Люди и нелюди - Бубела Олег Николаевич - Страница 128

Ого, как завернула! Глимину похвала пришлась по душе, он слегка зарделся и, чуть ли не подпрыгивая от нетерпения, проводил нас в гостевую. Там мы встретили Нарима, который так же тепло поприветствовал меня и вынудил повторить процедуру знакомства. Когда она подошла к концу, старый мастер, с неприкрытым восхищением разглядывающий женскую половину моего семейства, решительно заявил:

– Отныне я верю любым слухам о вас! – Увидев мое недоумение, Нарим пояснил: – Вчера я долго доказывал сыну, что мариланы никогда не станут дружить с людьми, напоминая ему, что в вашей команде имеется маг-эльф. А еще раньше убеждал, что одна насыщенная ночь с гордой южной воительницей не может заставить ту позабыть о прелестях свободной жизни и связать свою судьбу с простым воином. Теперь же я готов взять свои слова обратно.

– Я же говорил, что все это – правда! – воскликнул лучившийся довольством Глимин. – Ник, а расскажи нам про то, как вы забрали у Лисора с Навушем титул лучшей команды Пограничья. Это был какой-то поединок?

– Дружище, попридержи коней! – попытался я утихомирить разволновавшегося гнома. – Видели мы эту парочку в Страде, не отрицаю. Посидели с ними в трактире, немного выпили, потрепались за жизнь и мирно разошлись. А про титул – выдумка. Не было такого!

– Может, ты просто не помнишь? – с надеждой спросил Глимин. – Ну, как это обычно бывает после третьего кувшинчика. Или соревнование на звание лучших искателей проводилось тайно, и тем, кто знака не имеет, знать о нем не положено?

– Сын, не городи чепухи! Перед гостями стыдно! – воскликнул старый мастер. – Чем языком молоть попусту, лучше бы клинки принес!

Звонко хлопнув себя по лбу, гном выбежал из комнаты, вскоре вернулся с оружием и бережно разложил его на столе. В этот раз мастера превзошли самих себя – ножны клинков Дара украшали блестящие металлические вставки с искусной гравировкой и несколькими полудрагоценными камнями (видимо, Ушастик решил добавить немного магии), мой комплект метательных ножей был снабжен перевязью, по качеству и красоте на порядок превосходившей старую, а наручи с вложенными в них острыми полосками из голубой стали имели мягкую бархатную подкладку (теперь кожа меньше потеть будет!).

Сначала я оценил удобство новой перевязи. На мне она сидела, как влитая, даже появилось ощущение, будто я в ней родился. Извлекать ножи (к слову, идеально сбалансированные и отполированные до зеркального блеска) было удобно – рукояти из черного, очень твердого дерева располагались под рукой и не спешили раньше времени выскальзывать из пальцев. Свой старый комплект я, недолго думая, подарил Лисенку и попросил Вику помочь девушке подогнать ремни, а сам тем временем оценил новые наручи – просто фантастика!

И только тогда наткнулся на умоляющий взгляд Дара, который отчего-то не спешил прикоснуться к своим мечам. Я удивленно вскинул брови, но в следующую секунду едва не хлопнул себя по лбу, как Глимин. Ведь фактически это мой заказ! Проклиная моральные принципы долгожителей, я цапнул со стола перевязь и вручил ее Ушастику. Тот принял мечи бережно, словно новорожденного ребенка, а ко мне хлынул поток его восторженных эмоций, который оказался настолько сильным, что смыл все мои чувства. Когда же эльф осторожно взялся за рукоять «брата» и впился взглядом в показавшуюся из ножен небесную синеву, я испугался, что дело может дойти до конфуза, и поинтересовался у гномов, можно ли нам пройти на задний дворик и испытать новые игрушки.

Мастера не отказали, и вскоре я на практике убедился, как легко вынимаются ножи (хотя сами они выпадать не собирались, сколько я ни прыгал и ни дергался – прямо мистика какая-то!), сделал пару бросков в специальную мишень (мог бы и больше, но боялся опозориться – по весу клинки самую капельку, но все же отличались от старых), а также оценил функциональность наручей (как выяснилось, гномы вставили в них несколько стержней из той же стали, и теперь они могли отразить даже удар меча).

