Все имеет свою цену - Воэн Дона - Страница 18

Шейла добавила в чай солидную порцию виски из бутылки, которую она припрятала после последней вечеринки у госпожи. Другие слуги знали, где Шейла ее прячет, но ни один из них не осмелился бы притронуться к ней. Или донести об этом госпоже.

Из скудных сведений о пребывании хозяйки в больнице, которые удалось вытянуть из Пата, Шейла поняла, что Алекс Мейнворинг воспользовалась этой информацией, чтобы вооружить брата в борьбе с этой женщиной. Это отчасти компенсировало поражение, которое она потерпела в другом, подумала Шейла, с удовольствием, попивая свой чаек.

— Чему это ты улыбаешься? — спросила повариха, входя в кухню, чтобы приступить к приготовлению обеда.

— Я просто думала о том, что судьба весьма благосклонна к такой бедной ирландской девушке, как я, — ответила ей Шейла.

ГИЗЕЛЛА

1949 год

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

Пасхальная корзинка была самой большой, какую Гизелле удалось найти. Она стояла посередине кухонного стола в доме на Риверсайд-Драйв, и Гизелла наполняла ее мягким мхом, который Хэллоран заранее купил у торговца цветами. Хэллоран, засучив рукава, выуживал яйца из кипящей воды. Гизелла озабоченно взглянула на своего шофера.

— Ты уверен, что они готовы?

— Я специалист по варке яиц, хозяйка, — гордо заявил Хэллоран.

Может быть, ей следовало бы самой покрасить яйца, подумала Гизелла. Как трудно принять правильное решение. Она виделась с Сандрой очень редко, и только тогда, когда это заблагорассудится Алекс. Хорошо еще, что в этом месяце ей не пришлось играть ненавистную роль «супруги». Чарльз уже четыре недели находился в Париже. Несмотря на это, Гизелле пришлось потратить массу сил, чтобы убедить сестру Чарльза согласиться отдать ей Сандру на Пасху и всю следующую неделю.

— А вдруг ей не понравится играть в «охоту за яйцами», Патрик?

— Конечно понравится, хозяйка. И мы дадим ей в награду шоколадные яйца. — Хэллоран поставил сваренные вкрутую яйца на стол, где были заранее приготовлены чашечки с блестящей краской. — А теперь смотрите, как выполняет свои обязанности пасхальный кролик. — Но не успел он взять первое яйцо, как зазвонил телефон.

— Кто-то выбрал самый неподходящий момент! — воскликнула Гизелла.

Она подняла трубку и услышала голос Нэнси Аллен, личного секретаря Алекс.

— Боюсь, что Сандра не сможет провести с вами пасхальные праздники. Госпожа Мейнворинг должна лететь в Париж, чтобы встретиться там с г-ном Чарльзом Вейлом, и она берет Сандру с собой.

— Скажите госпоже Мейнворинг, что я отказываюсь...

— Госпожа Мейнворинг сразу же известит вас, когда возвратится, с тем чтобы вы могли спланировать следующую встречу.

— Передайте ей... — начала было Гизелла, но секретарша повесила трубку.

— Хозяйка! Что случилось?

Гизелла покачала головой. Набрала номер апартаментов Алекс на Пятой авеню.

— Это госпожа Вейл. Я хочу поговорить с госпожой Мейнворинг.

* * *

Теперь Сандра, которой в августе должно было исполниться семь лет, была уже достаточно большой девочкой и могла без посторонней помощи уложить свои чемоданы, и ей это нравилось. Иногда ей хотелось, чтобы мать уделяла ей больше времени, как это делали матери других детей. Но на этот раз она проведет с ней целую неделю.

Она тащила чемодан вниз по лестнице, когда услышала телефонный звонок. Чемодан шлепнулся и успел прокатиться вниз через несколько ступенек, прежде чем она сумела остановить его. Разговаривавшая по телефону тетя Алекс взглянула в ее сторону и скорчила недовольную гримасу.

— До свидания, Гизелла, — сказала тетя Алекс и бросила трубку. — Уж эта женщина! — тетя Алекс встала и позвала секретаршу. Когда пришла мисс Аллен, тетя Алекс сказала: — Хватит с меня на сегодня телефонных разговоров с госпожой Вейл. — Затем она подошла к Сандре и взяла ее за руки. — Боюсь, что у меня для тебя плохие новости, дорогая. Твоя мать отменила встречу.

Сандра почувствовала, как защипало веки от слез.

