Точка зрения закуски - Бескровный Максим - Страница 90

— Не вернулся. Я знаю, — закончила предложение Ольга, склоняясь над телом Чужого. — Вот дерьмо! Рановато он дал дуба. Ну и к черту ангела. Мы вроде как шли сюда искать передатчик. Надо поторапливаться.

И в этот самый момент усыпанный шипами гигант тарн медленно выпал из своего кокона, с тихим шелестом и постукиванием лапок перевернулся спиной вверх. Выгнув вертикально передние сегменты своего туловища, насекомое угрожающе развело широко в стороны раскрытые клешни. Огромные жвала зашевелились и открылись, во рту принялись часто дрожать жвальца поменьше. На пол капнула тягучая струйка слюны. Насекомое тихонько зашипело. По всему кораблю поднимался неясный гул и копошение оживающих тварей.

Ольга осторожно уронила на пол свой меч. Сопротивляться закованной в надежный хитин брони молниеносной машине для убийства с любым оружием в руках один на один все равно было бесполезно.

— Комп, активируй лингвистическую программу. Язык улья Красных Ноктов, — осторожно шевеля губами, произнесла она. Томас не удивился бы наличию таковой программы в Ольгином компе, даже не будь он так напуган.

Тарн зашипел громче, сделав несколько мелких, осторожных шажков вдоль стенки капсулы. Перелез на потолок. Одна из четырех боевых клешней зависла в непосредственной близости от Ольгиного горла.

— Давай поговорим, Повелитель корабля, — начала Ольга. Из динамиков компа донеслась серия напоминавших глухие постукивания и бульканье звуков.

Тарн озадаченно повертел своей шипастой головой. Затем, словно нехотя, он ответил. Комп приятным женским голосом незамедлительно перевел:

— Вы — низшие, дикие и примитивные существа. Моя законная добыча. Зачем диалог?

«Да что это за дискриминация такая? — подумал про себя Томас. — Для вампиров мы мясо, для ангелов — злобные чумные крысы. Теперь и этот туда же. Хоть совсем в космос не выходи!»

Он с надеждой посмотрел на Ольгу.

Медленно и осторожно Ольга потянула за цепочку, висевшую у нее на шее. Томас приметил эту безделушку еще раньше, когда перевязывал ей раны. Элегантный кулончик.

— Я являюсь Повелителем роя криптофоров, Пожирателем второго ранга.

Немигающие фасетчатые глаза насекомого долго, словно загипнотизированные, всматривались в пульсирующую белую звездочку в центре граненого рубина. Наконец тарн оторвал свой тяжелый взгляд от серебряного медальона. Он одним плавным движением спустился с потолка и, наклонив передние сегменты торса, опустил свою страшную голову чуть ниже уровня Ольгиных глаз, принимая позу покорности.

— Пожиратель третьего ранга номер С 735 831134, — перевела его утробное стрекотание программа компа. — В моей голове тоже звучал рассказ этого странного существа. Думаю, диалог пойдет именно на эту тему? Мы не любим, когда нашими телами устилают путь к чужой добыче. И когда нас считают тупыми и примитивными…

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

Отто фон Хойзингер в который раз задумчивым взглядом осматривал затянутое пепельными облаками грязно-черное небо Страны озер. Никаких озер больше не было на многие десятки километров вокруг, их, скорее всего, вообще здесь не осталось. Столица, как, впрочем, и остальные города планеты, лежала в руинах. Прекрасные и уникальные леса деревьев-исполинов все еще продолжали гореть — флот Смоленского, покончив с противником в космосе, отработал по остаткам тарнских десантов с безопасной, высокой орбиты. Отныне война переходила в новую фазу, в которой инициатива прочно переходила к Земле.

Хойзингер стоял на плитах космодрома, облаченный в тяжелый скафандр. Радиационный фон в бывшей столице в сотни раз превышал все допустимые пределы. Дышать неочищенным воздухом некогда цветущей, зеленой планеты еще многие столетия будет невозможно. По периметру космодрома виднелись находящиеся в боевом цикле охранники — вампиры из личной стаи контр-адмирала. Молодые и отлично обученные бойцы-спецназовцы. Человечинских десантников-«гепардов», сумевших-таки отстоять космодром, забрал с собой князь Смоленский. Флот ушел. Теперь планета безраздельно принадлежала Высшим. Если не считать кораблей, что притащил для своей охраны гость Хойзингера.

Отто продолжал смотреть в небо. Катер с недавно вышедшего на орбиту тяжелого ракетного крейсера «Могами» задерживался. Вряд ли из-за бушевавших в стратосфере циклонов, с природными катаклизмами современной технике было легко бороться. Скорее всего, получившему в последнее время много сил и власти, удачливому адмиралу просто хотели указать его место. На планету прибывал Старейшина.

Фон Хойзингер зябко поежился. Лет триста назад начавшие отрастать перепончатые крылья шевельнулись под скафандром. Предстоящий визит его беспокоил. Говорили, что Старейшин оставалось в этой галактике всего трое-четверо. Что на Земле давно не собиралось больше двух Старейшин одновременно. Ведь они привыкли всегда оставаться в тени. Именно они управляли Высшими и контролировали популяции человечины. Они были прямыми потомками первых, свирепых и отважных, бойцов экспедиционного корпуса, перешедшего границу между измерениями и уничтожившего аяолов. Ученики легендарных воинов, великих убийц, обративших в прах десятки чужих цивилизаций у себя на родине.

Ожидание затягивалось. И вот наконец в сопровождении двух орбитальных штурмовых катеров — «Мурен SS 90», над посадочным полем завис вытянутый силуэт адмиральского катера. Старейшина прибыл.

В почетном карауле и прочей человечинской атрибутике нужды среди своих не было. Фон Хойзингер лишь коротко отдал прибывшему начальнику салют в традициях планеты Вамп, подняв на уровень глаз сжатую в кулак правую руку и слегка, уважительно, соприкоснувшись с начальником своим ментальным полем. Судя по переливам, бурлившим на ауре Старейшины, последнему было на поверхности данной планеты дискомфортно. И контр-адмирал поспешил увести невысокого и тщедушного даже в скафандре гостя к переходному шлюзу своего бункера, где располагался мобильный штаб сухопутных сил. По сторонам, в сером холоде поднимающегося урагана, плавно, словно тени, скользили бойцы охранения.

В полумраке штабных помещений, имитировавших красноватый отсвет вампского светила, фон Хойзингер впервые за свою долгую жизнь смог взглянуть в белесые глаза существа, видавшие в своей жизни и эпоху Великого Оледенения, лучшие дни Римской империи, и разгром Третьего рейха. Точнее — их лучшие ночи. Глаза Старейшин совершенно не переносили спектр света звезд этого измерения. А контактных линз с хорошей электронной начинкой в те годы еще изобретено не было. К линзам надо было привыкать с молодых лет. Сейчас эта проблема уже была решена. Как ни странно, в этом помогла так медленно развивающаяся наука людишек. Да, многие знания мы умудрились растерять за последнее время! Сам Отто родился на Земле всего полторы тысячи лет назад, и его поколение гораздо лучше адаптировалось к жизни в этом измерении. А молодые, шестисотлетние, солдаты и вовсе могли неделями обходиться без поддержки медицинских саркофагов, вошедших в легенды суеверных людишек, и свободно гулять под лучами их солнца. Как ни отвратительно, но этот мир начинал становиться для них родным.

Хойзингер с почтением начал:

— Это великая честь для меня, повелитель…

— Оставим церемонии, адмирал, — глухим и скрипучим голосом прервал его собеседник.

Старейшина скинул капюшон, покрывавший его голову под шлемом скафандра, и предстал перед Отто во всей своей красе: серое с синеватым отливом морщинистое лицо, лысая, как бильярдный шар, голова с остренькими ушками. Картину дополняли черные губы и беспокойно мечущийся за длинными, выпирающими клыками, тоже черный, раздвоенный язык. За спиной подрагивали сложенные перепончатые крылья. Когда-нибудь Хойзингер тоже станет таким. А для людишек это совершенное существо, благодаря своим мощным телепатическим способностям, могло предстать во множестве обличий и образов. У пояса Старейшины Отто заметил вороненую витую рукоять боевого шестопера — комбинированного оружия, произведенного еще на их далекой родине. Шесть острых, как бритва, выкидных перьев и мощный импульсный лазер, скрытый в длинной рукояти. Скорее всего, Старейшина носил его просто как символ своей власти, ведь людишки все равно физически были неспособны причинить ему никакого вреда, а в огневой контакт с тарнами Старейшинам Высших до сих пор просто не положено было вступать по должности.