Больше я ничего не успел сделать – надев перевязь, Ушастик принялся развлекаться со своим подарком, а нам осталось только встать в сторонку и с восхищением наблюдать за представлением. Поначалу эльф просто махал клинками – приноравливался. Потом увеличил темп, окружив себя стальной стеной, а затем и вовсе стал выдавать такие акробатические этюды, что гномы застыли с раскрытыми ртами, а я был вынужден схватиться за руку Вики, чтобы «слить» ей половину исходившего от Дара восторга.

Под конец Ушастик решил выпендриться. Схватил валявшийся неподалеку кол, со всей силы вонзил его в землю и продолжил смертельную пляску, юлой вертясь вокруг деревяшки. Поначалу я не понял смысла фокуса, но затем с изумлением заметил, что от кола отлетают мелкие щепки, а сам он медленно тает, как свечка.

Но и у Дара имелся предел прочности – когда деревяшка уменьшилась наполовину, я ощутил его усталость. Да Ушастик и сам сообразил, что показательное выступление пора заканчивать. Прервав дикий хоровод, он точным ударом разрубил остатки кола на две половинки и плавным движением вернул клинки в ножны. Я хотел вознаградить артиста бурными аплодисментами, но обнаружил, что Вика не желает отпускать мою руку. Вцепившись в нее, как в спасательный круг, орчанка не сводила взгляда со счастливого эльфа. Прислушавшись, я ощутил ее зависть, обреченно вздохнул и поинтересовался у Нарима:

– Мастер, скажите, у вас еще остались запасы голубой стали?

– Хотите заказать клинки для супруги? – догадался гном.

– Да. Возьметесь?

– Разумеется!

Радость Вики не знала границ. Находись мы в другой компании, она наверняка повисла бы у меня на шее, но на глазах у мастеров отчебучивать подобное не рискнула. Лишь наградила полным обожания взглядом и еще крепче сжала руку.

Предоставив орчанке уточнять детали заказа, я вместе с остальными вернулся в дом, где, пользуясь отсутствием хозяев, принялся подсчитывать остатки наличности. Вышло чуть больше пятидесяти шести золотых. И это при том, что я не забыл забрать у Дара сдачу, оставшуюся от посещения трактира, и даже прихваченные Лисенком деньги – около сорока позеленевших медяков (в подвале она их, что ли, хранила?). Опасаясь, что в эту сумму мы уложиться не сможем, я спросил у эльфа:

– Ты свои старые клинки куда денешь?

– Планировал оставить – для тренировок они подойдут идеально.

– Плохо. Местный оружейник за эти, – я кивнул на старые наручи, валявшиеся на столе, – много не даст. Продавать ножи, – я поглядел на рыжую, испуганно вцепившуюся в свою перевязь, – мне бы не хотелось. Вику разоружать глупо, больше на продажу у нас ничего нет, а залезать в долги мне совесть не позволит. В общем, готовься! Если денег не хватит, я попробую договориться с мастерами о скидке в обмен на какие-нибудь услуги магического характера.

Поразмыслив, Дар кивнул, и тут в гостевой появились гномы с орчанкой. Ее мечтательное лицо заставило мое настроение упасть ниже плинтуса. Похоже, мысль об экономии Вику не посещала.

– Договорились? – спросил я у Глимина.

– Да. С отделкой и шлифовкой за двое суток управимся.

– И сколько возьмете за заказ?

– Учитывая работу кожевенника и услуги ювелира, пятьдесят шесть золотых, – ответил Нарим.

Названная сумма заставила меня расхохотаться. Дар тоже улыбнулся, оценив комичность ситуации, а Лисенок с любовью погладила рукояти подаренных ножей, окончательно убедившись в том, что продавать их никто не собирается. Справившись со смехом, я сказал гному:

– Прошу прощения, мастер, просто сейчас вы стали так похожи на Мурку, что я не смог сдержаться.

Нарим покосился на разлегшуюся на диване марилану и уточнил:

– Это чем же?

– Чтением мыслей. Вы сейчас поразительно точно назвали сумму, которой я располагаю.

Достав из мешочка с монетами десяток медяков и одну серебрушку, я протянул его гному, гадая, что же подумает старый мастер, когда обнаружит там груду медной и серебряной мелочи. Приняв деньги, Нарим с сомнением поглядел на меня: