Золушки - Ульсон Кристина - Страница 34

— Спасибо, я знаю, что это значит! — рассмеялась она. — Обычно прослушивание можно начинать где-то через час, можете поговорить с техотделом, они лучше знают. Ну и потом оператор «Теле-2» должен предоставить нам распечатку звонков с мобильного Габриэля за последние два года, когда она придет — не знаю.

— Уже пришла, час назад. Я проверил все вызовы за последние дни. С момента исчезновения ребенка он звонил всего по трем номерам: матери, адвокату и был еще один международный звонок, который мне не удалось отследить. Судя по коду, в Швейцарию. Еще ему пришло несколько СМС-сообщений.

— В Швейцарию? — удивленно взглянула на Матса Эллен.

— Да, — кивнул аналитик, — но кому — неизвестно. Если мать продолжает утверждать, что не видела сына в последние дни, значит, врет. Я проверил, откуда совершались звонки — начиная со вторника телефон Габриэля Себастиансона несколько раз засекли рядом с домом его родителей. Последний раз — сегодня в шесть утра.

— Дело пошло, — присвистнула Эллен.

— Еще как, — согласился Матс.

Фредрика, превышая скорость, неслась к дому семьи Себастиансонов. На этот раз она не стала звонить и предупреждать о своем приезде. Мало того, она не стала дожидаться указующего перста Теодоры Себастиансон, резко затормозила прямо у входа, выскочила из машины чуть ли не на ходу, поднялась на крыльцо, перепрыгивая через две ступеньки и два раза позвонила в дверь — тут же раздался звук поворачивающегося в замке ключа, и дверь распахнулась.

Увидев Фредрику, Теодора, мягко говоря, не обрадовалась.

— Что это вы себе позволяете?! — на удивление громогласно возопила хрупкая пожилая дама. — Врываетесь на частную территорию, хорошо хоть, дверь не вышибли!

— Во-первых, частной территорией это назвать сложно, во-вторых, дважды позвонила в дверь, а в-третьих… — Фредрика взяла себя в руки — нельзя так реагировать на нападки этой безумной старухи! — и заговорила спокойнее: — А в-третьих, боюсь, что у меня есть для вас крайне печальные известия. Могу я пройти в дом?

Теодора недоуменно уставилась на Фредрику, но та не отвела взгляд. Сегодняшняя блузка на пожилой даме снова была заколота брошью под самым подбородком — казалось, для того, чтобы дама не забывала высоко держать голову.

— Вы нашли ее? — медленно проговорила она.

— Нам лучше пройти в дом, — мягко настаивала Фредрика.

— Нет, скажите сразу, — замотала головой Теодора, не сводя с девушки глаз.

— Да, нашли, — подтвердила Фредрика, не будучи до конца уверенной, можно ли сообщать пожилой даме о смерти внучки вот так запросто, стоя в дверях.

Теодора замерла и долго молчала, а потом отошла в сторону, пропуская Фредрику в дом, и коротко сказала:

— Проходите.

На этот раз Фредрика уже не засматривалась на обстановку дома по дороге из холла в гостиную. Теодора медленно присела на кресло рядом с чайным столиком. Слава богу, кофе не предложила, подумала Фредрика. Она тихонько села напротив Теодоры и положила подбородок на сцепленные ладони.

— Где ее нашли?

— В Умео, — ответила Фредрика.

— В Умео?! — вздрогнула Теодора с искренним недоумением на лице. — Как… вы уверены, что это она?

— Да, к сожалению, уверены. Мать и бабушка с дедушкой вскоре проведут формальное опознание тела, но мы совершенно уверены, что это она. Вы имеете какое-то отношение к Умео? Или, возможно, вам известно что-то подобное о Саре Себастиансон или вашем сыне?

Теодора медленно сложила руки на коленях и заговорила.

— Как я уже говорила вам во время прошлой беседы, я мало слежу за жизнью невестки, — строго сообщила она. — Однако, насколько мне известно, ни ее, ни моего сына ничего с Умео не связывает. Как, впрочем, и меня. Никогда там не была.

— Может быть, у вас там живут друзья или знакомые?

— Дорогая, говорю вам, я там ни разу не была! — повторила Теодора. — И никто из моей семьи тоже. Возможно, Габриэль ездил туда по работе, но, честно говоря, я не знаю.

— Кстати, насчет Габриэля, — подхватила Фредрика, — он вам не звонил?

— Нет, — тут же собравшись, ответила Теодора, — не звонил.

— Это точно?

— Совершенно точно!

Женщины сверлили друг друга взглядами, меряясь силой.

— Могу я осмотреть его комнату? — спросила Фредрика.

— На этот вопрос я вам уже отвечала, — отрезала Теодора. — Вы не увидите ни единого квадратного сантиметра этого дома, пока у вас не будет ордера на обыск!

— Ордер у меня есть, — сообщила Фредрика и услышала, как к дому подъехало несколько машин.

Глаза Теодоры расширились от неподдельного удивления.

— К тому же вашему сыну не пойдет на пользу, если вы откажетесь помогать полиции в поисках убийцы вашей собственной внучки, — вставая, заявила Фредрика.

— Если бы у вас были дети, то вы бы знали, что детей не предают. Никогда! — надломленным голосом прошептала Теодора и наклонилась к Фредрике. — Если бы Сара понимала это, то с Лилиан ничего бы не случилось. Где она была, когда пропала Лилиан?! Ничтожество!

Где была? В западне, куда ее заманил человек, который ненавидит ее больше всего на свете, подумала Фредрика, но промолчала.

На секунду в глазах пожилой женщины промелькнула усталость и что-то похожее на боль.

Она страдает куда сильнее, чем старается показать, мелькнуло в голове у Фредрики, пока они с Теодорой шли к двери, чтобы впустить ожидавших на крыльце полицейских.

Войдя в гостиную Теодоры Себастиансон, Петер Рюд просто глазам своим не поверил: не дом, а настоящий музей! Самочувствие и так довольно мерзкое, так еще эта ведьма таращится на него из угла! После того как он поздоровался и объяснил ей суть дела, у нее ни один мускул на лице не дрогнул. Старуха просто отошла в дальний угол комнаты и уселась в кресло.

Петер быстро обошел цокольный этаж: ни следа Габриэля Себастиансона. Но ведь он был здесь совсем недавно! Непостижимым образом Петер чувствовал, что Габриэль где-то рядом.

— Когда вы в последний раз виделись с сыном? — спросил Петер, обойдя дом и вернувшись в гостиную.

— Госпожа Себастиансон не станет отвечать ни на какие вопросы, — произнес резкий голос за спиной у Петера.

Полицейский обернулся: там стоял неизвестный мужчина, довольно высокий и широкоплечий, с крупными чертами лица и темными волосами. Петер невольно почувствовал к нему уважение.

Мужчины пожали руки, незнакомец представился адвокатом семьи Себастиансон. Петер вкратце объяснил причины обыска.

— Детская порнография?! — взвизгнула Теодора, вскакивая с кресла. — Вы совсем с ума сошли?! — Она быстро просеменила через всю комнату и встала напротив мужчин. — Я думала, вы ищете Габриэля!

— Как я уже говорил, и его тоже, — ответил Петер. — Спешу сообщить, что ваш сын объявлен в национальный розыск! Помогая ему, вы можете оказаться соучастницей преступления, в зависимости от того, по какой статье он будет осужден. Ваш адвокат может подтвердить мои слова.

Взгляд Теодоры вновь стал отсутствующим, как будто она не слышала слов полицейского. Петер тяжело вздохнул, вышел из комнаты и быстро поднялся по широкой лестнице на второй этаж, где находилась комната Габриэля.

— Ну как дела? — нервно поинтересовался он осипшим голосом. — Нашли что-нибудь?

Невысокая сотрудница встала с пола — она ползала на четвереньках, заглядывая под кровать — и доложила:

— Все чисто! Но он точно был здесь: кровать застелена небрежно, простыни смяты. Могу с уверенностью сказать, что сегодня он ночевал здесь.

— У него наверняка есть ноутбук! — помрачнев, предположил Петер.

— Скорее всего, — согласился другой полицейский, — но ноутбук он наверняка держит при себе, здесь его искать бесполезно…

— Ну да, — устало признал Петер. — Никаких фотографий, ничего такого?

— По нулям, — отозвалась первая сотрудница.

— Ладно. То есть все, что мы можем сказать наверняка — он здесь ночевал, — подытожил Петер.