Возвышение империи - Барон Сэм - Страница 23

— Тогда ты должен сделать все возможное, чтобы помочь Эсккару, — сказала она, положив руки на плечи Бантора. — Если он сумеет победить варваров, ты станешь одним из его командиров, и он запомнит, что ты был ему верен.

Первым испытанием верности и храбрости Бантора стала стычка не с варварами алур мерики, а с представителем правящей знати, который захотел убрать Эсккара с дороги. Вместо этого богатый торговец погиб сам, а Эсккар завладел домом этого человека. Зная о трудном положении Бантора, Эсккар пригласил своего командира переехать в просторные покои этого дома.

Аннок-сур помнила, как не удержалась от слез, увидев их комнату, комнату, целиком отданную им одним, — такой роскоши у них никогда еще не бывало.

Потом она познакомилась с Треллой, новой рабыней Эсккара. Аннок-сур хватило всего нескольких встреч, чтобы понять, каким острым умом обладает Трелла, как тщательно она обдумывает слова каждого и как глубоко заглядывает в сердца людей.

Наверняка сами боги свели вместе Эсккара и Треллу. Вдвоем они спасли Аккад от разрушения и поругания. Аннок-сур вскоре взяла на себя обязанности по управлению домашним хозяйством, дав тем самым молодой рабыне много времени, чтобы трудиться вместе с Эсккаром над подготовкой к осаде. Аннок-сур работала бок о бок с Треллой во время нападения на город, изумляясь каждой задаче, которую брала на себя Трелла, а еще больше изумляясь тому, как та достигала любой намеченной цели.

Обе они рисковали жизнью в эти опасные дни, помогая защищать стену во время атак, а после заботясь о раненых.

Еще до того, как Эсккар победил варваров, Трелла поставила перед собой новую задачу: сделать так, чтобы она и ее муж правили Аккадом до конца своих дней. С этой целью Трелла старалась подчинить людей и совет нового города своему влиянию. Аннок-сур присоединилась к ее рискованному предприятию всем сердцем и не жалела сил, чтобы помочь Трелле одержать успех. Даже Бантор изменился под влиянием Эсккара и Треллы. Теперь он сперва думал, а потом действовал, беря пример со своего командира, и научился обращать внимание на слова Аннок-сур.

— Мы должны следовать за Треллой и Эсккаром, куда бы они ни повели, — говорила она Бантору. — Когда-нибудь они будут править этим городом, и Эсккар вспомнит тех, кто встал на его сторону. Такой возможности больше никогда в жизни не выпадет.

Бантор последовал ее совету, и каким-то чудом снова стал таким, как в юности, смягчая свои слова и прикосновения к Аннок-сур, за что та каждую ночь благодарила Иштар. Только великая Матерь-богиня могла послать им Треллу.

Две женщины во многом стали ближе, чем сестры.

Отогнав воспоминания, Аннок-сур вернулась мыслями к Кортхаку.

Перед ней стояло много задач. Женщины Аккада начнут наблюдать за каждым движением египтянина и сообщать обо всем через сеть осведомителей, созданную Треллой и Аннок-сур. Аннок-сур не сомневалась, что скоро они будут знать о Кортхаке все. Будущее обеих женщин зависело от очень многих обстоятельств. Всего несколько мгновений назад Аннок-сур мельком увидела длинный шрам, протянувшийся от левой подмышки Треллы до бедра. Наемный убийца промахнулся всего на палец, а ведь любой аккадец с несколькими монетами в кошельке мог нанять подонка для убийства. Аннок-сур беспокоилась всякий раз, когда Трелла ходила по улицам города, хотя ту сопровождали два бдительных телохранителя. А теперь Эсккар покинул город и, как обычный варвар, рисковал жизнью ради возможности поиграть в воина. Стрела в спину или нож под ребра — и все, над чем так усердно трудилась Трелла, рухнет.

Что ж, Аннок-сур ничего не могла поделать с Эсккаром. Этот человек так же мало берег собственную жизнь, как и жизнь Треллы. Тем не менее Эсккар был нужен Трелле. Он был нужен не только для того, чтобы защитить Треллу и ее будущего ребенка, но и чтобы защитить Аннок-сур и ее мужа Бантора.

