Услышь мой голос - Снегова Юлия - Страница 29

Все еще улыбаясь, она встала, завернулась в простыню и отправилась на поиски своего ночного гостя. Женя не помнила, где Василий расстался с одеждой, она лишь подобрала с пола свои разбросанные вещи, но не испытала при этом ни капли стыда. Никаких вещей Василия Женя не обнаружила. Правда, в ванной она заметила воду на полу, да и одно полотенце было влажным. Значит, он проснулся первым, а может, и не засыпал вовсе. Просто встал, принял душ и ушел. И даже не счел нужным попрощаться с ней. А может быть, он просто не хотел ее будить. Женя вздохнула, получше завернулась в простыню и прошла на кухню. Два бокала с недопитым коктейлем по-прежнему стояли на столе. Под одним из них Женя заметила листок бумаги. Женя схватила его и прочитала: «Спасибо за чудесную ночь! Очень скоро мы снова встретимся. Не слишком увлекайся работой. Целую, Вася».

Женя в замешательстве опустилась на стул. Что значит, «скоро встретимся»? Он позвонит сам? Или, наоборот, она должна опять позвонить ему на работу? Непонятно.

«Нет, — подумала Женя и вздохнула, — больше я ему звонить не буду. А, какая разница, может быть, и к лучшему, если мы с ним больше не увидимся. Мы провели потрясающую ночь, разве этого мало? Ведь нам нужно было именно это, физическая близость, — и ничего больше. В этом что-то есть, какое-то совершенно непривычное отношение к жизни».

А потом Женя вспомнила слова, которые Василий говорил ей вчера вечером. Он предупреждал Женю об опасности, которая грозит ей, если она и дальше будет работать там же.

«Конечно, он прав, уж себе-то самой я не буду пускать пыль в глаза, — подумала Женя. — Но у меня сейчас просто нет другого выхода. Этот Василий тоже хорош. Какой смысл нападать на меня и портить мне настроение, если сам он не может предложить мне ничего лучшего? Я понимаю, если бы он вдруг позвонил и пригласил меня работать у него. Хотя бы секретаршей…»

В это время зазвонил телефон. Женя подняла трубку и ничуть не удивилась, услышав голос Василия.

— Ты выспалась? — ласково спросил он.

— Да, спасибо, а куда ты делся?

— Я был бы рад остаться, чтобы принести тебе кофе в постель, но, увы, все очень прозаично, мне нужно было на работу. У меня прием с десяти утра. Только что я освободился и вот имею счастье разговаривать с тобой.

— Наверное, твоя секретарша тебя подслушивает и злится, — сказала Женя.

— У меня нет личной секретарши, — ответил Василий.

«Ну так пригласи меня на работу в этом качестве!» — едва не выпалила Женя, но вовремя сдержалась.

— Приходи ко мне на работу, — предложил Василий, — это недалеко от тебя, на Старом Арбате. Я покажу тебе нечто интересное, а потом мы пообедаем вместе. Согласна?

— Конечно, — радостно ответила Женя, совсем позабыв о том, что не собиралась больше встречаться с Василием, — скоро буду.

Женя осторожно положила трубку. Несколько мгновений она сидела неподвижно, а затем вскочила на ноги и закружилась по квартире в безумном танце. Простыня победно реяла по комнате, а затем упала и белым комом легла на пол.

— У меня есть любовник! — пела Женя на разные лады. — У меня есть любовник!

Эту же песню из четырех слов Женя пела, стоя под душем. Она намыливала тело душистым гелем и испытывала при этом необычные и радостные ощущения. Наконец-то ее тело принадлежит не ей одной, мужчина разделит теперь с ней эту ношу. Ей есть для кого ухаживать за собой. Она будет стараться для Васи, для него она сделает свою кожу гладкой и душистой, ее глаза будут сиять для него, а губы улыбаться ему. И не важно, что они не говорили друг другу слов любви. Может быть, любви никакой и нет, но и нет больше щемящего чувства одиночества. Есть нежность, ласки, страсть. Это уж точно!

Глава 7

1

Василий очень толково объяснил Жене, где находится его клиника. Женя добралась до нужного переулка за двадцать минут. Она прекрасно знала этот район. Здесь жила когда-то ее школьная подруга, а потом коммуналку расселили, и одноклассница переехала в Чертаново. На этом их дружба как-то сама собой закончилась. Но каждый раз, когда Женя проходила мимо дома, где жила Аня, она ощущала ностальгию по тем годам.

Клиника находилась в недавно отреставрированном здании постройки прошлого века. Женя помнила времена, когда этот дом, неопределенного бурого цвета, с осыпающейся краской, зиял грязными стеклами и отбитыми карнизами. Теперь же, покрашенный в нежно-розовый цвет, с бледно-салатовыми карнизами, он напоминал огромную новенькую игрушку.

Внутри все было таким же чистеньким и сверкающим, как и снаружи. Женя поднялась по светлой лестнице и оказалась в просторном холле с кремовыми стенами и бежевыми кожаными креслами. В одном из них, понуро опустив голову, сидела женщина. Она нервно листала красочный иллюстрированный журнал. Женя обратила внимание на пунцовые, очень блестящие ногти женщины.

За стойкой регистратуры сидела девушка в белом халате. Она тоже что-то читала.

«Не клиника, а изба-читальня», — подумала Женя.

Девушка за стойкой взмахнула длинными зелеными ресницами и посмотрела на Женю.

— Добрый день, вы по записи? — спросила она.

— Нет, — ответила Женя, — я к Голышеву, Василию Васильевичу, по личному делу.

— Ах да, — девушка расплылась в улыбке, — Василий Васильевич предупреждал меня. Он вас уже ждет. Пройдите в пятый кабинет. Вот он, справа.

Бесшумно ступая по ковровому покрытию, Женя дошла до светлой двери. Она прочитала на медной табличке: «Голышев В.В., кандидат мед. наук. Врач высшей категории» — и довольно улыбнулась. Женя постучала. Врач высшей категории ответил ей из-за двери:

— Войдите.

В белом халате Василий выглядел таким же стильным и красивым, как и в обычной одежде. Он сидел за массивным столом перед включенным компьютером и улыбался Жене.

— Здравствуй, — сказал он, — я уже успел по тебе соскучиться.

— Приятно слышать, — улыбнулась Женя, — зачем ты пригласил меня сюда? Наверное, чтобы я прочитала табличку на твоей двери и преисполнилась благоговением перед твоей персоной.

— Ну и за этим тоже, — Василий подошел к Жене, нежно обнял и поцеловал ее.

Женя испуганно отстранилась.

— Постой, не здесь, — почему-то она перешла на шепот.

— А что тут такого, — Василий не отпускал ее. — Это же мой кабинет. Можно поиграть во врача, который забавляется со своей пациенткой. Потом этот опыт пригодится тебе в работе.

— Прекрати! — Женя по-настоящему разозлилась и вырвалась из объятий Василия. — Ты же обещал не касаться этой темы.

— Ладно, извини. — Василий сразу же отпустил Женю. — Что-то на меня нашло сегодня. У меня после этой ночи такое игривое настроение, никак не мог прийти в себя. На самом деле, не думай, я очень серьезный, даже скучный человек. Знаешь, — без всякого перехода продолжил он, — я хочу тебе кое-кого показать. Помнишь, ты меня спрашивала о женщине, которая очень хочет казаться мужчиной. Так вот, есть у меня один такой пациент, только это мужчина. Впрочем, он скрывает этот факт изо всех сил. Возьми в шкафу белый халат и сиди тихо вот здесь, в кресле.

Женя послушно сняла с плечиков накрахмаленный белый халат. Правда, она не совсем понимала, зачем все это нужно.

Василий снял трубку внутренней связи и сказал:

— Пригласите ко мне Кравченко. — Потом он повернулся к Жене и сказал: — Только ничем не выдавай себя. Пусть пациент думает, что ты моя новая медсестра. На вот, для правдоподобия пиши сюда что хочешь. — И Василий протянул Жене тетрадь в клетку.

В это время в дверь постучали. Василий пригласил пациента, и в кабинет вошла женщина, та самая, с яркими ногтями, которую Женя видела в холле.

— Добрый день, доктор, — растягивая слова, низким голосом поздоровалась женщина.

— Садитесь, — пригласил Василий.

Отчаянно виляя бедрами, пациентка подошла к креслу, села, закинув ногу за ногу. Женя украдкой, со все возрастающим удивлением разглядывала женщину. Что-то здесь было не так. С такими голенастыми ногами ни одна нормальная женщина не надела бы мини-юбку и блестящие колготки. Да и размер ноги у нее, наверное, не меньше сорокового. Такая большая стопа нелепо смотрится в босоножках на огромной платформе. Ее лицо тоже выглядело довольно странно. Из-за невероятно толстого слоя косметики невозможно было понять, хороша собой эта женщина или нет. Неестественно длинные ресницы с налипшей на них тушью, изумрудные веки, хищно блестящие губы — все это производило впечатление чудовищной маски. Густое облако духов, окружавшее женщину, довершало образ.