Ласточки и амазонки - Рэнсом Артур - Страница 51

– Они захватили наш лагерь. Они захватили остров Дикой Кошки, – доложила Титти. – Я не смогла им помешать. Сперва я уснула, а потом заухала сова, и я подумала, что это возвращаетесь вы, и зажгла бакены, и они вошли в гавань. Они захватили лагерь, а я увела «Амазонку».

– Да кому какое дело до этого лагеря? – воскликнул Джон. – Вопрос был в том, кто захватит корабль противника. И мы его захватили! А я-то думал, что мы потерпели поражение. Значит, «Ласточка» все-таки станет флагманом. Отлично проделано, Титти!

Титти попыталась рассказать все, что произошло ночью: как она вела лодку в темноте, как пыталась бросить якорь у противоположного берега и только с приходом дня обнаружила, что стоит на якоре у Бакланьего острова… Сонный крик… плеск весел… мужские голоса… погасший бакен… все это спуталось у нее в голове.

– Главное, – заявил капитан Джон, – это то, что «Амазонка» теперь – наш трофей. Мы пойдем к острову всем флотом, высадимся там перед глазами изумленного противника и отобьем у него наш лагерь. Или же мы предложим сдаться, а если они не сдадутся, то мы не выпустим их в море и они будут сидеть на острове осаде день за днем, пока не умрут с голоду. Но они должны сдаться… Эй, что это они делают? Сьюзен, Титти и Джон уставились в сторону острова Дикой Кошки. Роджер снова проснулся и посмотрел туда же.

Вверх по маячному дереву медленно ползло, тяжело хлопая на ветру, большое полотнище, Ласточки видели, как Амазонки с усилием тянут за веревки, поднимая этот штандарт. На самом деле он представлял из себя обширное и плотное одеяло, и, хотя ветер был довольно свежим, он не мог полностью расправить полотнище, оно лишь вяло колыхалось и хлопало под особенно сильными порывами.

– Это одно из наших одеял, – заметила Сьюзен.

– Это белый флаг! – воскликнула Титти. – Они сдаются.

– Не очень-то он и белый, – сонно возразил Роджер.

– Но должен быть белым, – не сдавалась Титти. – Я же знаю, что это белый флаг!

– Скоро мы точно это узнаем, – оборвал их спор капитан Джон. – Как вы думаете, боцман, не перейти ли вам на захваченное судно, чтобы привести его к острову.

– Лучше ты, – сказала Сьюзен. – Я не особо умею обращаться с фальшкилем.

– Верно, – кивнул капитан. – Роджер останется с тобой на «Ласточке», Титти пойдет на «Амазонке». Внимание, Титти, я, перебираюсь к тебе на борт.

Джон перелез из одной лодки в другую.

– Держись за фалинь «Ласточки», пока я поднимаю парус на «Амазонке», – приказал он.

– Есть, сэр, – отозвалась Титти.

Боцман Сьюзен отпустила планшир «Амазонки», и «Ласточка» отошла от пиратского судна на всю длину фалиня.

– А где пиратский флаг? – спросил капитан Джон, окидывая взглядом мачту, чтобы убедиться, что все готово к подъему паруса. Они оставили его на мачте, – объяснила Титти. – Я сняла его, как только стало светло я его увидела. Я как-то не подумала об этом раньше.

– Ты поступила совершенно правильно, – одобрил капитан Джон. – Поскольку «Амазонка» захвачена нами, она не может нести свой собственный флаг. На ней следовало бы поднять наш вымпел, но у нас нет запасного.

На «Амазонке» был люггерный парус, точно такой же, как и на «Ласточке», так что Джон без труда сумел поставить его, а потом начал убирать якорный канат.

– А теперь, матрос, не возьмете ли вы румпель, чтобы вести судно к острову? Вы ведь понимаете, что это действительно ваш трофей, вы готовы, боцман? Можно отшвартовывать «Ласточку»?

– Готовы, – отозвалась Сьюзен. – Роджер, иди на нос и сверни фалинь в бухту. Роджер, уже окончательно проснувшийся, бросился на нос «Ласточки». Титти отпустила фалинь, и Роджер выбрал его перехват за перехватом и уложил аккуратными кольцами. Парус «Ласточки» наполнился ветром, и она начала набирать ход. Джон натянул якорный канат до предела – теперь канат уходил в воду отвесно.

– Титти, ты готова?

– Готова.

– Сейчас мы стронемся с места. Держи так, чтоб ветер задувал в парус. – Джон потянул за канат, часто-часто перебирая руками. «Амазонка» отошла от острова, но увалилась в подветренную сторону.

– Фальшкиль не выдвинут, – понял Джон. – Как только мы его выдвинем, она пойдет как надо. У нее нет такого киля, как у «Ласточки».

Он выдвинул фальшкиль, и «Амазонка» прекратила рыскать из стороны в сторону. За кормой потянулся ровный пенный след.

– Все нормально, Титти? – спросил Джон.

– Замечательно, – откликнулась девочка. – То есть я хочу сказать – так точно, сэр!

Чуть приоткрыв рот и серьезно взирая на парус, Титти вела «Амазонку» к острову – матрос «Ласточки» в первый раз самостоятельно управляла лодкой. Ничего удивительного, что она не сразу ответила правильно.

Подгоняемый свежим утренним ветром, флот двигался к острову Дикой Кошки. «Ласточка» шла чуть впереди.

Боцман Сьюзен окликнула капитана:

– Ну что, идти прямо в гавань? На этом галсе я легко управлюсь.

– Нет, – отозвался капитан Джон. – Нам лучше править прямо на Дозорную высоту и спросить их, что они хотели указать, вывесив на маяк одеяло.

– Я уверена, что это белый флаг, – упрямо повторила Титти, не отрывая взгляда от паруса. – Все равно мы должны в этом убедиться, – настаивал Джон. – Они могут попытаться отбить «Амазонку», если мы приведем ее в гавань.

На маячном дереве – там, где вчера вечером рыла поднята путеводная лампа, – сегодня висело, лениво похлопывая на ветру, огромное одеяло. Под его сенью на Дозорной высоте стояли пираты-Амазонки. Точнее, не стояли, а подпрыгивали и пританцовывали на месте.

– Что они делают? – удивился капитан Джон.

– Это капитан Нэнси – вон она прыгает вверх-вниз, – ответила Титти. – Может быть, она пляшет танец гнева и мести. – Титти не могла позволить себе большего, нежели глянуть уголком глаза на происходящее вокруг. Она вела корабль и хотела, чтобы все увидели: она может управиться с лодкой самостоятельно, Титти хотелось, чтобы за кормой оставался такой же ровный след, как тогда, когда судно вели пиратки.

Прежде чем подойти к острову, Сьюзен выполнила еще один разворот. «Амазонка» продолжала идти прежним курсом. – Возле бухты Первой Высадки довольно глубоко, – напомнил Джон. – Можно подойти близко к берегу. Ты потеряешь ветер, но снова поймаешь его на другой стороне. Запас хода вполне достаточный, чтобы пройти полосу безветрия.

– Есть, сэр, – откликнулась Титти.

Амазонки, стоящие на наблюдательном пункте, махали руками, словно подзывая Ласточек к себе.

– Скорее, скорее! – кричали они.

Титти подвела корабль поближе к берегу, и Джон крикнул Амазонкам:

– Вы сдаетесь?

Нэнси Блэккет закричала в ответ:

– Мы сдаемся! Мы честно сдаемся! Только давайте поживее!

– Да, давайте побыстрее! – подхватила Пегги.

– И чтоб никакого обмана! – сурово напомнил Джон,

– Честное пиратское! – пообещала Нэнси.

– И честное амазонское тоже? – с сомнением переспросил Джон.

– Честное амазонское, – поклялась Нэнси. – Честное какое хотите, только не тяните время. Ведите корабль сразу в бухту, к пляжу!

– Мы отведем ее в порт, – возразил капитан Джон.

– Но бухта ближе!

– Этот корабль – наш трофей, – сурово напомнил Джон. Мы отведем его в гавань.

«Амазонка» под обвисшим парусом уже миновала воды, защищенные от ветра высоким мысом. Теперь она снова поймала ветер и быстро заскользила через пролив, разделявший остров и восточный берег озера.

– Держи ближе к ветру, Титти, – скомандовал капитан Джон.

– Есть держать ближе к ветру, – откликнулась матрос Титти, приводя «Амазонку» круче к ветру. – И чего это они так ужасно спешат?

– Не знаю, – пожал плечами капитан. – Не придерживай судно. Нам нужно догнать Сьюзен у гавани. Она уже легла на другой галс. Но «Ласточка» уже шла с хорошим отрывом, к тому же в открытом море. Когда Титти привела свой приз к скалам на южном побережье острова, «Ласточка» была уже там. Сьюзен пустила парус и ждала у входа в гавань, держа наготове весла.