Совращенная тенями (ЛП) - Слейд Джесса - Страница 61

Она внимательно смотрела на него.

— Ты сказал мне, что у тебя не было братьев. Но все тальяны твои братья, — она вздохнула. — Тело Зейна могло уже превратиться в пыль, но ты не должен его забыть. Ты можешь скорбить о нем.

— У меня нет время на скорбь, — это прозвучало достаточно честно, но не убедило ее, ему все равно нужно время, чтобы смериться со смертью Зейна. Возможно, пара недель все-таки поможет?

Но она покачала головой.

— Неподходящее время. Ты сам сказал, что хотел чувствовать.

Все было для того, чтобы напомнить ему чувства, но не эти.

— Я знаю, что такое потеря, — он оскалился. — И очень-очень давно.

— Война…

Он посмотрел на нее с негодованием. Он чувствовал себя раненой птицей, отвлекающей охотника. Почему боль была такой реальной?

— Война… все о потере. Смерть Зейна просто была напоминанием о том, что никогда не забуду.

— Что ты пытался забыть? — ее вопросы мягкие и неустанные преследовали его. — Что ты потерял… или кого…, почему ты боишься потерять это снова? Ферма? Отца?

— Фредерик, — ответ вылетел сам против его желания, как будто раненная птица сама лезла под дуло охотнику.

Сера молчала.

— Друг. Друг детства. — Он поднял свою голову, что бы впиться в нее взглядом. — Сын раба, который работал в моем доме, мой ровесник. Иногда он делал за меня уроки, пока я играл. Все, что мне надо было сделать взамен, это колоть за него дрова.

Водоворот зеленого, коричневого и фиолетового в ее взгляде напомнил ему теперь не жимолость, а орхидеи растущие на болотах, где он и Фредерик исследовали экзотические цветы.

— Мой отец узнал, что мать Фредерика научила его читать. Он продал его в город, так как образованным рабам не было места на ферме, и отослал меня на север в школу, чтобы из меня не вырос необразованный наследник, умеющий только колоть дрова. — Он стиснул зубы, чтобы не проговориться ей, как уже в те годы можно было услышать первые шаги войны, как его отец страдал от боли в руках от того, что и сам работал на хлопковых плантациях. — Когда я вернулся, вблизи лежащая река была высушена, и там посеяли зерновые культуры. Фредерик пытался бежать от нового хозяина, и был пойман. Его убили.

Он притих и фиолетовый в его глазах исчез.

— Именно поэтому ты держишься отдаленно от других тальянов? Но ты не виноват, что Фредерик сбежал, и в его смерти тоже.

Он смотрел на нее отчужденным взглядом.

— Я знаю.

— Если ты не будешь знать, как больно потерять человека, ты не почувствуешь радости от воссоединения.

— Я это тоже знаю. Но не только мне угрожает опасность.

Они остановились, по листьям пробежался шелест.

Кому было больнее сейчас? Это напоминало запутанный след, который вел их друг другу по грани двух царств? Но какое у них может быть будущее женщина, которая была всеми покинута и мужчина, который пытался все потерять?

Она опустила глаза, и он понял, что победа за ним. Но вместо радости испытал еще одно чувство потери.

Ее голос снова был мягок.

— Сколько мы будем скрываться?

Корвус жил две тысячи лет. Сколько ему понадобиться времени, что бы отыскать ее?

— Несколько дней.

К этому времени она уже догадается, что произошло. И вообще ему надо найти более безопасное место для нее, пока он будет охотиться за Корвусом. Он никогда не рассказывал об оранжерее другим, но не скрывал его также. Букмекер мог расшифровать его финансовые счета и из них узнать адрес. А это он умел делать хорошо, но его не согласие использовать Серу, как приманку немного успокаивала Арчера.

— Несколько дней, — она пошла оставляя его позади себя. — У тебя на кухне есть зонтики для коктейлей? Я всегда хотела побывать в тропическом раю. — Извилистая дорожка привела их к центру сада. Она подняла голову и смотрела на кушетку. — Чем займемся, чтобы убить время? — посмотрев через плечо, сказала она.

Он почувствовал жар, пробежавший по его лицу, и пробовал держать голос ровным.

