Ангелы тоже люди - Ковальская Елена - Страница 48

свете. Не хотелось видеть вообще никого. Забиться бы куда-нибудь в норку и отлежаться,

чтобы никто не нашел. Чтобы прийти в себя, стать опять человеком, а не подобием

смертельно раненного, воющего животного. Один выход – бежать ото всех. Но куда? Да

все равно. Лишь бы подальше отсюда, от этих людей, из этого города... Вытерев рукавом

слезы, она вышла из подъезда и пошла вдоль дороги, пытаясь поймать пролетающие мимо

такси. Наконец, одно затормозило, Вероника рухнула в прохладные объятия

дермантиновых кресел и выдохнула: «В аэропорт!». Весенний яркий пейзаж поплыл мимо

нее, сначала медленно, потом все быстрее и быстрее, увозя ее подальше от злополучного

места, где она почувствовала себя сначала самой счастливой, а потом и самой несчастной

женщиной на свете...

На вокзале было многолюдно, шумно, никому не было никакого дела до того, что делает

здесь эта несчастная заплаканная девушка. Вероника читала названия далеких городов на

табло. Владивосток... Может, туда? Это далеко, там ее точно никто не найдет, а денег на

карте хватит, чтобы продержаться достаточно долго. Или вот, Краснодар... Три часа – и

уютный берег Черного моря. Туристов еще нет, можно за недорого найти приличную

гостиницу и каждый день гулять по набережной, слушать гортанный крик чаек, может

тогда она поймет, что же ей делать дальше со своей жизнью, как быть... Томск, Чита,

Красноярск...

В этот момент вдруг зычный женский голос сказал: «Открыта регистрация билетов на

рейс 237 «Москва - Владикавказ». Пассажиров, имеющих билеты на этот рейс просьба

пройти к окошкам номер 5 и 6».

Веронику как током ударило... Ну конечно, Владикавказ! Это где-то на Кавказе... Где-то в

Осетии... Там, где жила Лейла, ее единственная, настоящая подруга... Или не жила... Или

она действительно сумасшедшая, которая напридумывала себе всякой всячины, которую с

трудом терпят близкие, только из сострадания... Итак, есть два пути: вернуться домой как

побитая собака, слушать никому не нужные объяснения плюс обвинения, прятать глаза

оттого, что стыдно – и за себя и за них всех, и за нелепую ложь... Или второй путь:

полететь туда и - как же она раньше не догадалась! - посмотреть правде в глаза – нет

никакой Лейлы и никогда не было, не было дружбы, не было чудесного спасения, не было

метки, отданной Булей... Был только сон разума... Но если все же в ее снах было хоть

немного правды, это все изменит, это даст ей силы жить дальше. Значит, существуют и

добро, и зло, и мир состоит не из одних страданий и обмана, и она не одна, и никогда не

будет одна, потому что у нее есть близкие люди, которые ее любят, и которых она любит...

А значит, и в жизни есть смысл... Только бы были билеты... Но они будут, обязательно

должны быть! Таких совпадений просто так не бывает!

Как долетела Вероника не помнила – как только села в кресло, ее накрыл своим темным

непроницаемым крылом сон. Ее разбудила проводница, явно недовольная, что с кем-то

еще приходится возиться. Погода была сырой, но достаточно теплой. У выхода из

аэропорта толпились «таксисты». Веронику сразу взял в оборот длинный веселый парень в

черной рубашке и коричневом пиджаке поношеного вида. Преградив ей путь, он с явным

кавказским акцентом спросил: «Куда эдэт такая очаровательная дэвушка, совсем одна».

Вероника ответила – в Акдым, и затаила дыхание в ожидании ответа. Больше всего на

свете Вероника боялась, что во всей Осетии не окажется такого места – Акдам, именно

там, говорила Лейла, она родилась, именно его она описывала в своих рассказах как самое

красивое место на свете, расположенное высоко в горах, на небольшом плато, мимо

которого бежит быстрая горная река, а селение кажется как будто сказочным островом

Фата-Морганы, окутанным туманами. Парень почесал кучерявый затылок и произнес:

- Далековато будет. Сколько заплатишь, красавица?

- А сколько хочешь? - с облегчением спросила Вероника.

- Вообще-то Вам повезло, я сам родился в тех местах, поэтому дорогу хорошо знаю, если

поторопимся, часа за четыре доедем, главное в ночь не попасть, и чтобы дождь не пошел, а

то дороги там не ахти. Хотя, мой железный конь еще и не такое видел! - пообещал парень,

прокладывая путь сквозь толпу прибывающих и отбывающих.

- Вообще-то, вы смелая девушка, ехать одной, с незнакомым мужчиной – не каждая

решится!

- У меня нет выбора, - ответила она, и парень засмеялся.

- Выбор всегда есть. Я бы такую красавицу никуда одну не отпустил! Вам не нужен

жених?

- Спасибо, я замужем.

- Тем более нехорошо, что одну отпустил. Но не бойся, я зла тебе не причиню. Меня в тех

местах все знают. В гости к кому едете?

- К подруге...

Железный конь оказался ржавой пятеркой лет эдак двадцати, когда-то, видимо, зеленого

цвета. Распахнув незапертую дверь, парень широким жестом пригласил девушку сесть на

переднее сидение рядом с водителем. Но Вероника отказалась, решив сесть сзади, ей

совсем не хотелось выслушивать докучливые рассказы Эмира, так звали извозчика, тем

более - отвечать на его еще более докучливые вопросы. На заднем сидении можно было и

подремать...

Когда Вероника открыла глаза, уже смеркалось. Громкое убаюкивающее жужжание

мотора перебивало звук голоса парня, что-то напевавшего не незнакомом языке.

Почувствовав ее взгляд через зеркало, парень весело сказал: « Ну что, проснулась,

красотка? Скоро будем!» За окном было сумеречно, солнце едва пробивалось сквозь еще

молодые зеленые кроны деревьев, окружающих извилистую горную дорогу. «Сейчас мост

будет – местная достопримечательность! Советую вниз не смотреть!» Шум воды был

слышен издалека. Вероника с детства боялась высоты, поэтому заранее решила зажмурить

глаза и не смотреть вниз. Однако, когда они въехали на мост, любопытство все же

перебороло страх, и Вероника посмотрела из окна машины. Мостом это сооружение вряд

ли назвали бы в какой-нибудь другой стране – может быть мостик или переправа. Две

машины на нем вряд ли бы разъехались, к тому же создавалось такое впечатление, что и

одну то он выдерживает с трудом – кряхтит, сопит, скрипит. А под этим шатким

сооружением разверзлась узкая, длинная, невероятно глубокая пасть обрыва, и из самого

его чрева доносился бешенный шум быстрой горной реки. Наверное, в другое время и в

другой раз Вероника невероятно испугалась бы, но теперь, после стольких потрясений,

этот шум почему-то показался ей прекрасным, мелодичным, диким символом свободы и

новой жизни. Душа ее запела вместе с музыкой вод и она, наконец-то, улыбнулась,

впервые за весь этот безумный день. Солнце быстро садилось. Так всегда бывает в горах,

сказал ей Эмир, вот только что было светло, а уже и ничего не видно. Вскоре на склоне

показались огоньки селения, как в сказке, вдруг вынырнули из ниоткуда. Ну вот и Акдам.

Вы к кому? Куда вас везти?

- Ой, а улицу я не помню, - сказала Вероника, мысленно ругая себя, что заранее не

придумала никакой истории.

- Да мне улицы и не надо, говорю же, я местный, все тут знаю с детства.

- Знаете, отвезите меня в гостиницу, пожалуйста.

- Да что ты, красавица, какая гостиница в горном селении, гостиница – это только в

райцентре, туда еще как минимум полчаса пилить надо, а уже стемнело, да и дороги здесь

разбитые, по ночам ездить не особо приятно. Ты что, не хочешь сразу к своей подруге

ехать?

- Вы понимаете, я хотела ей сюрприз сделать, но не на ночь глядя... дело в том, что она

меня не совсем ждет...

- Или совсем не ждет... – подытожил догадливый парень. – И что же мне теперь с вами

делать? – он опять почесал кучерявый затылок. – Ну что ж, придется Вам ночевать у моей