- Скажем, что они первые напали, все равно в сорок пятом с ними схлестнёмся. Ладно, ты обдумывай, а я к Грише надо присмотреться к японцам, что они делают.

Когда я вернулся к склону скалы, то Гришу там не застал, он сам о себе дал знать, окрикнув с верхушки скалы. Быстро добравшись до него, я сел рядом и взял

бинокль.

- Что Никифоров сказал? – спросил он.

- Ты о чем?

- Как будто я не догадался. У тебя крупными буквами на лице было написано, что ты хочешь захватить этого японца.

- Это наш шанс убраться отсюда. Нет, мне нравиться на острове. Приключения, какие-никакие, да и природа красива, но и домой хочется по быстрее. На корабле

можно достигнуть обжитых мест. Да и рация там есть, разведчик все-таки.

- Так что он ответил?

- Сказал что бред.

- Он за тебя отвечает, так что не рассчитывай на его согласие.

- Да знаю, я скорее рассчитываю на авантюрный склад его характера, больше на него давил.

- Все равно не согласиться.

- Не согласить, так не согласиться… Все, японцы ушли за соседний остров и их не видно. Ты следи на всякий случай, а я пойду, рыбы наловлю на ужин.

- Хорошо.

Естественно Никифоров, и поддакивающий ему Гриша не согласились на эту авантюру. Да и я тоже понимал, что шансов мало. Мой план был, разработан скорее со

скуки, чем имел реальные перспективы. Да и не сам корабль был мне нужен, а только рация, там стояла мощная. До своих можно докричаться.

Ночью меня разбудил жуткий хохот. Вскочив, я настороженно прислушался, вдруг от лежанки, где спал Никифоров раздалось тихое хихиканье. Не злое или

издевательское, а как будто его перышком пощекотали в пятку.

Утром, позавтракав сушеной рыбой, и запив ее чаем, который мы делаем из листьев некоторых растений, смешивая по вкусу, я покосился на Никифорова, и осторожно

спросил:

- Никак сон смешной приснился?

- С чего ты решил? – удивился он.

- Смеялся во сне.

- А, - он улыбнулся своим мыслям и рассказал про свой сон: - Значит, спим мы, а тут мне вдруг в туалет захотелось, причем ходил без костыля, я тогда еще не

понял что это сон, смотрю, а тебя нет. Пустая лежанка. Разбудил Гришу. Стали тебя искать по всему острову, думали удрал японцев в одиночку захватывать, тут

слышу мотор, где-то работает. И вдруг мне по темечку холодная капля. Раз-два. Посмотрел наверх, а там, в лунном свете виднеется «Летучий Голландец». Дно

ракушками обросло, и с них вода капает. Шум слышно как от дождя, по листьям капли было по деревьям, на нас падало. Тут я как заору с испуга: Чур меня! Чур!

Только я проорал, как из-за борта свешиваться Севка и смотрит на нас с укоризной. Мол, что же вы кричите в Раю, тут все спят. Я на него смотрю и только хотел

спросить: Как тебе там в Раю? Как этот гад орет мне: Товарищ майор, вот, смотрите, махнул не глядя. Японцам остров нас корабль. Тут с борта свешивается

веревка и по ней спускаются грустные-грустные японцы в одних трусах, ты их до и исподнего раздел. Меня такой смех разобрал.

- Сон в руку, - задумчиво пробормотал я. Ничего смешного во сне я не видел, скорее он заставил меня задуматься.

Тщательно обсудив сон и проанализировав, так и не прейдя к какому-нибудь определённому выводу, мы с Гришей снова направились к лодке.

- Как хорошо то с посудой, а то ведь я отвык уже.

- Чем тебе бамбуковые не угодили? Никифоров их хорошо вырезал.

- Разница все-таки есть. Жаль японцы близко, костра хватило только на чайник, а то бы я ушицы сварил.

- Ой, не говори про уху, а то сейчас слюной захлебнусь.

Мы вышли на мыс и достали из-под листьев лодку. Бинокль мы хотели оставить Сане, но он просто спросил:

- Как я вас предупрежу, если я на другой стороне острова? Берите с собой. Вон пусть Гриша изредка осматривается, если что, будет шанс уйти раньше.

Так и сделали, теперь бинокль висел на самодельной верёвке на шее у напарника.

