Повесть былинных лет - Леженда Валентин - Страница 52

— Пароль! — мрачно потребовали русичи. Шмалдер покраснел.

Ну уж чего-чего, а этого он точно никак не ожидал. Какой-такой еще пароль? Они там что, совсем одурели? Или?.. Страшная догадка поразила суперагента будто молния. Ведь это значит, что… ОНИ ГОТОВЫ ДОГОВОРИТЬСЯ!!! Неужели уже поздно?

— Пароль!!! — с нетерпением повторили стражники, глядя на незнакомца с большим подозрением, ибо на странствующего иудея агент явно не походил.

Шмалдер елейно улыбнулся и наугад ляпнул:

— Лихо Одноглазое!

В любом случае ему уже нечего было терять.

— Проходи! — Стражники со звоном развели алебарды.

Второй раз испытывать судьбу суперагент не стал и неторопливо, дабы не выдать своего волнения, вошел в город. Он был на волосок от провала. Все решила счастливая случайность.

«Ладно, — подумал Шмалдер, внимательно поглядывая по сторонам, — так или иначе, сейчас мы все выясним. И если моя догадка верна… берегитесь, засранцы!»

Славное в этом году собралось Великое Вече, ох и славное.

Знаменитые князья, мужи расейские съехались в град Кипиш со всех концов необъятной Руси.

Во-первых, в Кипиш прибыл князь седорусов батька Лукаш, огромный богатырь, косая сажень в плечах, не уступит самому Илье Муромцу.

Во-вторых, приехал князь Краинского удела Богдан Шмальчук, вернее, не князь, а гетман, как величали Богдана на краинский манер свои же краинцы.

Прискакал в Кипиш и хан Кончак, дабы в великом пире поучаствовать да с русскими князьями поругаться и, чем шайтан не шутит, может, сыграть с кем в заморские шахи.

Присутствовал на Великом Вече и сам Вещий Олег. Хоть и нездоров был князь (одна нога была перевязана), а нашел в себе силы добраться до Кипиша и тем остался несказанно доволен.

Был тут и Владимир Длинные Руки, жуткий задира и бабник. Но зато стоило ему только взять в руки гусли и запеть, как все о недостатках князя тут же забывали.

Понятное дело, бравые братья Всеволод с Осмомыслом на празднество славное тоже приехали.

Куда ж без них. Великое Вече без этих двух князей и помыслить себе было невозможно, потому как именно Осмомысл с Всеволодом и были главными зачинщиками ежегодных княжеских собраний. Все происходило в раскинутом посередине городской площади огромном праздничном шатре, и братья восседали на самом почетном месте как неустанные радетели за единение Руси-матушки.

В общем, много еще знатных людей на празднестве присутствовало, всех и не перечислить.

Первым делом князья посовещались и решили совместить переговоры с началом славного пира. Зачем, мол, веселье откладывать, коль уж собрались все вместе. Да и проголодались с дороги, подкрепиться надобно…

— Так это ты, Всеволод, по дровосекам моим из пушки стрелял? — с громким хохотом спросил Вещий Олег, наполняя себе огромный кубок душистым квасом.

Всеволод отмолчался, ибо и так все всем было ясно.

— Выпьем за Всеволода! — подхватили остальные князья. — За Ясно Солнышко!

И присутствующие все как один подняли над головами золотые кубки. Ясно Солнышко нехотя встал со своего места.

— Спасибо, други. Ценю я ваше доверие и добросердечность. Сегодня великий день! Великий в первую очередь для всея Руси!

— Ура! — гаркнули князья.

— Эй, Олежек, а что у тебя с ногой? — поинтересовался князь седорусов батька Лукаш, недоуменно заглядывая под стол.

— Дивная история, — ответил Вещий Олег. — Змея укусила!

— Змея?!! — Удельные князья недоверчиво переглянулись.

— Ага, ядовитая! — подтвердил Олег. — Ей-богу, я чуть не помер. Ведун удельный мне большой палец на ноге отнял.

— Да как же тебя угораздило-то?!!

— Да вот не заметил, что сапоги прохудились. Дыра, значит, в подошве появилась. Ну, и змея меня хвать…

— Да не верьте вы ему, уж то было, — заржал Владимир Длинные Руки. — Точно уж, чтоб мне лопнуть.

— Да по бабам, по бабам Олежка ходил, — подхватил кто-то из князей, — и на капкан медвежий нарвался. Говорят, мужики в его уделе их специально под окнами домов своих в кустах ставят!

