Психология индивидуальных различий - Ильин Евгений Павлович - Страница 92

Сказанное делает актуальным знание признаков, по которым можно судить о степени полового созревания. Например, первый признак наступления пубертатного периода у мальчиков – изменение голоса (это случается обычно в 12,5 лет). Волосы на лобке появляются в 13 лет, набухание сосков и формирование кадыка – в 13,5 лет. Последний внешний признак – появление волос в подмышечной впадине – наблюдается в 14 лет.

Другой и более точный способ диагностики степени физиологической зрелости – определение «скелетного» или «костного» возраста ребенка, что достигается путем сравнения степени окостенения скелета со средними возрастно-половы-ми нормами. Для этого имеются атласы с набором рентгенограмм, показывающие характерный для каждого возраста уровень окостенения отдельных костей кисти и предплечья. В каждом возрасте корреляция длины и веса тела значительно больше с «костным» возрастом, чем с паспортным. Межгрупповые различия в длине тела при объединении детей по «костному» возрасту в два раза меньше, чем при группировке по паспортному возрасту.

Между темпами окостенения и развитием вторичных половых признаков имеется высокая степень соответствия, поэтому для определения биологического возраста можно пользоваться тем и другим способом. Однако чтобы диагностика была квалифицированной, оба они предполагают участие врача.

Возраст полового созревания, как и возраст скелетной зрелости, все же ограничивает дифференциацию по способностям, так как может учитываться только в небольшом возрастном диапазоне.

Прогностичность показателей. Используемые для определения способностей и одаренности показатели должны обладать прогностической силой , т. е. фиксировать не только сегодняшнее развитие ребенка, но и предсказывать, как изменятся эти показатели в будущем – каким будет уровень развития человека, когда тот станет взрослым. Иными словами, нужно, чтобы по исходным данным ребенка ( по ювенильным признакам ) можно было судить о величине тех же показателей в конце заданного периода ( о дефинитивных признаках ). Как было выявлено, прогностичными являются показатели мышечной силы, прыгучести, выносливости, ростовые, в меньшей степени – вес тела. Небольшая надежность отмечена В. В. Волковым (1981) применительно к психическим функциям.

…

В последние два десятилетия появилось много работ, посвященных трагедии невыявленных или заблокированных системой школьного обучения талантов. По данным П. Торренса (1962), около 30% отчисляемых из школ (за неспособность, неуспеваемость и даже глупость) составляют одаренные и сверходаренные. В конце 70 – начале 80-х гг. стремительно развивается уже совсем новая, прикладная область психологии – психология талантливых, но неуспевающих в учебе детей, в которой изучаются причины задержек в развитии талантов в детские годы и методы оказания психологической помощи.

Работы Дж. Гилфорда показали, что к концу школы многие одаренные и талантливые дети испытывают тяжелые состояния депрессии, вынуждены маскировать от сверстников и взрослых свою одаренность. Исследования С. Майлз (1975), С. Ладжоула и Шора (1981) показали, что самоубийства среди одаренных детей встречаются в 2,5 раза чаще, чем у их сверстников.

Одаренные дети испытывают в школе дискриминацию из-за отсутствия дифференцированного обучения, из-за ориентации школы на среднего ученика, из-за излишней унификации программ, в которых плохо предусмотрены или совсем не учитываются индивидуальные возможности усвоения знаний.

Исследования П. Торренса показали, что одаренные дети быстро проходят начальные уровни развития интеллекта и оказывают сопротивление всем видам репродуктивных работ, что оценивается учителями как упрямство, лень или глупость. Сложность состоит как раз в том, что сам одаренный ребенок без специальной помощи психолога или квалифицированного учителя не может понять, в чем причина его сопротивления тем видам работ, которые охотно выполняются другими детьми… Одаренным детям приходится около двух третей времени в школе проводить впустую, маскируя «интеллектуальный саботаж». Одаренные дети намного быстрее своих сверстников проходят начальные уровни социальной адаптации (послушание и примерное поведение, ориентированное на получение положительной оценки взрослых); в подростковом возрасте они часто как бы минуют фазу детского конформизма и оказывают сопротивление диктуемым правилам, групповым нормам и внутригрупповым ориентациям на авторитарных лидеров. Эти дети быстро (к концу школы) достигают третьего уровня социальной адаптации по модели Л. Колберга (1964), на котором ведущим является внутренний локус контроля и пересмотр конвенциональных образцов поведения и установок (А. М. Матюшкин, Д. А. Сиск, 1988, с. 90—91).

