Взрыв в честь президента - Байкалов Альберт - Страница 49

– Пойдем обратно. – Антон развернулся на сто восемьдесят градусов и включил свой фонарь.

Они вернулись к тому месту, откуда Дрон поднимался наверх. Антон достал план, на ощупь, одной рукой, развернул его:

– Посвети.

Дрон поднял фонарь выше.

С минуту Антон изучал схему. Потом посмотрел на силуэт Василия:

– Так и есть, здесь один проход пересекается с другим. Выше проложен магистральный трубопровод.

Антон всучил карту Дрону и медленно направился по проходу. Внимательно осматривая стены, он вскоре обнаружил свежую кладку.

– Что? – спросил шепотом шедший немного позади Дрон.

– Получается, пленников они держат здесь. – Антон провел рукой по кирпичам. – Перегородку поставили максимум в начале весны. За ней – возможно, через пару метров – еще одна. Между ними оборудовали камеру. А люк наверху был давно.

– Точно! – протянул Дрон и медленно повел пятно света по границе свежей кладки и старой стены, покрытой причудливыми наростами. – Что будем делать? Освобождать?

– Нет. – Антон покачал головой. – Но контакт наладить не помешает.

– Как?

– Сейчас они до утра будут работать. За это время мы просверлим стену.

– И что потом? – удивился Дрон.

– Можно будет общаться.

– Работу дрели услышат, – покачал головой Дрон.

– Кирпич сырой. – Антон снял перчатку и потрогал кладку рукой. – Можно использовать ручное сверло. Так или иначе, но контакт наладить надо.

– Мы хуже не сделаем? – осторожно спросил Дрон. – Я видел этих людей. Они здесь превратились в животных. Любое изменение обстановки может самым неожиданным образом отразиться на их поведении. Если чеченцы что-то заподозрят – конец.

– Другого выхода я пока не вижу, – пожевал губами Антон. – Освобождать их на этом этапе рано. Надо побольше узнать о деятельности Мансура.

Марина открыла дверь и посторонилась, пропуская Киколу в квартиру. Он прошел в прихожую и встал.

– Ставь клетку на пол. – Марина показала пальцем себе под ноги.

Кикола подчинился.

Она присела на корточки и выпустила Тишу. Кот выбежал, потянулся и направился в комнату.

Марина ногой задвинула клетку под вешалку, разулась, надела тапочки. Кикола последовал ее примеру, оставшись в носках.

– Пиджак можешь повесить в шкаф. – Она открыла дверцу.

– Его надо сначала почистить, – размышляя, куда спрятать пистолет, ответил Кикола.

Марина увлекла его за собой.

– Здесь кухня. – Она показала рукой на двери. – Тут туалет, ванная. – Она прошла дальше. – А здесь будешь жить ты.

Кикола прошел в небольшую комнату. Письменный стол, кровать, книжный и платяной шкаф. У стены напротив аквариум.

– Что? – спросила она.

– Это детская?

– Это моя комната. – Марина грустно улыбнулась.

– Я думал, здесь живет твой ребенок.

– У меня нет детей. – Она вздохнула. – Пока.

– Где у вас можно купить полотенце? – он развел руками. – И все остальное. У меня с собой ничего нет.

– Ты бомж? – шутливо спросила она и улыбнулась.

– Выходит, что так, – кивнул он. – Все осталось на прежней квартире, а это на другом конце города. Да и с хозяйкой встречаться не хочется.

– Она молодая? – спросила Марина.

Кикола с удивлением заметил, что ей это не безразлично.

– Старая, – махнул он рукой. – И слепая.

– Магазин в соседнем доме. – Она пожала плечами. – Могу показать.

– Не стоит, я найду, – покачал головой Кикола.

– В прихожей на вешалке возьми ключи.

– Хорошо, – кивнул он.

Удивленный доверчивостью Марины, Кикола сходил в универсам, где купил все, что нужно, начиная от зубной щетки и заканчивая тапочками. По дороге назад его вдруг осенило, что он не взял выпить. Оглянувшись по сторонам, увидел на другой стороне магазин и направился к перекрестку. На середине пешеходного перехода у него в кармане неожиданно зазвонил сотовый телефон. Он вздрогнул и остановился. Этот звонок вернул его в реальный мир и заставил вспомнить о проблемах. Кикола достал трубку и посмотрел на определитель. Номер был ему неизвестен. Значит, это Милт.

