Тринадцатая невеста - Завойчинская Милена - Страница 71

– Сняв кольцо, помолвку разорвет тот, чье сердце принадлежит тебе, и тот, кто заключит помолвку, надев кольцо, – почти пропел оракул.

Да-а-а, так все понятно стало, просто слов нет. И где мне искать того, «чье сердце принадлежит мне»? Я украдкой взглянула на Адриэна и на его руки. Он? Или не он? Я не успела рассмотреть мужские длани в видении.

Пока я размышляла, оракул вышел из транса.

– Ты получила ответ, дитя?

– Ну да вроде бы. А еще один вопрос к вам. Вы случайно не знаете, кто прислал мне ящерку? – Оттянув рукав, показала ему Киви.

– Знаю. Я – по воле Солары.

– Ага… – Я озадачилась. – А зачем?

– Чтобы уберечь тебя, это же очевидно. Это оберег.

– Понятно, – протянула я. – Спасибо и вам, и Соларе за Киви. – Я погладила ящерку по спинке. – Она меня уже один раз спасла.

– Солара не делает простых подарков, избранная. Раз она велела, значит, знала, что оберег пригодится.

– Все равно спасибо. Ну мы тогда пойдем?

– Ступайте. В гостевом домике переночуете, вас накормят. А завтра встретите первые лучи солнца и сможете отправиться в путь.

– Одну минуту, оракул, – вперед шагнул Адриэн. – Лили, дай мне руку.

Я протянула ему ладонь и замерла. Адриэн взял ее двумя руками и затем, придерживая мои пальцы, аккуратно легким движением снял с пальца кольцо-солнышко. И держал его теперь на раскрытой ладони. Я в изумлении узнала картинку, только что увиденную в чаше с местным аналогом ртути. Вот мордочка Киви торчит из-под рукава свитера, вот моя рука, которая только что была с кольцом, а вот и те самые мужские руки, что были в первом видении.

И все? Вот так просто взял и снял? Столько сомнений, столько возмущений по поводу невозможности расторгнуть эту идиотскую помолвку, а в итоге одно движение – и кольца на мне нет. Он надел мне на палец это кольцо несколько лет назад, он его и снял. Я подняла глаза и встретилась взглядом с теплой синевой. Адриэн чуть улыбнулся, а я… А я начала тонуть в этой глубине, а в сердце, таком глупом девичьем сердце, тоже начала разливаться теплота, мешающая дышать. Ведь оракул сказал, что помолвку разорвет тот, чье сердце принадлежит мне. Так, значит, это правда? И Адриэн не просто решил меня охмурить, а я нравлюсь ему? По-настоящему! Губы предательски начали расплываться в улыбке.

– Что с ним делать? – Адриэн протянул раскрытую ладонь оракулу.

– От Солары пришло, к ней и уйдет.

Жрец взял колечко и, подойдя к чаше с ртутной жидкостью, осторожно положил на поверхность. Пару секунд ничего не происходило, а затем колечко словно расплавилось и исчезло. Даже следа не осталось, просто такая же ровная зеркальная гладь.

– О как! – Не удержавшись, я заглянула внутрь. – А что делать с остальными украшениями?

– Как пожелаешь. Если хочешь, можешь оставить на память. Если нет, то вернем их богине.

– Пожалуй, вернем богине. Я к ним, безусловно, очень привыкла за эти годы, но, к сожалению, в вашем мире они как красная тряпка для быка. Опознавательный знак, что я невеста, точнее, была невестой вашего наследника. И, похоже, слишком многие об этом знают.

Я сняла сережки, кулон, браслет и протянула оракулу. А он, тонко улыбаясь, забрал у меня все это и одной кучкой положил в чашу. Через несколько секунд от столь привычных мне украшений не осталось и следа. Эх… Жалко, я к ним так привязалась. Но с другой стороны, закончился один жизненный этап – я больше не невеста загадочного наследника императоров волшебного мира Калахари. А что будет впереди, только предстоит узнать.

– Не расстраивайся. – Ко мне неслышно подошел Адриэн и взял меня за руку, а я благодарно сжала его пальцы.

– Оракул, у меня к вам еще есть пара вопросов. Я так растерялась со всей этой историей с разрывом помолвки, что чуть не забыла самое главное. Вы не могли бы мне дать камень покоя?

– Зачем он тебе? – удивился оракул.

– Мне не для себя. Понимаете, я случайно познакомилась с призраками в склепе, и они просили, если я окажусь у оракула, взять для них камень покоя. Чтобы они смогли уйти.

– Ты медиум?

– Наверное, – пожала я плечами. – Пока не знаю.

– Хорошо. Утром ты получишь камень покоя. Что-то еще?

– Да… – Я замялась. Говорить при Адриэне о предстоящем обряде удочерения мне не хотелось. Не то чтобы я не доверяла ему, но в то же время, скажем так, опасалась разглашать информацию раньше времени. – Только давайте об этом вам расскажет дракон? Он лучше сможет объяснить, и это касается в первую очередь его.

– Хорошо, – кивнул оракул. – Ступайте, с драконом мы все обсудим.

Мы с Адриэном, держась за руки, пошли к выходу, а я мысленно позвала Хилара.

«Хиларчик, помолвка расторгнута, Адриэн снял кольцо, подробности потом. Я сказала оракулу, что ты сам с ним поговоришь об обряде удочерения. Не хочу, чтобы кто-то об этом знал. Пока не хочу. Лучше, если Адриэн узнает об этом чуть позднее».

«Понял, дорогая. Такие обряды проводятся на рассвете с первыми лучами солнца, отдыхай спокойно».

Вот за что я уважаю Хилара помимо всего прочего, так это за умение моментально схватывать информацию. Сказано – потом, не хочу говорить сейчас, и все, никаких ненужных расспросов и болтовни.

Отдыхали мы с Адриэном в одной из пристроек. Нас накормил ужином молодой жрец в таком же одеянии, как у оракула, и развел по комнатам. Во время ужина Адриэн порывался поговорить, но я сослалась на усталость и быстро ушла. Глупо, конечно, но я боялась. Не знаю чего. Того, что он признается в любви или не признается. Что вдруг позовет замуж (я же видела, что на руку надевают кольцо, да и оракул говорил – Адриэн объявит о новой помолвке) или что не сделает предложение, а я невольно жду. Что, если позовет, придется отказать, ведь выйти замуж я по-прежнему не готова. Что вдруг поцелует и что не поцелует. В общем, я трусливо сбежала и, умывшись, сразу же легла спать. Если вставать надо на рассвете, то лучше успеть отдохнуть. Только вот от себя самой не убежишь, и я, как страус, спрятав голову под подушку, корила себя последними словами за свою глупость и трусость.

Не знаю, когда я заснула, но разбудил меня Хилар, ворвавшись в сонный разум монотонным бурчанием:

«Цветочек, подъем. Цветочек, вставай, сонька-лентяйка. Вставай и бегом сюда, твой чешуйчатый папа заждался».

Я подорвалась, очумело оглядываясь и пытаясь понять, где я. Дошло. Резво натянула одежду и крадучись, стараясь не шуметь, чтобы не разбудить Адриэна, вышла наружу. Хилар и оракул ждали меня у камня Солары. Было еще темно, солнце только готовилось взойти, а горизонт начинал наливаться легким розовым цветом.

– Как твое имя? – спросил оракул.

– Лилия Максимовна Полесьева.

– Хилар из рода хрустальных драконов поднебесья, готов ли ты стать названым отцом человеческой девушки Лилии и принять ее в свою семью и клан?

– Готов. – Хилар очень серьезно кивнул.

– Лилия, готова ты войти в семью и клан хрустальных драконов поднебесья и стать названой дочерью дракона Хилара?

– Готова.

– Именем Солары и ее божественной сущностью подтверждаю сей обряд. Положите руку и лапу на камень Солары.

Мы с Хиларом сделали то, что он сказал. Очень странно выглядели на камне моя маленькая ладошка и большая когтистая хрустальная лапа дракона. В это время в небе вспыхнули первые лучи, а с ними вспыхнул и камень Солары. Он засветился теплым молочным светом, который пополз по моей руке и лапе Хилара, распространился полностью по нам, и мы стояли как будто в коконе света. Но вот сияние погасло, и оракул кивком разрешил нам отойти от камня.

– С этой минуты вы одна семья, – улыбнулся он.

– Привет, папочка! – Я подошла к Хилару и обняла его за шею.

– И тебе привет, доченька, – ласково фыркнул дракон. – Вот уж не ожидал, что у меня будет такая смешная дочка. Всегда думал, что из яйца когда-нибудь появится кто-то хвостатый и крылатый.

Мы с ним рассмеялись.

– Знаешь, Хилар, я даже рада, что на нас тогда напали наемники и я оказалась в том овраге. Иначе я бы никогда с тобой не познакомилась.