— Я должен уйти, — сбежать. — Ты захочешь, есть, а зеленый чай не сможет поддерживать тебя всегда.

— Всегда?

— Несколько дней, — поправился он. — Я ненадолго. Ты останешься здесь и подождешь меня?

Она внимательно посмотрела на него.

На сей раз, он позволил своему голосу выдать немного напряжения.

— Пожалуйста?

Наконец, она кивнула.

— Я останусь.

Ворона издала высокий, тонкий вопль и бросилась на стенку клетки.

— Успокойся, — рычал Корвас, и подошел снова.

Только одно перо, и ему больше ничего не надо. Если он только сможет сделать все правильно, захватит дух существа. Это его последний шанс.

Зазвонил телефон. Ворона неохотно подошла к самой верхней точке клетки. С проклятиями Корвас пнул клетку.

Он схватил телефон.

— Что?

— Я нашел.

Червь. Корвас закрыл глаза и попытался успокоиться.

— Когда? Где?

— Фактически она сама нашла меня. У нее возникли вопросы об ее демоне. Я назначил ей встречу завтра в лаборатории ночью. — Последовало некоторое колебание. — Она не ответила мне.

— Она придет, — Корвас расхаживал по комнате. — Ты — Букмекер лиги. Конечно, ты сможешь ответить на ее вопросы.

Расстройство просочилось в его голос, но он не потрудился сказать об этом. Червь перенес бы любое неуважение, если, в конце концов, получит своего демона.

— Я нашел еще кое-что, что вы должны знать, — голос Червя изменился, применяя хитрую интонацию.

— О? — предупреждение звенело в ушах Корваса. За это короткое время Червь обзавелся хребтом?

— Отверстие в Завесе, делает Сера, но это еще не все, — Червь сделал паузу. — Есть необычный побочный эффект, это происходит только в присутствии ее любовника — тальяна.

Корвус задумался.

— Ее любовник.

— Феррис Арчер. Тшува, конечно, не может повредить джинну, но он один из самых сильных братьев в лиге. Через связь с Серой они уничтожили несколько младших демонов.

Неподвижность Корваса стала, больше походить на остолбенение.

— Как такое возможно?

— Демоны прорываются в этот мир. Почему не могут стремиться назад?

— Так как… — но он не мог найти слов.

Червь нетерпеливо вздохнул.

— Я говорил раньше. Завеса — это просто энергетический барьер. Ангельский барьер, питающийся страданием душь, но все равно просто энергия. — Даже расстояние не могло скрыть его усмешки.

— Это мощь неограничена мифологией, которая связывает вас.

Корвас сжал телефон.

— Ты сказал, что пробелы, образованные с помощью Солво будут вытягивать джиннов. Но демон же тшува. Ты сказал, что женский тальян будет неустойчив. Вместо этого, нам мешает целых два тальяна. — Они могли быть даже угрозой? Невозможно. Ничто никогда не противостояло его демону. — Ты поклялся, что поможешь мне, что найдешь путь разрушить Завесу.

— И я это делаю, — сказал Червь. — С Солво-пробелами, я настраиваю мощный темный резонанс. Тела ослабленных душ должны привлечь тьму, которую мы сможем эксплуатировать. А даль все пойдет также как и с Серой, но цель демона будет другой, ее душа сильна и из-за этого наш план изначально не удался. Но путь через Завесу будет открыт. Я просто не представлял, что путь будет таким. Долгим.

— А что ты хотел, Букмекер?

Червь притих моментально.

— Не имеет значения. Арчер и Сера не понимают, что происходит между ними. Они просто сражаются друг с другом. Кроме того, они просто люди. Просто нужно их разделить. Как только мы откроем завесу и отберем энергию, нам уже не будут важны тальяны всего мира.

Корвус представил себе разорванную Завесу, именно так как это представлял себе Червь. ОН закрыл глаза, чтобы не видеть этого ада.

— Верно. Ад не имеет значения. — Бирненстон просочился под его кожу, и горел на его щеках.

— Я внес свой вклад. Вы не можете вышвырнуть меня теперь, — голос Червя нетерпеливо повысился. — Как же мой демон?

Корвас только теперь вспомнил, что дверь в клетку была открыта. Он обернулся. Ворона все еще сидела внутри, была слишком напугана, чтобы вылететь.