– Здравствуй, дорогой! – раздалось в трубке, когда он поднес ее к уху.

– Кто это? – с замиранием сердца спросил Кикола и медленно пошел.

– Мансур, – ответили на другом конце.

– Что тебе надо? – Киколу захлестнула злость. Он понял, Милт напрямую вышел на чеченца и поручил ему заняться его персоной. По-другому и быть не могло. Ведь у него больше не осталось людей.

– Почему грубишь? – между тем спросил Мансур.

Кикола не нашел, что ответить. Неожиданно он почувствовал страх перед этим человеком. Было в его голосе что-то вызывающее трепет.

– Ты слышишь меня? – спросил Мансур.

Кикола вышел на тротуар и снова остановился:

– Зачем звонишь?

– Хочу узнать, как дела. – Голос чеченца сделался притворно-слащавым. – Разве нельзя?

– Если ты таким способом хочешь определить мое местонахождение, то зря. – Кикола оглянулся по сторонам. – Я иду по улице и скоро меня здесь не будет.

– Зря ты думаешь, что Мансур будет за тобой бегать. – Чеченец заговорил жестко, четко проговаривая каждое слово. – Я не мальчик. Ты сам придешь ко мне, когда я скажу.

– Откуда такая уверенность? – насторожился Кикола.

Неприятный холодок прошел от пяток к голове, напоследок шевельнув на затылке волосы. Кикола поежился.

– Неужели ты хочешь, чтобы начали умирать твои родственники? – зло спросил чеченец.

Вот оно что! Киколу обдало жаром, во рту пересохло.

– При чем тут они?

– В том-то и дело, они ни в чем не виноваты, поэтому я жду тебя завтра утром, как всегда у себя на работе. А пока – спокойной ночи. И не делай глупостей. Это не в твоих интересах.

Некоторое время Кикола стоял, пытаясь сообразить, зачем он здесь. Вокруг сновали люди. В окнах стал зажигаться свет. Оправившись от разговора, он убрал телефон в карман, дошел до магазина, взял несколько бутылок вина и направился обратно.

– Почему так долго? – Марина настороженно посмотрела ему в глаза.

– Просто. – Он неопределенно пожал плечами и прошел в комнату.

– Я уже приготовила ужин, – донеслось из комнаты.

– Я не голоден, – ответил он, достал из-за пояса пистолет, сунул его под матрац, снял пиджак, бросил на кровать и отправился в ванную. Стоя под упругими струями воды, Кикола размышлял, как поступить дальше. Его действительно загнали в угол. Он знал, как режим Саакашвили разбирается с подобными ему людьми. Сам был участником устранения одного из лидеров оппозиции. Его убили в машине, а ночью просто принесли в дом друга, где усадили в кресло и затем открыли газ. Утром в присутствии десятков журналистов тело вынесли и отправили в морг. Уже через час подконтрольные медики вынесли нужный властям вердикт. А в случае с Киколой – еще проще. Кого заинтересует смерть обычных учителей? Его мать до пенсии преподавала в школе литературу и русский язык, отец – математику. Родители жили в небольшом городке Цетри-Цкаро. Но наверняка, угрожая ему расправой над родственниками, Мансур имел в виду жену и детей, которые остались в Тбилиси.

Кикола тупо тер себя мочалкой, размышляя над создавшимся положением. «Что делать? – пульсировал в голове вопрос. – Может, выполнить требование и явиться завтра к Мансуру? Вдруг лишившийся людей Милт оставит его? Абсурд. Его убьют прямо в мастерской. Тогда что можно еще предпринять? Ликвидировать источник опасности – а это Милт и Мансур. Ненадолго этим он обезопасит семью. А потом? Стоп! – осенило его. – А если он сядет в русскую тюрьму?» Идея ему понравилась. Он тут же придумал, как Мансур узнает об этом.

Воодушевленный найденным решением, Кикола быстро вытерся полотенцем, накинул купленный в магазине халат и направился на кухню.

– Я подумала, что ты утонул. – Марина отложила на стол книжку, которую читала, и встала со стула.

Кикола сел на пластиковый табурет и заглянул на обложку оставленной Мариной книги.