В погоне за миражом - Дэвис Линда - Страница 28

— Мне необходимо переговорить с Энди.

— Кому «мне»?

— Полу Кейту, я вместе с ним работаю.

Карен никогда не встречалась с Полом, не слышала от мужа его имени и не собиралась идти на поводу у какого-то, судя по голосу, мальчишки.

— Что, прямо сейчас?

— У меня срочное дело.

— А других и не бывает. Ждите.

Через несколько минут в трубке раздался вялый голос Рэнкина:

— Привет, Пол.

— Слушай, Энди, не хочу показаться бесцеремонным, но не мог бы ты объяснить, что за каша заварилась? Контора превратилась в настоящую психушку.

— Откуда ты звонишь?

— Из дома.

— Садись в такси и подъезжай.

Рэнкин назвал ему адрес.

Через сорок минут Пол Кейт нажал кнопку звонка, и распахнувшая дверь Карен проводила его в гостиную. При виде лежавшего на кушетке Уоллеса и откинувшегося на спинку кресла хозяина дома Пол остолбенел — настолько плачевно выглядели коллеги. Обведя всех трех мужчин пристальным взглядом, Карен вышла из комнаты.

— Что с вами случилось? — с трудом выговорил потрясенный Пол.

— Кажется, это очевидно, — раздраженно бросил Уоллес. — Нас избили. Расскажи лучше, что в офисе.

— Для начала могу сообщить: ваши столы взломаны.

— Что? — изумился Уоллес.

— Да-да. Ваши и Хелен Дженкс. У Энди, похоже, пропало из шкафа шесть папок.

Рэнкин на это никак не отреагировал, и Полу показалось, что тот принял какое-то сильнодействующее лекарство: глаза под полуопущенными веками были совершенно неподвижны.

— А другие столы в порядке? — спросил Уоллес.

— По-видимому, да.

— Ты докладывал об этом?

— Был вынужден — Замаро. Когда стало понятно, что вы не придете, она превратилась в разъяренную кошку.

— Говорила что-нибудь? — простонал Уоллес.

— Когда я сообщил ей о взломанных столах, она мгновенно обрела ледяное спокойствие и заставила меня повторить рассказ в присутствии Саважа и Фрейна.

— Дерьмо. — Веки Уоллеса дрогнули. — А Дженкс так и не появилась?

Глядя на старшего коллегу, Пол подумал, что из Уоллеса, как из проколотой шины, вышел весь воздух. За довольно короткое время их знакомства Уоллес никогда не пытался скрыть своего весьма неприязненного к нему отношения. Сейчас же силы обоих сравнялись. Похоже, Уоллес рассчитывает выведать что-то. Кейт ненавидел его за это.

— Нет. Я звонил ей, но к телефону никто не подошел. Так объясните мне, в чем дело?

— Мы сами ничего не знаем, — после продолжительной паузы ответил Уоллес. — Поезжай домой, поужинай, выспись. Завтра поговорим. Да, спасибо за то, что приехал.

Посмотрев на Хью с недоверием, Пол Кейт неловко поднялся со стула.

— Ну что ж, спокойной ночи.

Проводив гостя, Карен простояла некоторое время в дверях гостиной, изучая лицо мужа. Уоллес поймал себя на мысли, что думает почему-то о Хиллари Клинтон, о том, что женам иногда не стоит проявлять повышенного интереса к делам мужа. Через минуту-другую Карен скрылась в кухне.

Энди не отрывал глаз от пола.

— Думаю, у нас серьезные неприятности.

— Эта сучка сказала, что мстит за Хелен.

— То же самое было и со мной, — отозвался Рэнкин.

— Пропали шесть папок, пропала Хелен Дженкс.

— Полагаешь, она узнала, чем мы занимались? — спросил Энди.

И без того бледное лицо Уоллеса стало совсем белым.

— Пленка с голосом у тебя осталась?

— Ты имеешь в виду голос Хелен? — уточнил Рэнкин.

— Да.

— Я с ней не расстаюсь. Ношу в чемоданчике, под замком. Там довольно хитрая комбинация…

— Позвони в Альпийский банк. Дай им прослушать сообщение.

Энди подчинился, и в комнате зазвучал голос Хелен. Нажатием кнопки Рэнкин переключил трубку на внешний динамик, чтобы Уоллес мог услышать итоговую сумму счета. Через полминуты компьютер бесстрастно произнес:

— Баланс на двадцать два часа тридцать минут местного времени: ноль долларов ноль центов.

