Дети Сварога. Мифы восточных славян. Энциклопедия для любознательных - Буйнова Татьяна Юрьевна - Страница 35

А потом, сидя вечером у костра, вспоминали люди про других подземных жителей — мамун, которые тоже, словно Индрик, умели в горах ходы прокладывать, были огромные, словно мамонты, ходили сквозь землю, как рыба сквозь воду, и камнем питались. Еле-еле несли мамуны свою силу и коли ненароком поворачивались неаккуратно, то обвалы случались повсюду, землетрясения и половодья. Но при этом мясо на их огромных толстых боках было белым и нежным — один мамуна как-то раз даже выбросил на землю излишки своего мяса, чтобы ходить было легче, и из этих излишков родилась птица рябчик с удивительно белым и вкусным мясом.

А ещё охраняли подземные клады земляные кошки с золотыми ушами, что сверкали в темноте, словно путеводные огоньки, — частенько встречали в горах тех кошек золотоискатели.

И ещё выросло на земле, в низовьях Волги, одно чудо: то ли растение, то ли животное, то ли цветок, то ли зверь под названием баранец. О нём местные жители всем приезжим рассказывали! Мол, приносит баранец плод, похожий на ягнёнка, — любимое лакомство всех волков. Растёт он на одном месте, пока вокруг есть трава, которую объедает этот самый плод-ягнёнок, а потом засыхает баранец без пищи. Стебель того баранца проходит прямо ягнёнку через пупок, ноги болтаются, передняя часть у баранца как у рака, но с бараньей головой, а задняя просто как кусок мяса. И ещё мехом обтянут. Недоверчивым даже шапки из меха того показывали. «Баранец! — говорили. — Дерево-баран! Растительную шерсть даёт!»

Слушали люди, головами качали и дивились, сколько на свете чудес. Так кончались, уходили в прошлое мифические времена. Древние боги всё меньше вмешивались в жизнь людей. Не случалось больше страшных вселенских битв между тёмными и светлыми силами, теперь люди сами научились себя защищать и, случалось, повторяли подвиги бессмертных богов Ирийских.

Но, правда, и Чернобог — Чёрный Змей сам на поверхность больше не вылезал. Знать, ослабел сильно с тех пор, как яйцо с Кощеевой смертью разбилось. Подземный воевода Вий тоже сидел с Чернобогом рядышком, и по его приказу слуги по-прежнему поднимали вилами его огромные веки, чтобы смог Вий как следует разглядеть свои подземные владения. И думал Вий: «Ничего-ничего, может, рано радуются и люди, и боги! Может, снова когда-нибудь возродится братец Кощей — ведь недаром же он бессмертен! Вот тогда и начну я новую битву!»

И радостно шипели вокруг змеи-аспиды, предвкушая грядущие кровавые сражения. Но напрасно, не возродиться тому Кощею, а если мудрой Макошью всё же назначено каждому поколению своего Кощея иметь, люди с ним теперь сами справятся. И Морене, хозяйке зимы и смерти, тоже не дадут взять над собой верх. Знает об этом состарившаяся, уродливая Морена, и оттого зимой, на белом снегу, злость её кажется ещё чернее.

Вместе с Мореной состарилась и Яга Виевна, злобная Велесова супруга, — стала она старой бабкой, хромой и горбатой. По-прежнему живёт Яга в своей избушке на курьих ногах и питается душами человеческими, которые ей Морена приносит. Но к людям редко выходит теперь Яга — могут и осилить её богатыри русские! Вот и колдуют издалека понемногу Яга с Мореной, на людей злость свою выплёскивая, а богов Ирийских больше не трогают.

А мудрый Велес, бог скота и богатства, хозяин подземного царства мёртвых, несмотря ни на что, остался у людей в большом почёте, хоть и непростой был у него характер. Впрочем, с богатством и властью всегда так: коли поклоняешься им, готовься многие испытания выдержать, и даже если дарует тебе Велес богатство и власть, неизвестно, что случится с тобой в этот день, не станет ли для тебя блеск золота дороже совести. Впрочем, Велес в первую очередь обучает людей законам жизни и смерти, и всегда лежат его могучие руки на великом колесе перемен.

И поют со времён незапамятных сказители-баяны о торжестве жизни, которая прошла через смерть. И питает творческие силы людей духовный источник, открытый Велесом у Алатыря-камня.