Прогностичность показателей зависит во многом от того, в какой мере они обусловлены генетическим фактором, а в какой – развитием, воспитанием.

Роль наследственности или влияний среды с очевидностью обнаруживается при сравнении однояйцевых близнецов, особенно когда их воспитание ведется раздельно, в разных условиях. Если же преднамеренного различающегося воспитания не было, данные близнецов оказываются по многим параметрам идентичными, что свидетельствует о роли генетического фактора. У двуяйцовых близнецов, не говоря уже об обычных братьях и сестрах (сибсах), такое сходство выражено либо гораздо слабее, либо вообще отсутствует. Это было отчетливо показано в отношении роста и веса тела, хотя для второго показателя генетическое влияние более слабое. Была обнаружена генетическая обусловленность типологических особенностей проявления свойств нервной системы (И. В. Равич-Щербо, 1977), а также познавательных процессов и двигательных способностей, о чем уже сказано в предыдущей главе.

…

К старому венскому капельмейстеру явился молодой человек и, протянув конверт с рекомендательным письмом от своего первого учителя музыки, застенчиво попросил обучить его контрапункту. Распечатав конверт, капельмейстер прочитал: «Податель сего пустой фантазер, который помешался на том, что может сделать переворот в музыке. У него вовсе нет таланта, и он, конечно, за всю свою жизнь не сочинит ничего порядочного. Имя его Йозеф Гайдн» (Музыканты смеются. Киев: Музична Украина, 1970. С. 17).

Принимая во внимание эти генетические исследования, следует все же учесть ряд моментов.

В разные возрастные периоды действие генетического фактора неодинаково по силе. Например, уровень наследственных влияний на тотальные размеры тела повышается с возрастом. Однако в период полового созревания прогностичность показателей снижается или совсем утрачивается в связи, как уже говорилось, с различием детей по темпам самого этого полового созревания. У медленно созревающих время от появления первых признаков до сильного их развития составляет в среднем 3 года 10,5 месяцев, у быстро созревающих – 1 год 2,5 месяца (В. Г. Властовский, 1976). Поскольку у медленно созревающих половое развитие начинается раньше, они вначале опережают быстро созревающих по физическому развитию, в частности – в росте тела. Однако затем те к периоду половой зрелости догоняют в развитии первых, а в последующем и опережают их.

Следует учитывать также, что сверхоптимальные физические нагрузки приводят к задержке полового и физического развития, в частности к угнетению пролиферативной фазы менструального цикла и выделению активных фракций эстрогенов. В этом случае подросток может быть принят за ретарданта, каковым в действительности он может и не быть.

Исказить результаты близнецового метода может и процесс обучения. Это ясно показано С. Д. Пьянковой (1991). Детям 6 лет, не обучающимся в школе, были предложены задачи, требовавшие от них предсказать появление стимулов в предъявляемой последовательности, построенной по определенному правилу. После предъявления задачи проводилось обучение и демонстрировался принцип построения последовательности стимулов. Фиксировалось число правильных предсказаний до и после обучения. У монозиготных (МЗ) близнецов уровень внутрипарного сходства оказался в том и другом случае практически неизменным. У дизиготных близнецов (ДЗ) он существенно вырос и стал соответствовать уровню сходства у МЗ. Так, исследователь, не зная, что ДЗ обучались, и сравнивая тесноту связей МЗ и ДЗ, мог сделать следующий вывод: генетический фактор либо не играет существенной роли в проявлении способности к прогнозированию, либо его роль высока и у ДЗ.