Обе женщины понимали, как на самом деле непрочно их положение в Аккаде. Один неверный шаг, одна ошибка — и они могут исчезнуть. Во время осады все наперебой требовали, чтобы Эсккар и Трелла их спасли. Теперь же, если Эсккара убьют, Трелла лишится власти. Все вспомнят, что она была рабыней, и власть Треллы над знатью и воинами исчезнет, как утренний туман над рекой.

Аннок-сур знала: через год, даже через шесть месяцев, все изменится. У Эсккара и Треллы появится наследник, и к тому времени люди привыкнут к их правлению. Богатства потекут в Аккад, и каждый житель получит свою долю. Люди будут счастливы и довольны; благодарности и хвалы будут возноситься к правителям Аккада.

Аннок-сур вздохнула и встала. Она взяла со стола гребень Треллы, привела в порядок собственные волосы и покинула спальню, тихо прикрыв за собой дверь.

У нее оставался еще час до заката, чтобы разослать весточки о Кортхаке. К утру половина женщин Аккада будет наблюдать за каждым его шагом.

Мысли Аннок-сур текли по тому же руслу, что и мысли ее госпожи, и беспокоилась она о том же самом. Время спасет их, если у них будет достаточно времени. А до тех пор никому не дозволено будет причинить зло ее госпоже. Никому.

Глава 5

Солнце палило прямо над головой, когда Эсккар и его люди одолели небольшой подъем и увидели вдалеке селение Биситун — до него оставался еще примерно час пути.

Как и Аккад, Биситун лежал на восточном брегу реки Тигр. Но Аккад находился на излучине, а здесь река текла прямо. Еще немного на северо-восток — и русло Тигра начнет круто поворачивать на север, чтобы продолжить долгий путь к горам, откуда река брала начало.

Опять-таки, как и Аккад, Биситун имел легкую переправу через великую реку. Тигр здесь был шире, воды его текли медленнее и были мельче, чем возле Аккада. Узкий песчаный островок разделял реку надвое и позволял путникам отдыхать на ее середине. Летом, когда река еще больше мелела, сильный мужчина мог переплыть на другой берег. Обычно маленькие тростниковые лодки перевозили туда-сюда людей, пожитки и даже лошадей.

С приближением осени река становилась глубже, течение сильнее, и это продолжалось до середины следующего лета.

Эсккар дал знак остановиться, и аккадские воины встали вольно, радуясь, что добрались до цели путешествия. У них ушло пять дней, чтобы попасть сюда из Дилгарта, пять долгих дней трудного пути, часто прерывавшегося тренировками и особыми учениями. Эти учения ставили людей в тупик, но Эсккар, не обращая внимания на вопросы, муштровал их.

Поскольку впереди отряд почти неизбежно ожидала битва, Эсккару нужна была железная дисциплина, которая спасла Аккад. И он требовал, чтобы каждый приказ выполнялся немедленно, без вопросов и споров.

Воины не знали передышек даже после наступления темноты: командиры часто прерывали их отдых и трапезу, выкрикивая приказы построиться для битвы или построиться в ожидании атаки. Как минимум один раз за ночь людей толчками будили, и командиры орали, что их атакуют, приказывая каждому схватить оружие и занять свое место.

К середине второго дня громогласные команды быстро заставили всех построиться неровным квадратом, в центре которого были вьючные животные. Лучники с луками наготове окружили этот квадрат.

К этому времени люди были хорошо натасканы. Их не застанут врасплох любые силы атакующих. Больше того, в них появилась уверенность в себе и в товарищах — уверенность воина, понимающего, что каждый человек знает свое место и свои обязанности.

Даже на слуг, писцов и торговцев были возложены дополнительные обязанности: вымуштрованные не хуже воинов, они заботились о поклаже или подносили запасные стрелы и воду.

Прошлой ночью несколько человек настолько устали, что начали жаловаться, но сделали они это только однажды. Хамати сильно ударил одного из них, сбив с ног, и тот пролежал без сознания почти час.

К тому времени, как отряд достиг Биситуна, люди Эсккара были в том настроении, которого он и добивался. Усталые, на грани изнеможения, с натертыми ногами, они ненавидели разбойников из Биситуна, из-за которых они сбивали ноги и не высыпались.