Подлинная история России. Записки дилетанта - Гуц Александр Константинович - Страница 6

• если фальсификация исключена, то нет ли в рукописи вклеек, подтирок, вписываний и так далее, сделанных в другое время или другой рукой?

Очевидно, что искать ответы на эти вопросы необходимо. Более того, они должны будут вновь перепроверяться новыми поколениями ис-сле-дователей по мере совершенствования технических возможностей. Такова участь науки.

Следы «редактирования» Радзивиловской летописи

Поскольку Радзивиловская летопись является, видимо, самым древним списком ПВЛ, то исследование ее страниц должно представлять особый интерес. И этим занялись, но не историки, а математики Г. В. Носовский и А. Т. Фоменко. Что же они обнаружили? Самые невероятные вещи! Свои открытия они описали в книге (Носовский, Фоменко. Империя, 1996). Авторы проанализировали факсимильное издание Радзивиловской летописи и обнаружили следы «редактирования» рукописи. Ниже мы опираемся на текст из указанной книги.

Начнем с того, что нумерация листов рукописи идет сначала латинскими буквами. Три листа, считая от переплета, пронумерованы буквами «a», «b», «c». А потом, т. е. остальной текст, — арабскими цифрами. Эта нумерация проставлена в правом верхнем углу каждого листа.

Таким образом, рукопись пронумерована вполне естественным для XVIII века способом. Но такая арабская нумерация выглядела бы странно для летописи, составленной на Руси в XV веке. Ведь до середины XVII века в русских рукописях и книгах употребляли, как известно, исключительно церковно-славянскую нумерацию.

Историки предлагают считать, что первоначальная, самая древняя, якобы XV века, нумерация была проставлена церковно-славянскими буквами-цифрами. И якобы только через пару сотен лет на рукописи проставили другую нумерацию — арабскими цифрами. Однако такое предположение вызывает сразу недоуменные вопросы.

А. А. Шахматов установил, что «нумерация церковно-славянскими цифрами была сделана после утраты из летописи двух листов… Кроме того нумерация производилась после того, как листы в конце рукописи были перепутаны. В соответствии с текстом после листа 236 должны следовать листы 239–243, 237, 238, 244 и следующие». Причем, как читатель может убедиться лично по фотокопии рукописи, этой путаницы листов (после листа 236) не замечают обе нумерации — ни церковнославянская, ни арабская.

Таким образом, церковно-славянская и арабская нумерации обе были проставлены уже после того, как рукопись была переплетена. Когда же был изготовлен сам переплет? И тут мы с удивлением узнаем, что листы от переплета самими историками датируются по филиграням XVIII веком.

Отсюда следует, что имеющиеся сегодня в рукописи и церковнославянская нумерация, и арабская были проставлены не ранее XVIII века. Тот факт, что церковно-славянская нумерация, как и арабская, появились лишь после переплета книги в XVIII веке, заставляет заподозрить даже, что настоящая нумерация была арабской. А имеющаяся цер-ковно-славянская проставлена лишь с целью «доказать древность» рукописи.

Рукопись состоит из 32 тетрадей, из которых 28 по 8 листов, две по 6 (листы 1–6 и 242–247), одна 10 листов (листы 232–241) и одна 4 листа (листы 248–251).

Листы рукописи являются парными, т. е. составляют один разворот тетради — это единый кусок бумаги. Несколько вложенных друг в друга разворотов составляют тетрадь. А стопка тетрадей составляет книгу. Как правило, во всех тетрадях — одинаковое количество разворотов. В данном случае стандартным числом является 4 разворота, то есть 8 листов. Изучив структуру тетрадей Радзивиловской летописи, А. А. Шахматов пишет: «Ясно, что в тетради было по восемь листов».

Но, как мы уже видели, из-за ошибки при сшивании рукописи некоторые развороты попали из одной тетради в другую. В результате, в конце рукописи есть тетради и по 4, и по 6, и по 10 листов.

