Твое смеющееся сердце - Бартоломью Нэнси - Страница 43

Поначалу меня это здорово бесило. Как же, выходит, я не Белоснежка и не Золушка и прекрасный принц не прискачет ко мне на белом коне! Но время шло, и в какой-то момент я начала даже гордиться собой. Я — Мэгги Рид и способна сама о себе позаботиться. Однако временами, когда становилось особенно тяжело, например, как сейчас, я снова начинала мечтать о рыцаре в сверкающих доспехах. Уэдерз всего лишь вернул меня с небес на землю. Да, он приехал, когда я в нем нуждалась, но чтобы спасти себя, мне нужно было каким-то образом достать убийцу, как фокусник достает кроликов из рукава. Пропади все пропадом!

Я закрыла глаза и стала вспоминать сообщение, которое Джерри Ли оставил на моем автоответчике. Потом вспомнила, как ехала к нему. Ворота были открыты — почему? Может, он их вообще не закрывал? Он, конечно, ждал меня, но не мог знать точно, когда я приеду. Может, он ждал в это время кого-то еще? Что он выяснил о фирме по продаже передвижных домов? Меня вдруг осенило, что одно связано с другим: я попросила Джерри разобраться с делами фирмы, он что-то выяснил, и вот он мертв.

Я тихонько ахнула и открыла глаза. Уэдерз заезжал в подземный гараж под зданием полицейского управления. Он тронул меня за плечо.

— Потерпите с этим, если можете. Не пытайтесь делать выводы из того, что вспомнили. Просто восстановите в памяти все подробности, мелкие детали, которые на первый взгляд могут казаться несущественными.

— Вы не понимаете! Джерри убили из-за меня. Я попросила его провести аудиторскую проверку «Мобил хоум кингдом», и он что-то обнаружил.

Уэдерз будто не слышал моих слов.

— Выходите, поднимемся в кабинет.

Он вышел из машины и открыл дверцу с моей стороны. На полутемной подземной стоянке, кроме нас двоих, никого не было, но из каждого угла на нас смотрели объективы камер, наблюдали за нами под разными ракурсами и передавали изображение на многочисленные мониторы. Вероятно, стоянка еще и прослушивалась.

Уэдерз быстро подошел к двери, набрал комбинацию из нескольких цифр, дождался глухого щелчка и открыл тяжелую металлическую дверь. Придерживая дверь одной рукой, другой он легонько подтолкнул меня внутрь. Он явно не хотел обсуждать дела на стоянке. Разговор начнется только там, где он скажет, и тогда, когда он скажет. Вероятно, на это у него есть веские причины. Все еще не в состоянии собраться с мыслями, я молча шла рядом, стараясь подладиться под его быстрые широкие шаги.

На лифте поднимались также молча. Уэдерз стоял так близко, что если бы я сдвинулась хотя бы на дюйм, то коснулась бы его руки. Я вспомнила, как он обнял меня, появившись в доме Джерри Сайзмура, и тут же мысленно отчитала себя: «Прекрати! Как ты можешь думать об этом здесь?!» Но не думать я не могла. Влечение, которое раньше лишь зрело во мне, теперь поднялось, как штормовая волна, грозя захлестнуть меня целиком.

Правой рукой я сильно ущипнула себя за мякоть большого пальца на левой. Уэдерз заметил мое движение.

— Зачем вы это делаете?

— Чтобы сосредоточиться, — ответила я.

Он удивленно вскинул брови и пожал плечами. Наверное, теперь он сможет добавить к длинному списку эпитетов, которыми он наверняка меня мысленно награждает, такие, как «идиотка» или «чокнутая».

— Полагаю, это что-то чисто женское?

Я метнула на него сердитый взгляд:

— Можно подумать, мужчины не пользуются никакими уловками, чтобы не отвлекаться от дела!

— Обычно в этом нет необходимости, — заметил он.

Я вспомнила Вернелла, который, случалось, занимаясь со мной любовью, одновременно в уме прикидывал результаты работы компании по продаже передвижных домов за последний квартал. Уэдерз прав: мужчины и женщины — существа противоположные.

— И о чем же вы задумались? Что отвлекло вас от мыслей о Джерри Сайзмуре?

Лифт дернулся и остановился, от толчка я потеряла равновесие, покачнулась и налетела на Уэдерза.

— Ни о чем, — буркнула я, отпрянув к двери.

