Ветер и искры. Тетралогия - Пехов Алексей Юрьевич - Страница 89

С тех пор к могуществу тех, кто кичился «искрой», сын Ирбиса относился со скрытым скептицизмом, и эта встреча была нужна ему гораздо меньше, чем блазгам обувь. Если бы не Лук, с которым он успел сдружиться за время путешествия от Врат, Га-нор послал бы все в Бездну и отправился восвояси: потому что во время войны настоящему мужчине стыдно протирать килт в приемных магов.

Дверь распахнулась. В зал вбежал запыхавшийся мальчишка. Паренек с худым лицом, острым подбородком и оттопыренными ушами, которые придавали ему ужасно нелепый вид, был одет в шелковый колет алого цвета и черные штаны.

Га-нор узнал Ашана – единственного ученика Гиса.

– Мастер Лук. Мастер Га-нор. Вас готовы принять. Мастер Гис просит пройти к нему, – звонким голосом произнес мальчик. И не проверяя, идут ли за ним, поспешил прочь.

Друзья прошли чередой пустых коридоров с мозаичным полом и огромными окнами, поднялись по широкой, закрученной спиралью лестнице, покрытой сдисским ковром.

– Послушай, – удивленно прошептал Лук. – Это… До меня только теперь дошло, что башенка-то внутри гораздо больше, чем снаружи. Не находишь?

Га-нор лишь пожал плечами, но Ашан, услышав вопрос, счел своим долгом ответить гостю:

– Ходящие называют это игрой с пространством – то, что снаружи кажется маленьким, внутри может стать огромным. Волшебники прошлого были настоящими мастерами.

– А сейчас могут так строить?

Мальчишка нехотя шмыгнул носом, а затем отрицательно покачал головой:

– Нет, мастер Лук. Это знание забыто.

Преодолев девять витков, спутники оказались в синем зале. Здесь весело журчал фонтан с перламутровыми рыбками, в больших позолоченных клетках под потолком порхали, заливаясь трелями, птицы с южных островов. В фарфоровых кадках у стен цвели красные тюльпаны и невысокие мандариновые деревья. Гис стоял у распахнутого окна, заложив руки за спину. Цепкий взгляд его темных глаз задержался на Луке, и тот поежился.

– Вас ждут. Ничего не бойтесь, я буду с вами.

– Чего нам бояться? – хмыкнул Лук.

Гис улыбнулся:

– Вот и славно. В следующем зале сдадите оружие гвардейцам.

Га-нор нахмурился. Он не испытывал желания отдавать клинок в чужие руки.

– Таковы правила, – ответил на невысказанное недовольство северянина заклинатель. – Мне тоже придется расстаться с жезлом.

– Они не доверяют даже таким, как ты?

– У Башни есть свои законы, – вновь улыбнулся Гис, хотя было видно, что слова рыжего ему не понравились.

– Они терпят вас. Но не любят.

– Заклинателям не нужна любовь Ходящих. Мы миримся друг с другом и делаем общее дело. Когда идет война, приходится забыть о разделяющих нас принципах и закрыть глаза на старые раздоры. Сейчас во всей стране у людей только одна главная задача – остановить Набатор.

– И Про?клятых.

– И Про?клятых, – ничуть не смутившись, подтвердил Гис. – Добиться этого можно только совместными усилиями. Именно потому вас выслушают. Мало кто видел Шестерых. Ваш рассказ может оказаться полезен.

– Лук видел только одну – Корь. Я же не видел никого.

– Да, Га-нор. Я помню.

Заклинатель толкнул высокие створки. Те бесшумно отворились, и Лук, посмотрев вверх, изумленно охнул. Потолок в зале был прозрачным, а наверху раскинулось черное небо с рассыпанными, словно просо для кур, мириадами звезд. Стражник помнил, что всего лишь десять минок назад за окнами властвовал день. Га-нор удивления не выказал и хмуро проворчал что-то про магию.

– Это Ночной зал, созданный Скульптором, друзья. – Гис даже не думал задирать голову, чтобы посмотреть на чудо из чудес. – Здесь живет бесконечная ночь, звезды…

– И комета.

Действительно, затмевая яркостью даже луну, по небу, распушив багровый огненный хвост, беззвучно неслась красавица комета.

