Человек дождя - Флейшер Леонора - Страница 13

Рэймонд, все еще поглощенный картой, вертел ее так и сяк, рассматривая со всех сторон.

Словно загипнотизированный, Чарли спросил:

— Он… слышит нас, когда… в таком состоянии?

— Эй, приятель! — окликнул Вернон Рэймонда. — А ты не хочешь показать брату своих уток?

Рэймонд, не отрывая глаз от карты, произнес:

— Я не знаю.

— На этом пруду, который вы проезжали по дороге, — пояснил Вернон, — он сидит по полдня.

Чарли повернулся к Сюзанне.

— Может быть, вернешься в город? — небрежно спросил он. — Я хочу побыть с Рэем наедине. Нам надо познакомиться получше. А вечером ты заедешь за мной. Тебе ведь нетрудно это сделать, правда? — Он ласково улыбнулся ей.

Сюзанна почувствовала досаду и разочарование. Он опять использовал ее, она еще не знала точно как, но ясно чувствовала это. Он опять взялся за свое.

— Я не возражаю, — неохотно согласилась она. — Если ты так хочешь.

Чарли улыбнулся еще шире.

— Пойдем, Рэй, — приветливо сказал он брату, — пойдем проводим даму к машине.

Он начал подниматься, Рэймонд, не глядя на Чарли, рукой преградил ему дорогу. Тело его напряглось и окостенело. Спустя несколько секунд Чарли, проследив за взглядом брата, понял, в чем дело. Рэймонд защищал карточный домик. Чарли кивнул и осторожно обошел домик, стараясь не задеть его. В конце концов, это было творение Рэймонда и Сюзанны. Возможно, он и аутист, но понять его не так уж сложно.

Они подождали, пока Рэймонд неторопливо надевал свой ранец и расправлял лямки. Сначала одну, потом другую, в раз и навсегда заведенном порядке. Он никогда не покидал комнаты без этой ноши.

Вечерние тени заметно удлинились, когда они вышли во двор, Чарли с Сюзанной шли впереди, Рэймонд плелся чуть сзади. Подойдя ближе к «бьюику», Чарли обратился к брату:

— Рэй, я хочу попрощаться с Сюзанной наедине, хорошо? Я сейчас вернусь.

Рэймонд согласно кивнул, но стоило Чарли шагнуть к машине, как Рэймонд снова двинулся за ним, как собака на поводке. Нахмурившись, Чарли остановился, но голос его оставался спокойным:

— Нет. Наедине — это значит без тебя. Ты останешься здесь. Мы пойдем туда. Ладно? Сюзанна, попрощайся с ним.

Сюзанна помрачнела. Ее добрая и отзывчивая душа протестовала против того, как Чарли обращался с братом — словно с бессловесным животным. Но она все-таки уступила.

— Пока, Рэймонд. Еще увидимся. — Она улыбнулась и помахала ему рукой.

Рэймонд не улыбнулся в ответ, но поднял руку и с ужасающей точностью повторил жест Сюзанны.

Чарли шагнул вперед, Рэймонд тоже. Чарли поднял руку, как цирковой укротитель, и скомандовал: «Стоять!». На этот раз Рэймонд остановился.

Схватив Сюзанну за руку, Чарли потащил ее к машине. Таким взволнованным она его еще никогда не видела.

— Слушай, планы меняются, — сказал он тихим, но настойчивым тоном. — Тебе нужно сделать так…

Сюзанна слушала, ничего толком не понимая. Что задумал Чарли? И почему он не хочет прямо сказать об этом?

— Хорошо, но только если ты объяснишь, в чем дело, — ответила она. — Сначала ты сказал «езжай в город», теперь…

— Сделай, как я прошу, — уговаривал Чарли. — Пожалуйста. Это не долго. Так нужно для Рэя. Правда.

Чарли прекрасно знал слабые места Сюзанны, одним из которых была ее симпатия к бедному Рэймонду.

Сюзанна обернулась на Рэймонда, с тревогой наблюдавшего за ними. Он переминался с ноги на ногу, не отрывая от них взгляда, вытянув шею вперед, насколько это было возможно, пытаясь услышать, о чем они говорят. Сюзанна была тронута его страдальческим видом.

— Черт с тобой, — вздохнула она. — Иди. Он ждет.

Чарли благодарно обнял ее и крепко поцеловал. Сюзанна села в машину и медленно тронулась с места.

Чарли кивнул Рэймонду, и тот поспешил к нему, готовый показывать ему своих уток.

Сидя плечом к плечу на мшистом берегу пруда, они наблюдали за скользящими по воде утками. Вернее, Чарли наблюдал за утками, пока Рэймонд строчил в блокноте, на этот раз зеленом. Порой он поднимал глаза на уток, но ни разу не удостоил взглядом Чарли.