— Но она говорила, что я буду играть в «охоту за яйцами»! Она обещала, тетя Алекс.

Алекс крепко обняла девочку.

— Я кое-что придумала, — вдруг сказала она. — Мы не позволим этой женщине испортить нам Пасху. Мы устроим собственный праздник! В Париже!

Сандра отступила на шаг и взглянула на тетю.

— В Париже?

— Там сейчас твой отец. Я немедленно отправлю ему телеграмму. — Алекс встала и разгладила руками свою юбку. — Нэнси к вечеру сможет купить билеты. Вот повеселимся!

Она не стала ждать ответа Сандры. По правде говоря, Сандра не надеялась, что будет весело. Когда ее отец и Алекс бывали вместе, у них не было времени для других. Ни у кого для нее не было времени, думала Сандра. Даже у мамы.

* * *

Когда во вторник после Пасхи горничная спустилась в кухню, чтобы взять обед для хозяйки, Хэллоран уже поджидал ее.

— Ну, как она сегодня?

— Все еще в постели. Я спрашивала, не надо ли позвать доктора, но она отказалась. — Элис покачала головой, глядя на поднос с обедом. — Не знаю, зачем мне нести его наверх. Она не завтракала и к этому тоже не притронется.

— Не позвонить ли нам госпоже Мейнворинг? — спросила его повариха.

— А зачем тебе звонить этой паршивой сучке?

Повариха отступила на шаг, и ее двойной подбородок задрожал.

— Когда хозяин жил здесь, он всегда...

— Теперь хозяина нет, слава тебе, Господи, за такую милость. И ты не вздумай подходить к телефону. — А ты, — обратился он к горничной, — неси поднос.

У Элис так задрожали руки, что она расплескала кофе. Когда Хэллоран протянул руку в ее сторону, она шарахнулась от него, расплескав кофе еще больше.

— Стой спокойно, идиотка! Я пытаюсь только вытереть лужу, которую ты здесь устроила. И изволь улыбнуться, когда будешь ставить перед ней поднос. Возможно, это поспособствует ее аппетиту.

К следующему утру Хэллоран решил, что, если хозяйка не спустится вниз, он сам поднимется к ней в комнату, хотя от этой мысли у него вспотели ладони. Когда он пришел на кухню, повариха взглянула на него с улыбкой.

— Ей потребуется машина.

— Она так сказала?

— Заранее позвонила сюда.

— А она поела?

Повариха нахмурилась.

— Самую малость. Столько, что и кожа на костях не удержится.

Хэллоран сунул в рот печенье.

— Она не сказала, куда поедем?

— За покупками.

Хэллоран поперхнулся.

— Ты мне морочишь голову!

— Жизнь идет своим чередом! — сказала повариха.

Когда хозяйка вышла, Хэллоран заметил, что она приложила немалые усилия, чтобы привести в порядок свою внешность, чего она не делала с тех пор, как здесь жил хозяин, придиравшийся к ней из-за каждой складочки, каждой пуговки. Он заметил также, что исчез наконец равнодушный, безжизненный взгляд, появившийся после смерти Бенджамина. Теперь в ее глазах была решимость. Хэллоран терялся в догадках. Интересно, что она предпримет, размышлял он. Он давно догадался о сделке, заключенной между хозяйкой и поверенным Чарльза Вейла. Если сделка будет расторгнута, то будет ли она снова встречаться с Брайаном Ролингсом?

Он благополучно усадил ее в машину и поспешил занять свое место за рулем.

— Куда вы намерены отправиться сегодня? — спросил он, нажав на стартер.

— В «Сакс».

Зачем бы женщине, которая не бывала в магазинах целый год, ехать в «Сакс» в такое прекрасное утро, размышлял он. Занятый своими мыслями, он снова повернул ключ, нажав на стартер при работающем моторе. Машина — его гордость и радость — воспротивилась насилию.

— Что-нибудь не в порядке, Патрик?

— Нет, хозяйка. — Он мысленно выругал себя за плохое обращение с такой прекрасной машиной.

Когда он повез хозяйку из «Сакса» к «Блюмингдейлу», угроза появления на горизонте Брайана Ролингса стала приобретать в его воображении все большие размеры. Она намерена купить тонкое белье, чтобы надевать его для мужчины, и Хэллоран знал это. Однако она выходила из каждого магазина с пустыми руками. Когда к концу дня в машине не оказалось ни одного пакета с покупками, он решил, что она, должно быть, приказала прислать их на дом.