Крепости на колесах: История бронепоездов ... - Дроговоз Игорь Григорьевич - Страница 18

Комиссар, помимо наблюдения за командиром и командой на предмет выявления измены, занимался пропагандой идей марксизма — ленинизма, разъяснял политику партии на текущем этапе малообразованным членам экипажа.

Техникой и вооружением, починкой пути, материально — техническим обеспечением и снабжением состава заведовал помощник командира бронепоезда. Он же заменял командира в случае необходимости.

В штаб бронепоезда также входили начальник артиллерии и начальник связи, адъютант (фактически — начальник штаба).

Непосредственно организацией артиллерийского и пулеметного огня ведал командир бронеплощадки и его помощник.

Условия службы и ее организация на бронепоездах, во многом напоминали корабельную. Это не было случайностью, ведь основное ядро команд большинства бронепоездов составляли матросы. Поскольку боевые корабли практически не принимали участия в боях гражданской войны, их командам досталась работа на суше. И бронепоезда, как [87] ничто другое, подходили для моряков. Даже сама конструкция и оборудование бронепоездов очень напоминали корабельные.

Уже в ходе гражданской войны появились инструкции и уставы, регламентирующие порядок применения и использования бронепоездов.

Схема формирования бронепоездов: 1 — № 6 «Путиловцы» имени тов. Ленина»; 2 — № 6 «Путиловцы» имени тов. Ленина» (модернизированный); 3 — «Товарищ Ленин»; 4 — № 2 «Победа или смерть»; 5 — № 85; 6 — «Минский коммунистический имени Ленина»; 7 — «Второй Петроградский»

При движении к фронту из тыловых районов бронепоезда двигались по правилам воинских эшелонов, приводимые в движение обычными паровозами. Походный их порядок был следующим: паровоз, за ним бронепаровоз в холодном состоянии, бронеплощадки. К ним же цепляли базу: классные вагоны для командования и штаба, жилые теплушки, клуб, кухню, цейхгаузы, баню, конюшни, вагоны с боеприпасами и платформы с железнодорожным имуществом.

В движении и на стоянках выставлялся караул: посты на паровоз, каждую бронеплощадку, на хвостовую платформу [88] или последний вагон, возле денежного ящика и знамени. В его обязанности входила охрана бронепоезда от внезапного нападения противника и предотвращение чрезвычайных происшествий, вроде пожара.

В прифронтовой зоне бронепаровоз двигался уже под парами, в полной готовности к действиям. Базу отцепляли от боевой части, боевой расчет, до этого ехавший в вагонах, занимал свои места на бронеплощадках.

Перестраивался и порядок формирования бронепоезда: впереди двигались контрольные платформы с железнодорожными материалами, затем бронеплощадка № 1, бронепаровоз тендером в сторону фронта, бронеплощадка № 2 и замыкали боевой порядок контрольные платформы, на которые грузили дрезины.

При выборе пункта развертывания учитывались следующие обстоятельства:

1) возможность растопки бронепаровоза, снабжения его топливом и водой;

2) возможность производства железнодорожных маневров;

3) сбережение сил бойцов, так как с момента развертывания команда из вагонов базы переходит на бронеплощадки;

4) сбережение ресурса бронепаровоза;

5) время, потребное для расчленения (растопка бронепаровоза — не больше 3 часов, снабжение водой и топливом — около 1 часа, производство маневров — около 15–20 минут, то есть всего потребно для расчленения боевого порядка бронепоезда на два эшелона около 4 часов 30 минут — максимум 5 часов).

Считалось, что движение в боевом порядке на значительном расстоянии, в случае отсутствия какой — либо угрозы столкновения с противником, нерационально, так как работа машинистов в условиях, когда бронепаровоз движется тендером вперед, а спереди и сзади паровоза расположено по две контрольных и одной броневой площадке, затруднительна (наблюдение за путем, сигналами, угольная пыль).

База, после отцепления от боевой части, или следовала за ней на расстоянии одного — двух перегонов, то есть 25–50 км, [89] или оставалась на ближайшей станции, поддерживая по возможности постоянную связь с бронепоездом. При остановках, на расстоянии 100–150 метров от нее, выставлялись посты для предупреждения внезапного нападения на состав.

База должна была оставляться в пункте, обеспеченном от угрозы захвата противником, но на удалении, обеспечивающем беспрерывную связь с боевой частью и питание бронепоезда. При прохождении района, охваченного бандитизмом (читай — крестьянскими восстаниями), боевая часть бронепоезда должна патрулировать базу.

С момента отделения боевой части от базы, вся команда занимала свои места по боевому расписанию. Правая и левая стороны бронепоезда, определявшиеся по положению бронепаровоза, тендером к противнику, получали наименование правого и левого борта, которое не менялось при движении вперед или назад.

Бронепоезда, имевшиеся в Красной Армии, объединялись в дивизионы, в каждый из которых входили три разных по типу бронепоезда и управление. Штаб дивизиона передвигался вместе с тяжелым бронепоездом, а походный порядок его был следующим: 1–й — легкий бронепоезд, 2–й — тяжелый, 3–й — легкий.

После того, как бронепоезда переформировывались в боевой порядок, они двигались в порядке номеров или по усмотрению командира дивизиона. Сам же он, вместе со штабом, следовал в полевом штабе, состоявшем из штабного вагона, вагона связи и разведки, вагона — конюшни и черного (обычного) паровоза.

Интервал между боевыми частями и штабом при движении был один километр. Движение на одном перегоне нескольких бронепоездов требовало особой бдительности, особенно ночью, ибо было чревато авариями.

На головном участке база дивизиона и бронепоездов двигались одним эшелоном до пункта стоянки, определяемого начальником головного участка.

Объединенный полевой штаб дивизиона бронепоездов строился в следующем порядке: вагон — штаб бронепоезда № 3, вагон — штаб бронепоезда № 2, вагон — штаб командира бронедивизиона (3 вагона), вагон — штаб бронепоезда № 1, [90] вагон — конюшня, кухня, вагон для раненых и черный паровоз. Командир тяжелого бронепоезда выделял часовых для охраны паровоза и вагона командира дивизиона.

Внешняя связь между частями дивизиона поддерживалась при помощи телеграфа, телефона (если он имелся), семафора, сигнальных фонарей или флажков, посыльных. Часто применялась (но не на фронте) связь гудком паровоза азбукой Морзе. Были случаи использования почтовых голубей и служебных собак.

Связь внутри бронепоезда осуществлялась по рупору, телефону или звонками. От рубки командира до наблюдательных постов и командиров орудий на бронеплощадках тянулись рупорные рукава с раструбами на конце. По ней предавались короткие команды: «Вперед», «Назад», «Стой», «Огонь», «Прицел», и т. п. и индивидуальные телефонные аппараты связывались бронированным кабелем.

Вооружение

В годы гражданской войны единого стандарта вооружения бронепоездов ни в Белой, ни в Красной армии не было. На бронеплощадки устанавливали все, что имелось в данный момент под рукой — от легких полевых пушек до корабельных орудий большого калибра, от винтовок до пулеметов. Причем подход к вооружению бронепоездов у белых и у красных был практически одинаковым.

Количество орудий и пулеметов определялось, в первую очередь, вместительностью боевых площадок и имеющимися условиями боевой работы. Оптимально для стандартной четырехосной площадки это были одно — два орудия среднего калибра (обычно 76 миллиметров) и восемь пулеметов. Максимальный вес орудия не должен был превышать 1 тонну.

Чаще всего, бронепоезда легкого типа, на которые ложилась основная нагрузка огневой поддержки войск и ведения самостоятельных действий в полосе железной дороги, имели две двухбашенные бронеплощадки, оснащенные [91] трехдюймовыми орудиями образца 1914 года или полевыми скорострельными пушками образца 1902 года.

Бронеплощадка бронепоезда № 98 «Советская Россия»

История использования этих орудий в русской артиллерии берет свое начало в конце девятнадцатого века, когда в декабре 1896 года Главное артиллерийское управление русской армии разработало тактико — технические требования к полевой скорострельной пушке калибра 76,2 миллиметра или три дюйма.