Безымянный раб - Зыков Виталий Валерьевич - Страница 122

Спрятав деньги, Дарг чётко и внятно сообщил Ярику о том, что его хозяином теперь является маг первого ранга Хоппер (так звали старика), после чего, поклонившись магам, он покинул Гильдию. Ярик же оказался наедине со своими новыми хозяевами, и этот факт его совсем не радовал.

Конец весны всегда воспринимался в Семи Башнях как нечто особенное, даже необычайное. Последняя седмица весны, день Выбора. За этими простыми словами крылось нечто эпохальное, определяющее дальнейшую судьбу многих и многих людей, нет, не людей — магов! В этот день осуществляли свой выбор младшие ученики магов, выбор, который стоял в начале череды важнейших выборов в их жизни. В этот день осуществлялось приобщение мага к его Стихии.

Работа со Стихиями — это основополагающий элемент большинства заклятий. Собственные силы мага весьма ограниченны, и ему приходится строить своё заклинание, опираясь на природную мощь различных Стихий. Стихии Огня и Воды, Воздуха и Земли — вот четыре столпа, на которых держится магия. Каждый маг в своей работе обязательно опирается на любую из этих Сил, но существует то, что называется родством. Это когда маг работает с какой-то Стихией особенно легко, что чаще всего и определяет его дальнейшую специализацию.

Маги Воздуха всегда хорошо работают с погодой и всем тем, что подчинено воздушной стихии. На пузыри всегда берут именно магов Воздуха. В старину маги с белыми перстнями наводили ужас на врага, вызывая смерчи и ураганы, срывая с небес испепеляющие молнии. Лишь маги Огня могли сравниться по своей мощи с воздуховиками.

Традиционный антипод Воздуха — Земля. Маги Земли лучше прочих знают растения и повелевают ими. Благодаря лишь магам Земли на Нолде снимают по четыре урожая с полей. Но Земля — это и землетрясения и провалы, что могут поглощать целые армии. Правда, последнее является досужим вымыслом. Магия Земли для домоседов, а не странствующих воинов-магов.

Стихии Огня и Воды — две силы, что находятся в вечном единоборстве друг с другом, причём эта борьба намного сильней борьбы Воздуха и Земли. Огневики — это вечные боевые маги. В мирной жизни сложно найти применение способностям мага Огня. Вспыльчивые и агрессивные, как и их Стихия, маги оседают в армии или разведке. Водная же стихия самая востребованная в этом мире. Повелителя вод всегда ждут с распростёртыми объятиями на любом флоте…

Всё это Олег обдумывал, бреясь у зеркала. Для него, как и для многих других до него и после, наступил день Выбора. Айрунг, кстати сильный маг Воды и неплохой знаток Воздуха, говорил когда-то о необходимости делать упор в обучении Олега именно на практическую составляющую, на то, что составляет саму суть боевого мага. Поэтому Олег очень рассчитывал на Стихии Огня или Воздуха, ну, в крайнем случае, Воды. Землю он считал чем-то чуждым своей натуре. Не имея каких-то тесных контактов с прочими учениками, Олег всё же был в курсе о бытующем в среде магов отношении к посвящённым Земле.

Да, талантливые маги Земли — это всегда обеспеченные люди, тесно связанные с крестьянским трудом. Но вот большинство основателей дворянских родов почему-то маги иных стихий, да и высшие посты в государстве занимают маги Воздуха, Огня и Воды. Выбор Земли очень часто ставил крест на карьере честолюбивого мага и всегда вызывал насмешки среди его товарищей по учёбе. Нет, Олег себе ничего подобного не желал.

Умывшись и облачившись в купленный именно для этого дня камзол, Олег придирчиво осмотрел себя в зеркало и, оставшись довольным, выскочил на улицу. На улицах города сегодня было особенно многолюдно. Люди прибывали в город со всего Нолда, чтобы показать детям красивый обряд. Совет Мастеров никогда не жалел денег на пышные представления и разнообразные угощения, которые должны были подчеркнуть значимость происходящего события.

Ближе к Академии улицы оказались просто-напросто запружены народом. Лишь знак ученика позволил Олегу пробиться к входу на уже знакомую ему песчаную арену. Стражник придирчиво осмотрел знак и разрешил пройти внутрь. По традиции сначала на поле выходили испытуемые, а только потом занимали свои места зрители.

В центре арены стояли сорок младших учеников четвёртого года обучения. На Олега они смотрели довольно неприязненно: люди всегда не любят тех, кто выделяется из толпы. Так ненавидят отличников в школе, передовиков на производстве. «Перед начальством выслуживается, гад!» — Эта мысль сопутствует человеку всегда, а маг это или простой смертный, дело десятое.

Олег уже по выработавшейся в процессе подобных встреч привычке сделал непроницаемое лицо и встал чуть в сторонке. Всё равно он по традиции должен проходить обряд последним! Так уж сложилось, что выскочки вроде него всегда приобщаются к высшим силам после всех остальных учеников. Это сделано для того, чтобы возможная смерть неопытного, но слишком уверенного в себе ученика с самого начала не омрачила радости всех остальных. Вот про это-то думать совсем не хотелось. Олег поёжился как от холода. У этого обряда существовало не четыре возможных результата, а пять, и пятым была смерть!

Что-то заставило Олега оглянуться, и он наткнулся на презрительный взгляд высокого худощавого парня с тонкими чертами лица. Манера держаться, взгляд, даже полупрезрительный изгиб губ говорили об аристократичности, о том, что называется голубой кровью. Неизвестный Олегу младший ученик с уничижительной усмешкой окинул его лучший камзол за чудом сэкономленные два фарлонга и что-то сказал стоящему рядом рыжему ученику. Тот обидно заржал. Как, ни странно, но это оскорбительное поведение безвестного аристократа заставило Олега собраться и ощетиниться.

«Ничего! Мы ещё посмотрим, кто будет смеяться последним!» — Эта решительная мысль вытеснила все остальные.

На трибуны начали запускать зрителей. Значит, скоро обряд. Сердце Олега учащённо забилось, и он начал выполнять дыхательные упражнения, которым его обучили ещё год назад. Стало полегче.

На главной трибуне уже расположились представители крупнейших и наиболее влиятельных дворянских и купеческих родов. Невзлюбивший Олега парень кивнул кому-то, сидящему именно там, правда, кому, Олег не заметил. Места для людей попроще также заполнялись с поразительной быстротой. На поле вышли маги-наставники. Пятеро магов третьего ранга встали в центре поля и начали нараспев читать заклинание. Весь шум на трибунах сразу же смолк. Действо началось.

Вокруг фигур, образовавших квадрат с пятым магом в центре, заклубился желтоватый туман. С каждым мгновением туман всё густел и густел, превращаясь в настоящий кисель. Как вдруг раз — и вызванная магией жёлтая мгла впиталась или даже втянулась прямо в землю, вновь явив свету пятёрку магов. Выстроившись в цепочку, они покинули поле. Вслед за ними возникли три новых фигуры. Эти маги сопровождали гигантский кристалл горного хрусталя в три локтя диаметром, выполненный в виде шара и напоенный оранжевым светом. Под воздействием их магии шар свободно левитировал над землёй. Маги начали обходить вокруг ту площадку, на которой ранее клубился колдовской туман. В какой-то момент на земле, над которой пролетал кристалл, начала возникать оранжевая линия. Ещё какие-то мгновения, и линия оказалась замкнута, огородив небольшую площадку в центре арены. Площадка по форме представляла собой квадрат. Остановившись, маги стали речитативом читать одно заклинание за другим.

Неожиданно дрогнул Астрал, и над первой вершиной квадрата завертелся маленький смерч. Ещё мгновение, и над второй вершиной вырос невзрачный куст. Затем, почти одновременно, над третьей вершиной забил маленький родник, а над четвёртой — заполыхал маленький костёр. Стихии откликнулись на призыв магов. Сразу же смолкли голоса троих магов, и они вновь начали своё движение, только теперь эта троица старалась захватить в квадрат всех стоящих учеников. Они выстраивали вторую защиту. Если первый защитный периметр должен сохранить жизни учеников, то второй — зрителей.

Наконец и эта процедура завершена. Один из магов положил руку на изрядно потускневший кристалл и прокричал несколько слов. Ответом ему послужили неяркие вспышки защитных периметров. Для начала обряда всё было готово. На трибуну поднялся ректор Академии и произнёс короткую речь. Правда, суть её до Олега не дошла совершенно: защита изрядно приглушала звуки. Но вот закончилась и речь, после чего ректор взмахнул рукой и сел. Обряд начался.