А вот первая тетрадь рукописи стоит особняком. Хотя она состоит не из 8, а только из 6 листов, т. е. является вроде бы уменьшенной, но рядом с ней нет увеличенных тетрадей. После этой первой 6-листовой тетради на протяжении почти всей книги идут стандартные 8-листовые.

Обратим внимание на странное обстоятельство. Согласно академическому описанию, рукопись состоит из тетрадей, в каяедой из которых четное число листов: 4, 6, 8 или 10. Следовательно, общее число листов в Радзивиловской рукописи должно быть четным. Но номер первого листа — 1, а номер последнего 251, в арабской нумерации, не имеющей пробелов и сбоев. Таким образом, в книге нечетное число листов. То, что это действительно так, легко убедиться и по фотокопии рукописи.

Это означает, что в одной из тетрадей содержится — вложен или подклеен — один непарный лист. Может быть, попавший туда позже. А может быть, и наоборот — один из листов был утрачен, а его парный сохранился. Но в последнем случае на месте утраченного листа должен обнаружиться смысловой разрыв в тексте. Такого разрыва может не быть лишь в том случае, когда утрачен первый или последний лист книги. Например, лист с оглавлением или предисловием.

Итак, мы видим, что в Радзивиловской рукописи имеются какие-то дополнения или утраты. Академическое описание тетрадей Радзивиловской рукописи хранит странное молчание о том, в каком именно месте рукописи появляется этот непарный лист. И вообще — один ли он, или их больше? Строго говоря, таких листов может быть произвольное нечетное количество — неясно какое.

Где же в рукописи находится это таинственное место с непарным листом? И что же там написано?

Простой расчет показывает, что непарный лист находится где-то в первой или второй тетради. В самом деле. Первая тетрадь состоит из 6 листов, затем идут 28 тетрадей по 8 листов, затем — 30-я тетрадь в 10 листов и так далее. При этом отмечено, что номер 1-го листа 10-листовой тетради — 232. Следовательно, в первых 29 тетрадях находится 231 лист. Это нечетное количество. Следовательно, непарный лист расположен где-то в первых 29 тетрадях.

Тетради с. 3-й по 28-ю подозрений не вызывают. Они все 8-листовые, то есть полные, и в хорошем состоянии. Все развороты в них целые, не распавшиеся на два отдельных листа. Что же касается первой и второй тетрадей, то здесь картина совсем другая.

Почти все развороты первых двух тетрадей — распавшиеся на два листа, т. е. разорваны пополам. Поэтому именно эта часть рукописи вызывает особые подозрения.

Листа с церковно-славянским номером 8 в рукописи просто нет. Лист с церковно-славянским номером 16 есть. Однако он является по счету пятнадцатым листом в рукописи. Но он должен быть последним листом 2-й тетради, т. е. шестнадцатым. Следовательно, в первых двух тетрадях недостает одного листа.

Если верить академическому описанию, то в первой тетради содержится ровно 6 листов, и получается, что в ней не хватает двух листов. Но, как мы видели, в совокупности первой и второй тетрадей не хватает одного листа. Означает ли это, что два листа были утрачены и один вставлен? Может быть. В любом случае, найдено место в рукописи, где есть явные следы каких-то переделок. Это — первая или вторая тетрадь.

Рис. 1

Рис. 2

Посмотрим на рукопись.

На рис. 1, 2 показано состояние арабской и церковно-славянской нумераций в первых двух тетрадях рукописи. В первой строке показана арабская нумерация, во второй — церковно-славянская, в третьей — следы потертости или исправлений церковно-славянской нумерации. Если арабского или церковно-славянского номера на данном листе нет, то в соответствующей клетке мы пишем «нет».

При внимательном изучении церковно-славянских цифр первых двух тетрадей видно, что номера трех листов: 10-го, 11-го и 12-го по церковно-славянской нумерации, кем-то исправлены (рис. 3). Они увеличены.