Двери лифта медленно раздвинулись. Я могла бы поклясться, что слышала короткий смешок Маршалла Уэдерза. Но я не оглянулась, выйдя из лифта, и зашагала впереди него по длинному коридору в сторону отдела по расследованию убийств. Меня ждала еще одна долгая бессонная ночь.

Глава 24

Перевалило далеко за полночь. Стол между нами был заставлен пластмассовыми стаканчиками, в комнате пахло застарелым табачным дымом, подгоревшим кофе и одеколоном Маршалла Уэдерза. Мне уже до смерти надоело снова и снова во всех подробностях рассказывать, как я обнаружила труп Джерри Ли Сайзмура. Мне хотелось одного: вырваться отсюда.

— Я рассказала все, что могла вспомнить, — сказала я наконец. Эту фразу я произносила далеко не в первый раз, но каждый раз надеялась, что, может быть, на этот раз — в последний.

Маршалл Уэдерз устал не меньше моего, глаза у него покраснели. Он уставился в свою пустую чашку с таким видом, будто надеялся найти там нечто большее, чем кофейная гуща.

— Вы правы. — Он вздохнул и отодвинул от себя чашку. — Давайте на этом закончим на сегодня.

Он отклонился назад вместе со стулом, потянулся и сцепил руки за головой. Воспользовавшись тем, что он закрыл глаза, я присмотрелась к нему. Лицо под загаром побледнело, морщинки вокруг глаз стали заметнее.

— Ладно. — Передние ножки стула со стуком опустились на пол, я вздрогнула. — Я отвезу вас домой… или куда вы хотите вернуться.

В его голосе снова послышались нотки сарказма. По-видимому, ему не по душе, что я живу у Джека, наверняка он вообразил, что у нас с Гармоникой бурный роман. Мне почему-то стало смешно, я пыталась сдержать улыбку, но не сумела. Это ему тоже не понравилось.

— А как же моя машина? — спросила я.

— Отдайте мне ключи, я прослежу, чтобы ее доставили.

— Хорошо, тогда идемте.

Я встала и взяла сумочку. Уэдерз двигался медленнее, чем я, и как-то более продуманно, что ли. Казалось, он движется, как пантера, просчитывая свои действия на три шага вперед, постоянно выжидая удобный случай схватить добычу. Мы вышли из кабинета, спустились на лифте на стоянку, сели в машину. За все это время ни один из нас не произнес ни слова. Только заведя мотор, Уэдерз спросил:

— Куда ехать? В район складов?

Он дал задний ход и стал выезжать со стоянки. По-видимому, он принял мое молчание за знак согласия, а я не стала его разубеждать. Он выехал на Вашингтон-стрит и свернул в сторону Элм-стрит. Я молчала.

Мы доехали почти до самого перекрестка, где надо было сворачивать к дому Джека, и только тут я сказала:

— Ко мне домой.

— Это еще почему? — Уэдерз приглушил громкость приемника, как будто не расслышал.

— Я снова живу дома.

Он хмыкнул — коротко, но весьма многозначительно. «Давно пора, — слышалось в его «гм», — если уж на то пошло, тебе вообще не стоило связываться с этим хиппи».

На Элм-стрит он свернул налево и с видимым удовольствием повез меня в сторону, противоположную дому Джека. Детектив открыл рот, только когда мы оказались на моем заднем дворе.

— Не хочу вас запугивать, но, пока мы не поймаем преступника, постарайтесь быть осторожной.

Это был первый намек на то, что он все-таки не считает меня убийцей.

— Кто бы ни убил вашего деверя, а теперь еще и вашего бухгалтера, он не может знать наверняка, что вы в неведении. Возможно, он считает, что Сайзмур успел поделиться с вами своими открытиями.

У меня пока еще не сложилась ясная картина произошедшего, во всяком случае, осознанная, но внезапно стало страшно до смерти. В глубине души я чувствовала, что Маршалл прав.

— Я хочу сказать, не рискуйте понапрасну. Не выходите из дома одна по ночам, постарайтесь, чтобы после работы кто-нибудь провожал вас до машины. Словом, соблюдайте обычные предосторожности. И не показывайтесь больше в «Мобил хоум кингдом».

Последнюю фразу он бросил после короткой паузы, словно она пришла ему в голову напоследок, но это и было самое главное, он даже произнес эти слова чуть медленнее, чем все остальные.