Глава 33

Иэн Фаррелл и Тэсс Карлайл сидели в стеклянном дворце Воксхолл-Кросс — заново отстроенной, обошедшейся налогоплательщику в двести тридцать миллионов фунтов штаб-квартире британской Секретной службы. Здание, известное больше как просто Риверсайд, было расположено на южном берегу Темзы, напротив высившихся севернее бастионов Уайтхолла[17].

Пятидесятидвухлетний Фаррелл руководил работой отдела, занимавшегося противодействием распространению наркотиков, и был представительным, хорошо сложенным мужчиной с густыми, волнистыми, с благородной проседью волосами. Борода и усы делали его похожим на морского волка. В темно-карих глазах светился острый, насмешливый ум. Приплюснутый нос боксера и пышные усы придавали Фарреллу задумчивый и меланхоличный вид. Язва желудка заставила его два года назад полностью отказаться от алкоголя. Тонкий ценитель виски, Фаррелл с сожалением вспоминал о былых временах.

Тэсс Карлайл, его заместитель, дама уже далеко за тридцать, с уверенным, почти аскетичным лицом, производила странное впечатление женщины, лишенной возраста. Тэсс привыкла жить и действовать с энергией двадцатилетней девушки. Блестящие, опускавшиеся до плеч каштановые волосы, гордый, с легкой горбинкой, нос и темно-карие, прозрачные в своей глубине глаза. Глаза, которые в равной мере могли принадлежать и святой, и еретичке. Временами в них сверкали мудрость и боль, накопленные десятками предшествовавших поколений.

Был понедельник, близилось время обеда. Только что закончилось ежедневное совещание, длившееся сегодня дольше обычного, поскольку пришлось иметь дело с пачками накопившихся за дни праздника донесений. Сидя в черном кожаном кресле, Карлайл вскрыла длинный, почти невесомый конверт. Послание казалось совершенно невинным, и, несмотря на огромный опыт и острую интуицию, Тэсс беспечно улыбнулась.

— От Фавора, — произнесла она. — Первая весточка после месяца, проведенного в джунглях.

— Что же он сообщает?

— Не сообщает, а, скорее, предупреждает.

— О Мальдонадо?

— Да. Неделю назад в местечке Летисия, на границе Перу, Бразилии и Колумбии, состоялась совместная операция спецподразделений этих стран против наркодельцов. Однако тех, по-видимому, кто-то предупредил: в ловушке оказались лишь двое. У охотников погибли шестеро плюс оставшийся анонимным «наблюдатель», видно, один из знакомых Фавора.

— Паршиво. Насколько я знаю Фавора, мстить он будет беспощадно. Виновным, как я понял, он считает Мальдонадо?

— Фавор уверен, что это он намекнул наркобаронам о готовящейся операции. Уже несколько месяцев назад Фавор обратил внимание на то, что Мальдонадо весьма сблизился с синдикатом Эль Долара.

Фавор — кодовое имя Ивэна Коннора, бывшего штатного сотрудника Секретной службы, работавшего теперь по контракту агентом в Южной Америке. Руководство деятельностью Фавора осуществляла Тэсс Карлайл.

— По-твоему, за этим что-то кроется? — спросил Фаррелл.

— Не забывай, когда люди, подобные Фавору, имеют дело с наркобаронами, они предпочитают схватку лицом к лицу. Фавор гнет свою линию, он с удовольствием собирает крохи информации, чтобы потом обрушиться и уничтожить врага. Не думаю, чтобы он пришел в восторг от идеи сидеть за одним столом с человеком, которого считает исчадием ада. Ему хотелось бы коротко и ясно заклеймить Мальдонадо как злого гения. Безусловно, Мальдонадо не подарок. Он довольно эффективный глава службы по борьбе с распространением наркотиков — в стране, которая поставляет на мировой рынок около восьмидесяти процентов кокаина. В его распоряжении власть, каналы воздействия и доступ к информации. Как чиновник, он, бесспорно, коррумпирован. В Перу невозможно играть в наши игры по правилам. Стоящая перед нами проблема заключается в одном: насколько он коррумпирован?

— И остается ли он до сих пор на нашей стороне, — добавил Фаррелл.

— В данный момент я больше склоняюсь к отрицательному ответу.