Под несчастливой звездой - Анфимова Анастасия Владимировна - Страница 227

Небра подумал и тут же стал рисовать еще квадраты.

— Храм богини, кладбище. Вот старая дорога на Вачам. Её сразу узнаешь по остаткам каменного обелиска, что стоит у перекрестка с незапамятных времен. Пройдешь мимо него до покинутой усадьбы. От неё иди по дороге к роще акаций. Не заплутаешься, там по одну сторону будут поля, а по другую бахчи и каменные столбики со знаком Сета. Это храмовые земли.

Юноша понимающе кивнул.

— Если пойдешь быстро, за два дня доберешься. Тут по пути пара деревень. Панки и Озерки. Крестьяне оттуда часто бывают в Абидосе и могли слышать о слугах колдуна… Тусета.

На последних словах кисточка в руках писца дернулась.

— Постараюсь туда не заходить, — ободряюще улыбнулся Алекс.

— Не получится, — покачал головой толстяк. — Дорога идет прямо через Панки.

Он обозначил поселение треугольником.

— А вот Озерки в стороне от дороги. Но между ними и Билдом почти три асанга. За день не доберешься. Хотя, если поторопишься, можешь дойти до Гирв.

— Я лучше переночую под открытым небом, — понимающе кивнул юноша.

— Будь осторожен, — встряла в разговор Мерисид. — Там встречаются львы.

Младший писец поморщился, недовольный тем, что его прервала служанка.

— В Билде большая тюрьма. Туда посылают всех приговоренных к каторге. Может быть, Анукрис все еще там?

— Было бы неплохо, — пробормотал Александр.

— В городе стоят две сотни пехотинцев и сотня лучников, — предупредил собеседник. — Воины охраняют дорогу в каменоломни и ловят бродячих укров.

— Посмотрим, — буркнул юноша.

— Из Билда каторжников отправляют с попутными караванами к Уразскому озеру, — продолжил младший писец. — Дорога идет вдоль пересохшего канала и её очень хорошо стерегут патрули.

— А другой дороги к озеру нет? — деловито поинтересовался Алекс.

— Наверное, есть, но мне о ней ничего не известно, — пожал жирными плечами Небраа. — Не зная пути в пустыне, ты рискуешь наткнуться на укров.

— Получается, что ты не знаешь, как попасть в эти каменоломни? — погрустнел юноша.

— Присоединяйся к каравану из Билда и иди, — вскинул брови келлуанин. — Только запасись едой и водой.

— А что я скажу стражникам?

— Что ты мой слуга и несешь письмо писцу к Гнешуеру, — быстро сообразил Небраа. — Я дам тебе папирус с моим именем…

— Лучше не с твоим, — прервал его Александр. — Пусть меня пошлет мудрый Сетиер.

— Хорошо, — покладисто согласился толстяк. — Гнешуера недавно перевели в Сиух. Но первый пророк мог этого и не знать.

Он обмакнул кисточку в чернила, взял еще один лист папируса и стал быстро покрывать его иероглифами.

— В каменоломнях ты можешь купить себе свидание с Анукрис. Многие родственники осужденных так делают.

Младший писец свернул письмо трубочкой и ловко перевязал летной.

— Спасибо, Небраа, — поблагодарил Алекс, пряча за пазуху карту и свиток. — Собери мне что-нибудь поесть в дорогу, Мерисид.

— Ты уже уходишь? — с надеждой поинтересовалась служанка.

— Пора, — кивнул юноша.

Пока она отсутствовала, мужчины молчали, говорить им было больше не о чем.

— Тут только лук, чеснок и изюм, — виновато проговорила девушка. — Мука закончилась.

— До свидания, господин Небраа, — чуть поклонился Александр, принимая у неё сверток. — Если богам будет угодно, мы свидимся.

— Я буду день и ночь молиться Амошу, Анубу, Сету и матери Исид! — горячо проговорила Мерисид и, подавшись вперед, на миг прижалась щекой к его щеке.

— Я тоже, — облегченно выдохнул младший писец, неодобрительно зыркнув на служанку.

Юноша благополучно перебрался через забор, дошел до причала и приватизировал лодку Небраа.

Прячась в густой тени прибрежных зарослей, он скинул черный костюм и, обернув бедра юбкой, вновь превратился в келлуанина.

Не особенно заботясь о маскировке, Алекс изо всех сил заработал веслом, стараясь как можно скорее добраться до храма Баст. Ему показалось, что на берегу промелькнула темная фигура, но Александр и не подумал останавливаться, а только прибавил скорости, ругаясь, что такие умные келлуане не додумались до такой простой вещи как уключина.

Только пройдя мимо старого причала у кладбища храма Сета, он сбавил ход, сберегая силы, хорошо понимая, что они скоро ему понадобятся. Опуская весла в темную зеркальную гладь, юноша обратил внимание, что воды в канале заметно прибавилось. Очевидно, приближался разлив Лаума, когда на короткое время оживает пересохшее озеро Цимл и его покинутые берега.

Не заметив ничего подозрительного, Алекс выбрался из лодки и заглянул во двор храма Баст. Две пятнистые гиены, опустив тупые морды к земле, пересекли его, скрывшись в проломе. Более грозных хищников он не заметил. Судя по спокойному поведению зверей, люди тихо сидели за стенами и не высовывались. Юноша взглянул на маленькие окна храма под самой крышей и подумал, что стражники вряд ли будут сооружать помост для наблюдения за окрестностями.

Быстро перебежав в полузасыпанную яму, оставшуюся от священного водоема, Александр перевел дух, одним рывком преодолел расстояние до заднего двора и замер, прижавшись к стене возле двери.

Само собой, что все волосинки и травинки оказались безжалостно сорваны, а на песке, который он так тщательно разгладил перед уходом, четко выделялись человеческие следы.

«Они меняются, или одни и те же сидят постоянно?» — подумал Александр, прижимаясь ухом к резному дереву и напрягая слух. Тихо.

«Может, затихариться в развалинах? — он почесал подбородок, покрытый мягким, противным пушком. — Рано или поздно они выйдут. Поглядим сколько их, а там видно будет?»

Но тут Алекс вспомнил удиравшего Карасета, подозрительную темную фигуру на улице. Из города надо уходить немедленно. Но в тайнике остались зелья Энохсета, еще кое-какие вещи, без которых ему совсем не хотелось пускаться в дальнюю дорогу. Добрые келлуане и так лишили его всего имущества. Чувствуя, что разозлился как следует, юноша обнажил клинок и толкнул дверь, ожидая услышать резкий скрип. Но она не открылась! Затаившиеся в засаде стражники закрыли дверь! Как же эти идиоты собирались его ловить? Не выдержав, юноша истерически рассмеялся, зажимая рот руками. Поставили капкан и забыли его зарядить! Либо дураки, либо страшные лентяи. Таких и убивать рука не поднимается. О благословенный Келлуан! Как жаль, что Тусет пал жертвой внутри властных разборок. Александр чувствовал, что мог бы здесь неплохо устроиться.

Юноша сделал несколько глубоких вдохов. Прислонил меч к стене и изо всех сил забарабанил в дверь.

— Спите, шакальи мозги! — кричал он грубым басом. — Так вы чужаков ловите?! Опились пивом, бегемоты бездонные! Да лишитесь вы погребения, лентяи и бездельники!

За дверью послышались испуганные голоса.

— Господин! Я сейчас, господин! Мы не спим, господин!

Звякнул засов, дверь отворилась, и показалась смуглая круглая физиономия.

Алекс схватился правой рукой за толстую потную шею, а зажатый в левой метательный нож упер в мясистый подбородок.

— Сколько вас здесь? — быстро спросил он, глядя в безумно вытаращенные глаза.

— Трое! — прохрипел мождей.

Юноша отдернул нож и несколько раз ткнул им в левую сторону могучей груди.

— Гыыы! — заревел стражник, отстраняясь назад.

Но Александр уже тащил его из двери. Мужчина упал лицом в песок, а ноги его еще оставались в храме.

— Бык! — крикнул кто-то в коридоре.

Александр схватил меч и прижался к стене.

— Бык! Что с тобой?

Какой-то келлуанин в парике удивленно выглянул в дверь. Юноша вытянул вперед руку на всю длину, попав тому в плечо.

— Нинайх! — заорал мужчин, пытаясь закрыть дверь. — Он здесь, Нинайх. Он здесь!

Но толстые ноги мертвого мождея не давали этого сделать. Александр взмахнул клинком и перерубил вопившему мужчине кисть, которой тот толкал дверь вперед. Гвардеец сепаха закричал, рухнув на колени и прижимая покалеченную руку к груди. Следующим ударом юноша разрубил ему горло. Остро запахло кровью и испражнениями.