Спустив лодку на воду, и наложив на дно камней, мы аккуратно сложили стопку листьев на носу, все-таки маскировка, и отплыли от берега.

Достигнув нужного места заякорились, и стали готовится к подъему других ценностей.

- Как я нырну, маскируй лодку, чтобы со стороны она не привлекала внимания, а то этот желтый цвет виден издалека.

- Хорошо.

Сделав гимнастику, я ухватился один из камней и спиной плюхнулся в воду, сразу уходя на глубину к открытому дверному проему. Перед погружением я осмотрел

окрестности, и ничего опасного не заметил, ни акул, ни медуз, так что опускался спокойно.

Первым делом я осмотрел хвостовой отсек, где нашел посуду и топор, ухватившись за большой тюк обеими руками, оттолкнув чемоданы в сторону, выволок его

наружу. Воздуха уже не хватало, поэтому опустив тюк на песок у самолета, я стал подниматься.

- Чего пустой?

- Веревку надо, не подниму я его. Водой пропитался.

Веревку мы понятное дело взяли. Отдышавшись и взяв протянутый Гришей камень, я снова ушел под воду, но уже с верёвкой в руке. Обвязать тюк труда не

составило, хоть и заняло изрядно времени. Едва хватило сил выплыть.

Взобравшись в лодку и хрустя наброшенными листьями маскировки, я стал тянуть груз. Вытянул один, без проблем, отказавшись от помощи Гриши, рука у него еще

слабая.

- Точно лодка, и весла в комплекте, - сказал Гриша, изучив тюк.

- Как ее разделать?

- На берегу разберемся. Ты еще нырять будешь?

- Последний раз и хватит, - подтвердил я.

Последнее погружение принес неожиданный сюрприз, я кабине при осмотре я обнаружил компас. Причем когда проверил его в лодке, он оказался рабочим. Чудеса.

Мы вернулись на берег, и замаскировали лодку, после чего подхватив находки, отправились в лагерь.

- Четырехместная лодка, - подтвердил Никифоров, тщательно изучив находку.

- Да, только накачивать ее вручную придётся.

- Ничего страшного тут есть ручной насос для подобного случая, - разложив лодку и весла, показал мне насос Гриша.

- Проверять будем? – спросил я.

- Чуть позже, пусть пока высохнет. Все равно ближайшую недель на тут остров не пойдем. Подстрахуемся на всякий случай. Так, Гриш давай за готовку, я там

набрал сушняка, дыма будет мало. Ты Сев поймай пяток рыбин, для обеда и ужина. А я пока на скалу взберусь, на наблюдательный пост. Буду сторожить, от меня

сейчас все-равно никакого толку нет.

Вечером мы проверили лодку, и разочаровались, время и соленая вода сделали свое дело, было множество трещина на складках. В общем, она пропускала воздух.

Следующую неделю мы жили в напряженном состоянии, теперь ни о какой беззаботной жизни и речи не шло, постоянный пост наблюдения на скале следил за морем. И

вот через восемь дней, мы решили перебираться на соседний остров. За эти дни японцы в наше поле зрения так ни разу и не попались, что нас немного успокоило.

Когда стемнело, мы спустили лодку на воду, в ней был Гриша и половина наших вещей, включая котелок. Ведро из бамбука с пресной водой, и вязанку сушеной рыбы

мы тоже не забыли. Никифоров опираясь на клюку, стоял на мысу и провожал нас. За ним я вернусь следующим рейсом. Мы договорились, что это произойдет

следующей ночью, нам еще нужно найти на острове безопасное место, где пристать и где организовать лагерь. Весла мы использовали с найденной в самолете лодки,

поэтому двигались довольно шустро.

Через два часа, когда темная громада острова заметно приблизилась, вдруг Гриша схватил меня за руку, и тихо спросил:

- Ты ничего не слышишь?

Замерев на миг, я отчетливо расслышал звук корабельного дизеля.

- Приближается? – тихо спросил я.

- Вроде да.

- Прислушайся, тебе не кажется что звук другой?

- Точно, я мне тоже показалось странным, думал это эхо от острова. Похоже это что-то другое. У японцев тоже дизель, но работает по-другому, звонче, а тут

глухо.

- Ну по крайней мере мы знаем что тут делали японцы, думаю где-то тут рядом место встречи с другим кораблем.