— Да ну вас, — отмахнулся Олег, с ухмылкой глядя на веселящихся русичей.

Со своего места поднялся князь Богдан Шмальчук, утер губы, смачно крякнул и потребовал, чтобы ему дали слово, речь он хочет сказать.

— Валяй! — согласились князья.

— Братья, — Шмальчук обвел шатер лукавым взглядом, — знаете ли вы, чем отличается шведская тройка от русской? Вижу, что не знаете. Так вот… гм… В шведской два мужика и баба, а в русской один мужик и три лошади!

— Богданище, не пошли! — донеслось с дальнего конца стола.

Шмальчук сделал эффектную паузу:

— Так выпьем же за прекрасных женщин!

— Ура!

И все выпили за прекрасный пол, закусывая выпитое черной икоркой да жареными перепелами.

— Завидую тебе, Шмальчук, — покачал головой Всеволод. — Троих дочек уже замуж выдал, орел ты наш краинский!

— Да, это так! — хвастливо подтвердил Шмальчук. — Но вот жену пока не пристроил…

Очередной залп хохота мог вполне снести подпорки, на которых стоял праздничный шатер. Но подпорки, слава лешему, выдержали.

С самого начала воцарилась на Вече удивительно дружеская атмосфера. Никто (это пока!) не ссорился, не ругался. Диво, да и только. Все как будто забыли старые свары да стычки. Даже присутствие на пиру хана Кончака никого не раздражало, и уже одно это было настоящим чудом.

Конечно, определенные меры безопасности устроителями встречи (городским правлением Кипиша) были предприняты. Так, всем князьям без исключения пришлось при входе в пиршественный шатер сдать все колюще-режущее оружие во избежание опасных пьяных эксцессов, кои на прошлых Вече случались неоднократно. Буй-тур Всеволод попытался было завести в шатер свою пушку, мотивируя это тем, что пушка, мол, никакого отношения к колюще-режущему оружию не имеет. Но его так решительно осадили, что он тут же пошел на попятный.

— Вот помню сражение… — хорошо поставленным басом рассказывал Владимир Длинные Руки. — Гляжу… налево нас рать, гляжу, направо нас рать, ну а на тылы, так на те вообще наплевать можно было.

Хохочущие князья легли покатом.

Сидевший рядом с Всеволодом Николашка слегка подался к князю и горячо прошептал ему на ухо:

— Пора, князюшка!

— Да нет, — поморщился Всеволод. — Пущай еще немного выпьют. Хмель единит людей покрепче кровной клятвы.

— Мужики, а мужики, — взревел Осмомысл, — а отчего мы все тут собрались?

— Дабы выпить! — весело отозвались князья.

— А еще?

— Ну… Кончаку морду начистить.

— Эй! — возмутился Кончак. — Надеюсь, вы шутите?!!

— Шутим, косоглазый, шутим, — успокоил хана Вещий Олег, давясь от смеха.

— Э… батенька… — что-то доказывал князю Владимиру Богдан Шмальчук, глубокомысленно поглаживая щегольскую гишпанскую бородку.

— А знаешь, почему меня величают Длинные Руки? — не слушал гетмана Владимир.

— Да знаю, знаю… — кивал Шмальчук, приканчивая второй кувшин медовухи.

— А вот почему, почему?!!

— Да к девкам под спидницы лазишь часто, потому так в народе и прозвали.

— Вот!!! — Владимир затряс гетмана за узенькие плечики. — Вот человек, первым, да, первым из всех узревший всю мою порочную сущность!

— Братья! — громко воззвал Всеволод, вставая. — Князья!

Тон у Ясна Солнышка был решительный, серьезный, и присутствующие тут же замолчали. К счастью, сильно упиться никто из них пока еще не успел.

— Из года в год мы встречаемся с вами и пытаемся решить одну важную для всех нас проблему. Ежели вы помните, на прошлогоднем Великом Вече в Новгороде мы все единогласно решили…

— Осмомысл воздержался! — крикнул с места князь Ижорский.

— Ну да, — кивнул Всеволод, недовольно посмотрев на брата. — Осмомысл, как всегда, воздержался. Так вот. Мы все тогда решили — в этом году поставить наконец вопрос объединения расейских земель ребром.

— Да вы что?!! — испуганно воскликнул хан Кончак, который на прошлогоднем Вече, понятное дело, не присутствовал.