— Что ты пишешь? — спросил Чарли.

— Я не знаю. — Рэймонд не отрывал взгляда от страницы. Лицо его по-прежнему ничего не выражало.

— По-моему, это Список Ужасных Происшествий.

— Ну вот, осадки 117 дюйма. Ну вот, это на 1.74 ниже нормы, — бесстрастно излагал Рэймонд. — Это самый засушливый сентябрь с 1960 года. Очень мало осадков. — Казалось, это его взволновало. Он слегка поежился, переводя взгляд с блокнота на уток, потом обратно.

— Значит, это и есть Список Ужасных Происшествий?

— Нет, — произнес Рэймонд.

— Рэймонд, — осторожно начал Чарли. — Рэймонд, посмотри на меня. Мне нужно тебе кое-что сказать, Рэймонд дернулся, по-прежнему не глядя на Чарли.

— Слушай. Папа… умер, Рэй. На прошлой неделе. Тебе сказали об этом?

Рэймонд не ответил, но вся его поза выражала беспокойство.

— Ты знаешь, что значит… «умер»?

Рэймонд, поколебавшись, кивнул. Но Чарли было ясно, что Рэймонд не имеет представления о том, что такое смерть.

— Это значит, что папы больше нет.

— Я могу его видеть? — спросил Рэймонд.

Чарли закусил губу.

— Я хочу его видеть. — Рэймонд говорил с неожиданной силой в голосе.

Чарли с минуту подумал:

— Конечно, Рэй, ты можешь увидеть его. Мы отправимся к нему вместе, прямо сейчас.

— Прямо сейчас, — согласился Рэймонд, для которого «отправиться прямо сейчас» означало очень медленно подняться, убрать зеленый блокнот на предназначенное ему место в ранце, а карандаш в пластмассовый пенал, туда же, откуда он его доставал. «Прямо сейчас» значило надеть сначала левую лямку, затем правую и затянуть их в нужном порядке. Только после этого он был готов.

Чарли наблюдал за этим ритуалом, едва скрывая раздражение. Кивком пригласив его следовать за собой, Чарли повел Рэймонда прочь от здания больницы. Когда Воллбрук скрылся из виду, они свернули на дорогу. Несколькими ярдами дальше, спрятанный за деревьями, стоял «бьюик». Сюзанна ждала их, сидя за рулем.

— Вылезай, — сказал Чарли, открывая дверцу водителя.

При виде Рэймонда глаза Сюзанны изумленно расширились, и она вопросительно посмотрела на Чарли. Но он молчал, только указал Рэймонду место рядом с Сюзанной.

— Это машина отца, — сказал Рэймонд. — Внутри у нее… бедненькие сиденья. А снаружи она голубая. Номерной знак — красный, 3021…

— Чарли, одну минуту, — забеспокоилась Сюзанна. — Куда мы его везем?

— На прогулку, — отрезал он, включая зажигание.

Рэймонд смотрел через плечо назад, в сторону Воллбрука.

Его лицо не выражало ничего, но тело сотрясала нервная дрожь, выдавая сильное беспокойство.

— Не бойся, мы вернемся, — успокаивала его Сюзанна.

Чарли молчал.

— Ты говорил, что я его увижу, — сказал Рэймонд. Его слова обвиняли, но тон оставался бесстрастным, лишенным эмоций.

— Он в земле, — ответил Чарли.

Рэймонд несмело потянулся к холодному мраморному надгробию, но тут же отдернул руку. Он еще раз прочел высеченную на камне надпись:

«Сэнфорд Бэббит. 1918–1988.

Возлюбленный муж и отец»

В земле. Папочка, в земле. Рэймонд посмотрел вниз. Он сидел скрестив ноги на могиле Сэнфорда Бэббита. Но он не увидел ничего, кроме травы. Папочки нет. Он опять протянул руку и, поколебавшись, дотронулся до памятника, затем обернулся к Чарли, растянувшемуся неподалеку на газоне.

— Ты можешь говорить с ним, — сказал Чарли, — он не ответит, но, может быть, услышит тебя.

Рэймонд помедлил несколько мгновений. Затем пронзительно закричал:

— Папочка, это я, Рэймонд!

Ответа не было. Неуклюже нагнувшись, Рэймонд приложил ухо к земле.

— Я же говорил тебе, он не может отвечать. Но не кричи так больше, ладно? Он услышит тебя лучше, если ты будешь говорить шепотом.

Рэймонд с сомнением посмотрел на Чарли. Шепотом? Как это может быть? Но Чарли кивнул, он казался вполне серьезным. Тогда Рэймонд снова нагнулся, почти прижавшись к земле губами, и хрипло прошептал: