Безымянный раб - Зыков Виталий Валерьевич - Страница 103

— Вижу четверых и шамана, — тихо зашептал Дарг. — В нашу сторону вроде бы не смотрят… А, слуги Кали!

Этот вскрик, который не услышали бы и с двух шагов, ножом палача ударил по натянутым нервам Ярика. У него внутри всё сжалось, заледенело, а по коже забегали огненные мурашки.

— Ч-что? — враз ставшими непослушными губами спросил молодой раб.

— У него череп скальной крысы в руке. Это поисковый амулет, — говоря эти слова, Дарг выпрямился и посмотрел рабу в глаза.

Ярик увидел во взоре хозяина усталость, ошеломление, злость и решимость, и, словно в ответ на вопрос, Дарг кивнул головой. Шагнув к столу, он схватил бутылку и начал поигрывать кистью, старясь схватиться половчее.

— Не забудь мешок! — Дарг уже успел выхватить саблю и кинжал и теперь глубоко дышал. — Вперёд!!

И всё вокруг сменилось какими-то смазанными картинками. Дверь широко распахнулась и с грохотом врезалась в стену. Посыпалась штукатурка. Неожиданно Дарг совершил длинный кувырок вперёд и, уже вскакивая с пола, пырнул кого-то кинжалом. Судя по скрежету металла и блеснувшим искрам, ему это не слишком-то удалось. Следом за хозяином неслышной тенью выскользнул Ярик. Его ноги не по-человечески мягко ступали по полу, рука наготове держала бутылку.

Дарг уже стоял на ногах и вовсю рубился с двумя кочевниками. Ещё двое обегали стол, норовя забежать за спину. От стойки трактирщика, выхватывая из ножен сабли, хищниками скользнула ещё пара степных воинов. Первый сюрприз! Стойка не была видна в дверную щель! За спинами сражающихся начал завывать шаман. Ярика кольнуло непонимание: он-то чего старается? Ведь здесь наверняка такие вояки, что даже хозяин с ними не справится!

Один из кочевников решил не тратить время и махнул через стол. Ярик, словно только и дожидался этого момента, скользнул вперёд и со всего маху ударил воина по голове. Тот что-то почувствовал за миг до удара, а может и увидел краем глаза, и начал поворачиваться с занесённой для удара саблей. Удар бутылкой его на мгновение ошеломил и сбил с ритма боя… Не раздумывая, Ярик ткнул получившейся из бутылки «розочкой» в лицо степняка, попутно отклоняясь от удара саблей. Брызнула кровь, но кочевнику всё же повезло — в глаза Ярик не попал. Однако из боя противник выбыл: из глубокой раны на лбу теперь тёмным потоком хлестала кровь, заливая глаза.

Какое-то нутряное чувство заставило Ярика упасть на спину. Что-то хрустнуло, боль от падения разошлась по телу. Ерунда! Главное, что неотвратимый, казалось, удар сабли просвистел мимо. Это уже постарался обежавший стол воин. Ничуть не сокрушаясь о неудаче, что постигла столь красивый удар, он гикнул и попытался располосовать лежавшего на полу раба. Спасая свою жизнь, Ярик перекатился к другому столу и скрылся под его массивной крышкой. Вскочив там на четвереньки, он скакнул было на противоположную сторону, но тут же отпрянул назад: перед самым его носом с влажным стуком упал какой-то предмет. Ярик ошалело глянул перед собой, и противный комок встал у горла. Перед ним лежала отрубленная рука!

Сзади раздалось ругательство, и показавшаяся такой надёжной крышка стола взмыла вверх, загораживая путь к отступлению. Цапнув правой рукой первую попавшуюся табуретку за ножку, Ярослав перекатился на спину и, поджав ноги, прикрылся этим предметом мебели как щитом. Раздался глухой удар, и табурет дёрнуло. Отшвырнув ненадёжный щит в сторону, Ярик дико закричал и ударил обеими ногами вверх, откуда нависал над ним озверевший степняк.

Отброшенный табурет немного отклонил оружие кочевника, отвлекая внимание на себя, и сдвоенный удар под дых стал совершенно неожиданным. Хрипло каркнув, воин согнулся и попытался отступить, загородившись от лежащего саблей. Но проблемы с дыханием и сильная боль ослабили реакцию, и Ярик успел среагировать первым. Его ноги оплели чужие и, резко перекатившись, даже крутанувшись, направо, Ярик свалил противника на пол. Протестующе звеня, в сторону полетела сабля, а раб, по-звериному зарычав, навалился на упавшего всем телом и принялся наносить лихорадочные удары. Смертельная угроза вызвала такой всплеск ярости, что Ярик не бил, а молотил своего противника, разбивая в кровь кулаки и превращая чужое лицо в кровавую кашу. Хотелось выть, рычать, рвать зубами ещё тёплое мясо…

Ярослав с огромным трудом заставил себя остановиться и откатился в сторону. Дав волю своей неподконтрольной ярости, он забыл обо всём, но почему-то всё ещё был жив. Подняв голову и окинув зал шалыми глазами, Ярик увидел, что задуманный хозяином прорыв не удался — противник ретировался сам. В момент, когда раб пытался оглядеться, хлопнула входная дверь за последним нападавшим.

Тихо похрустывая осколками разбитой посуды, к Ярику подошёл Дарг.

— Вставай и пошли! — хрипло дыша, произнёс он. — Ничего ещё не кончилось. Боск просто был не готов, что с нами будет и твой зверь!!

Забормотав что-то угрожающе-жалостливое, словно он ещё не определился со своими чувствами: себя пожалеть или врага постращать, Ярик встал на ноги. Взгляд сразу нашёл довольно облизывающегося Руала, который сидел на груди одного из кочевников, словно на острове плоти в океане крови, что вытекла из рваной раны на горле кочевника.

— Малыш, я же про тебя совсем забыл! — забормотал Ярик, поднимая неведомо когда отброшенный в сторону мешок. — Надо было тебя на Боска натравить!

— Он и так нас спас. Этот выкидыш Бездны уже собрался разделать тебя на куски, пока ты цацкался с этим неудачником, как зверь порвал ему горло. — Хозяин невесело усмехнулся. — Только это и заставило Боска отступить. Он не был готов к встрече с тварью Заар’х’дора!

Окинув поле боя нахмуренным взглядом, Дарг обратился к едва начавшему отходить от шока тощему служащему трактира:

— Чёрный ход есть?

— Есть! — указывая на дверь в глубине зала, произнёс тот, но затем, набравшись храбрости, возопил: — А кто будет платить за погром?

Услышав о деньгах, Дарг поморщился и кинул на стойку горсть монет, где-то на три фарлонга.

— Но этого мало… — заикнулся было тощий.

— Хватит! — отрезал Дарг и обратился к Ярику: — За мной!

И они метнулись к задней двери. Пробежав через кухню, вылетели в тёмный проулок. В нос ударила вонь помоев. Дарг покрутил головой и направился в сторону причалов. Неожиданно он упал на землю, и о камни мостовой дзынькнула стрела. Заливистый свист огласил улицы города: сидевший в засаде воин созывал своих. Не задерживаясь, Дарг вскочил и побежал. Уже на бегу он торопливо объяснил:

— Я двоих завалил!.. Ох, неплохие мечники!.. Ты одного, да зверь твой, итого — четыре. В зал зашли семеро, но мне кажется, что Теорн отправил десяток, выходит, осталось шестеро. Мы отбились просто чудом, в следующий раз расстреляют из самострелов!

— Но что же делать? — прерывисто воскликнул раб. Мешок больно бил по спине, сбивая с ритма, но дыхание было ровным, а глаза цепко обшаривали дорогу перед собой, невзирая на тьму. Рядом цокал коготками по камням Руал. Судя по доносящимся до Ярика звукам, он получал от ночного бега истинное наслаждение.

— Искать капитанов! — Даргу удавалось говорить тихо и ровно, несмотря на бег. — А начнём с третьего причала.

Не прерывая бега, Дарг как-то ухитрился задвинуть саблю в ножны и спрятать кинжал. Где-то близко, на соседней улице, ощущался смертельный жар погони. В который раз в споре между жизнью и смертью всё решали ноги…

Олег устало откинулся на спинку стула. Глаза резало, болела шея, пальцы ныли, сведённые судорогой. Вечерние бдения в читальном зале библиотеки Академии были просто необходимы, но, порви всех мархуз, как всё это утомляло. По настоянию Айрунга он ходил теперь на некоторые лекции и практические занятия. В основном это были древние языки, общая теория магии и основы руноналожения. Как сказал маг, он должен походить вместе со всеми первый семестр, но сдавать зачёты будет за год. Поэтому, когда все остальные жили в своё удовольствие, он, зеленея от злости, шёл в библиотеку, благо что она оставалась бесплатной. Там он несколько часов занимался дополнительно по основным предметам, а потом изучал основы географии, истории, читал заметки путешественников из разных стран. Не нуждаясь в напоминаниях своего наставника, он понимал, что в новый мир надо вживаться. Тем более что у него почти не осталось на это времени.