И хотя забывать стали люди о своих древних богах, потому что изменился мир, и уже шла к славянам новая вера, которой совсем скоро суждено будет сделать Родову Русь иной, направить её на новый путь, но сильные боги Ирийские всегда готовы прийти на помощь к людям, если понадобится.

Если зашевелятся вдруг навьи силы тёмные, снова угомонят их Ирийские воины, снова победит добро, а зло будет наказано, снова встанут у священного Дуба Сварог с Ладою, снова разгорится огонь в небесной кузнице, и выскочит Сварожич из огня с пылающим мечом, чтобы остановить Чернобоговых отпрысков. Крепко нити судеб будет держать пряха Макошь в своих руках, а Доля с Недолей встанут от неё справа и слева. А Хорс с Зарёй-Заряницею выведут солнце красное на небо. А Дажьбог с Живой понесут жизнь и свет всей земле. А Перун с Додолой-Перынею напоят землю водой. А Семаргл с Лелею зажгут огонь любви в сердцах человеческих, и охранять будет Агуня огонь в людских очагах. А Волх с Деваной научат людей смелости и бесстрашию. А Велес даст мудрость, вдохновение и тайные знания. А Коляда с Авсенем подарят надежды на лучшую жизнь. А Купала с Костромой и Ярила ярый научат, как возродиться и обрести радость после бед и невзгод. Великан Святогор не позволит больше смешаться земле и небу, Чур и деды вернут людям силу предков, Китоврас обучит их волшебным ремёслам, берегини уберегут от несчастий, Домовой сохранит дом и семью…

Не дадут боги погибнуть миру, рождённому Родом. Всегда помогут людям, научат, подскажут, как жить.

И вечно будет существовать Синяя Сварга — удивительная страна в небесах.

И вновь взлетят в поднебесье мировые чудесные птицы — златопёрые птицы Слава и Сва раскинут свои крыла благословенные над Русью, взлетят птицы-девы — Алконост да Сирин, взлетят ветрокрылая птица Стратим, сияющий сокол Финист и огнепёрый Ра-рог, а вещая Гамаюн-птица с лицом девическим будет петь людям о прошлом и будущем, обо всех тайнах мира, что сокрыты в чудесном белом камне Алатыре, из-под которого вечно суждено течь родникам с водою мёртвой и водой живою.

Снова и снова будут проходить земледельцы-славяне годовой и жизненный круг вместе с древними плодородными богами, и потому ещё много-много веков они будут вспоминать о них — даже в новые, православные времена.

И всегда будут помнить русские люди о древней мудрости своих предков. А потому, несмотря ни на что, будут сохранять древние песни, обряды, обычаи, из уст в уста станут передаваться легенды о богах и их подвигах, хоть и замещались порой в народной памяти имена древних богов именами православных святых.

И постепенно впитает в себя новая православная культура всё лучшее, что было в древней культуре славянской. Быть может, именно поэтому станет наша вера такой живучей, доброй, особенной.

А князь великий Владимир, прежде чем принять православие и крестить Русь, поставит в городе Киеве семь деревянных статуй в честь семи главных богов славянских. Первому Перуну, богу грозы, суровому воинскому богу княжеской дружины, потом врагу его Велесу, которого больше всего уважал простой люд, богу скота и богатства, повелителю мёртвых, — его идол поместили не рядом с остальными, на холме, а «на подоле», внизу, чтобы знал Велес своё место. Дальше рядом с Перуном стоял деревянный идол во славу солнечного Хорса, затем стоял идол Дажьбога, дарующего жизнь и свет, потом бога ветров Стрыя, потом огнебога Семаргла, который своей силой мог связать всех семерых богов воедино, и, наконец, последней — по счёту, но не по значению — была статуя богини Макоши, пряхи небесной, хозяйки судеб.

И сделал это князь, чтобы показать всем величие нашей древней веры.

Потом, правда, прикажет Владимир этих деревянных богов утопить, и поплывут они по водам речным, по Днепру да по Волхову, в подземное царство, навсегда уйдут из мира человеческого. Но останутся легенды и мифы, те самые мифы, о которых вы прочли сегодня в этой книге, дорогие девочки и мальчики, и, может быть, ещё многие другие, которые до сего дня иногда рассказывают в деревнях старые бабушки.