– Да. Предвестник несчастья. Она появилась здесь за день до падения Врат Шести Башен. Но, к сожалению, никто не придал этому значения. Слишком давно не было ничего подобного. В последний раз комета появлялась в Войну Некромантов. Пять веков – слишком долгий срок, чтобы кто-нибудь вспомнил об этом и заподозрил неладное. А жаль. Возможно, если бы Ходящие поняли, что она означает, мы бы не оказались в таком бедственном положении, как сейчас.

– Ходящие так редко смотрят наверх, или просто слепы, точно плотоядные ледяные черви? – недоверчиво произнес Га-нор. – В моем клане каждый ребенок знает – когда появляется хвостатая вестница[41], жди беды.

– На настоящем небе кометы нет. Она только в этом зале. Многих подобное обстоятельство, как я слышал, смутило. Но давай поговорим о поступках магов после того, как уйдем отсюда, – мягко произнес Гис. – Сейчас не время заниматься подобными беседами.

Следопыт согласно хмыкнул. Заклинатель говорил разумные вещи, не ровен нар – не слишком уважительные речи услышат и, не церемонясь, выставят нахалов за дверь. Лук этого точно не переживет. Будет ныть с утра до вечера и своими жалобами сведет с ума. Уж лучше немного помолчать, благо это не трудно.

Спутники шли под безразлично подмигивающими с высоты небосвода звездами, и звуки их шагов, точно испуганные летучие мыши, взлетали к потолку. Было видно, что заклинатель спешит, но не позволяет себе сорваться на бег. Несущийся по Башне демонолог – не самая хорошая репутация для того, кого и так здесь не слишком-то ценят.

Северянин заставил Лука отвлечься от созерцания потолка, дернув за рукав.

– Чего? – не слишком довольно обернулся тот, бросив последний взгляд на поразившую его комету.

– Надеюсь, у тебя хватит ума не говорить им про Лаэн? – наклонившись к уху стражника, прошептал Га-нор.

– Ну, ты еще меня поучи, что говорить, а что нет, лопни твоя жаба! – обиделся Лук. – Понимаю. Не тупой.

– Про Лаэн уже знают. – У Гиса оказался отменный слух.

– Ты о чем? – скорчил невинную рожу солдат.

– О том же, что и вы. В ней есть «искра».

– Правда?

– У тебя не слишком хорошо получается корчить из себя дурака, – добродушно усмехнулся в усы заклинатель.

– Это ты им рассказал? – Синие глаза следопыта нехорошо прищурились.

– Не говори ерунды, сын Ирбиса. – Гис шел вперед размеренным шагом. – Я не имею дурной привычки лезть в чужие дела. В особенности в те, которые касаются Дара. Башня знала о женщине Нэсса еще до того, как я оказался в Альсгаре. Так что не стоит тебе смотреть на меня волком.

– У заклинателей что? Глаза на затылке? – удивился Лук.

– А вот нас и встречают, – вместо ответа процедил магистр. По его лицу было видно, что он не слишком рад.

У дверей застыли четверо гвардейцев в парадных серо-красных мундирах, а чуть поодаль, нетерпеливо покачиваясь на носках, стоял мужчина, облаченный в черное. От взгляда Га-нора не укрылось, что на груди у незнакомца серебряными нитями вышита искра с восьмью лучами. Следопыт знал, что если красный круг или пламя указывают на принадлежность к Ходящим, то серебро нашивки говорит о том, что перед ними один из Огоньков.

– Ирла ждет, магистр, – сказал маг.

Заклинатель холодно кивнул в ответ. Он явно не слишком жаловал этого человека. Все так же молча Гис снял с пояса жезл. Протянул «черному». Тот с ироничным поклоном принял его:

– Эти люди знают правила? Они должны оставить оружие гвардейцам.

– Спасибо, что напомнил, Григо. Без твоей заботы мы бы пропали. – Алый не пытался скрыть яд в голосе.

– Всегда к твоим услугам.

Лук не стал тащить топор в Башню, оставив его под кроватью в доме Гиса, и вручил гвардейцу лишь широкий кинжал. Следопыт, в отличие от товарища, с видимой неохотой расстегнул ремень, удерживающий ножны за спиной, и с недовольным видом передал охране меч. Гвардеец, принявший оружие, вытянув его на полпальца, уважительно крякнул. И было от чего: некоторые оружейники Льдистых земель ничем не уступали морасским мастерам. Шкуру орхака сталь, подобная этой, разрубала, словно льняную рубашку.

– Мальчик, ты останься здесь, – велел Ашану «черный».