вам будет сделано официальное предложение, но я предваряю его. Я думал об этом со времени нашей совместной работы над делом Квентина. По-моему, вам становится тесно в канцелярии окружного прокурора. А здесь существенное продвижение вверх по служебной лестнице. Преимущества такого шага огромны, работа интересная, и, черт возьми, это же ФБР! — Ни о чем подобном она никогда не думала. Ни разу. Она собиралась работать в офисе окружного прокурора, пока не придет время выйти в отставку.

— Здесь? В Нью-Йорке? — Она все еще не могла прийти в себя от удивления. Работа, конечно, очень престижная, и такое предложение для нее большая честь.

— Нет, — чуть замявшись, сказал Сэм, — в Вашингтоне, округ Колумбия. Но ваша дочь уехала, Алекса. И насколько я знаю, мужчины в вашей жизни нет. Так почему бы вам не перебраться в Вашингтон?

— У меня здесь мать, — в смятении возразила Алекса. Слишком уж много перемен сразу: новая работа, новый город, новая жизнь.

— Нью-Йорк в трех часах езды на поезде, сущий пустяк. Это ведь, извините, не в какой-нибудь Венесуэле.

— Нет, конечно. А как насчет зарплаты? Я буду получать больше, чем зарабатываю здесь?

— Да, — улыбнулся он, — вы не прогадаете. А если не понравится, всегда сможете вернуться сюда. Но этого не будет. Для вас это пройденный этап, и вы это знаете. — Так ей казалось еще до дела Квентина, на некоторое время придавшего остроту ее работе. Теперь же Алекса вернулась к ограблениям, магазинным кражам, оргиям наркоманов и время от времени — убийствам. Ей хотелось заниматься чем-то более важным. — Вы обдумаете это предложение?

— Да. — Она кивнула, улыбнулась и почувствовала себя не такой несчастной, как час назад. Было страшновато, но она ощутила приятное волнение. — А я думала, что вы собираетесь пригласить меня на свидание, — со смехом призналась Алекса.