Последняя встреча - Чейз Эллен Рако - Страница 12

Брэм живо представил, как эти ноги нежно обвиваются вокруг него, и тут же ему захотелось полновластно владеть всем этим роскошным телом. Владеть? Брэм нахмурился. Нет, он не хотел быть завоевателем — сатрапом. А вот разделить с ней наслаждение единения, восторг слияния двух любящих тел…

Брэм поскреб в затылке. Странно! Никогда прежде его не тянуло говорить о любви. Откуда это? Может быть, он все еще не оправился от дорожного происшествия и чувствует себя виноватым? Или таким своеобразным способом берет реванш за сорванный отлет на Карибы?.. В любом случае полезно чуть поостыть и оглядеться.

Роксана перевернула страницу и увидела стоявшего в дверях Брэма. Она отложила газету и спросила:

— Ну, что там говорят синоптики? Нас освобождают под честное слово из самой комфортабельной тюрьмы Соединенных Штатов — я угадала?

— Позволь мне ограничиться пересказом сводки, — сказал он, проходя внутрь и небрежно бросая на стол два журнала. — Выпало девяносто сантиметров осадков, и снег продолжает идти. Ветер не ослабевает, перебои с энергией, транспорт стоит, учреждения закрыты, снегоуборочная техника и полиция бессильны перед силами стихии, городские власти принимают меры по наведению порядка на улицах…

Роксана подняла руки, капитулируя.

— Хватит, не надо. Я все поняла. Придется искать чем заняться. Ты что там принес?

Она потянулась к столу и взяла в руки "Форчун".

— О, то, что доктор прописал! Обожаю финансовые журналы, а в этом бывает немало ценных статей, — пробормотала она, углубляясь в чтение.

Брэм горестно вздохнул, вытряс из автомата пакет молока и уселся на подоконник с номером "Космополитена".

Когда через несколько минут он издал серию восторженных возгласов, Роксана не выдержала и нехотя подошла к нему.

— Хватит охать, — сказала она. — Ты меня уже купил! Ну, что привело тебя в такое возбуждение?

— "Космический гороскоп для женщин". Тут написано все, что мужчина должен знать о "деве", но боится у нее спросить.

— Гороскопы, составленные в расчете на двухмиллионную аудиторию, — это нонсенс. Для правильного астрального прогноза нужно знать точное время и место рождения человека, расположение планет по отношению к Земле и звездам…

— То есть к тебе гороскоп не имеет никакого отношения?

— Ни малейшего!

— Позволь задать несколько вопросов для проверки.

Роксана вздохнула.

— Я имею право в любой момент прекратить эксперимент? — поинтересовалась она. — Да? Тогда валяй!

Брэм прокашлялся — совсем как профессор перед лекцией.

— Твоя планета?

— Меркурий.

— Любимый цвет?

— Действительно любимых два — черный и коричневый.

Брэм выглядел разочарованным.

— А тут написано: бледно-желтый. — Огонек подозрения засветился в его глазах. — Слушай, а ты часом не читала…

— Не читала! — оборвала его Роксана. — В желтом у меня вид малярийного больного. У меня в гардеробе никогда не было и не будет этого цвета. Я же говорила: это не наука, а статистика…

Она села на место и снова схватилась за свой журнал.

— Погоди, погоди! — запротестовал Брэм. — Попробуем еще!.. Ага! А вот тут — все точно. Козырные качества "девы" — пышная грудь и стройные, как у девочки из варьете, ножки.

В ответ послышалось неразборчивое ворчание. Брэм продолжал:

— Кроме того, "дева" методична, точна, трудолюбива, исполнительный работник. Спокойна, дисциплинированна, аккуратна. Хорошее чувство юмора.

— Это… это правда, — согласилась она. — Сатурн — знак самодисциплины, он и отвечает за черты характера. Я действительно аккуратная.

— Где я остановился?.. А, вот! Про здоровье… Здесь рекомендуется хорошенько высыпаться. Про успех… Поздравляю! "Дева" обладает способностью хорошие идеи превращать в звонкую монету. Красота… Бойся солнца — не злоупотребляй им. А ты говоришь — статистика! А вот еще: вскоре ты сможешь насладиться экскурсией на свежем воздухе.

Роксана засмеялась.

— Это уже было. Удовольствия было выше крыши, но я предпочитаю спорт в закрытом помещении.

— Гм! Спорт в помещении… — Брэм внимательно просмотрел страницу. — Несколько слов о "девах"-домоседках. Твое обаяние неотразимо для мужчин, но как самый разборчивый из знаков зодиака, ты никогда не показываешь своих истинных чувств. Впрочем, в самое ближайшее время твоя личная жизнь выйдет из состояния застоя.

— Застоя? — Роксана отбросила волосы со лба. — Очередное дурацкое обобщение.

— Любимые места для романтических встреч: в гостиной у камина и… — Брэм выдержал паузу, — в офисе после работы. Эрогенные зоны: соски и внутренняя сторона коленок.

— Внутренняя сторона коленок? — Роксана встала и с грохотом задвинула кресло под стол. — Когда соседский ризеншнауцер будет снова обнюхивать ноги, надо бы не забыть прийти в возбуждение.

Роксана жестом палача скрестила руки на груди.

— А что там сказано про "тельцов"?

Брэм послюнявил палец и перевернул страницу.

— Так-так. Телец. Ну да, все прекрасно. — Он победно улыбнулся. — Благоразумный и предусмотрительный. Бережливый, утонченно сексуальный… Проще говоря, перечисляются все мои бойскаутские добродетели…

— Ага, — сказала Роксана с нескрываемым сарказмом, — и те, что упакованы в кейс, тоже?

Брэм поцокал языком.

— Пора устраивать обед. В "деве" снова просыпается дикость.

— Ах так! Тогда дикая дева удаляется — вместе со своей зубной щеткой. — Роксана схватила сумочку и под хохот Брэма выскочила из комнаты.

Спустя четверть часа дверь дамской комнаты затряслась под ударами кулака. Роксана оторвалась от зеркала и поспешила открыть дверь.

— Ты что, с цепи сорвался? — выпалила она.

Брэм скорчил забавную физиономию.

— А где же хваленое чувство юмора, отличающее представителей семейства "дев"?

— Оно оттачивается в тиши и уединении.

— А я тем временем изнемогаю от скуки. — Брэм поймал ее за запястье и почувствовал странное облегчение. Приободрившись, он продолжил: — А у меня проруха: закончились двадцатипятицентовые монеты, так что твоя очередь угощать обедом.

Ее звонкий смех был ему как бальзам на душу.

Обследовав карманы шубы и дно сумочки, Роксана извлекла гору монет и штук шесть долларовых банкнот, которые автоматы легко превращали в разменную монету. Упаковки с бутербродами, молоком, чипсами и пирожными словно по волшебству заполнили стол.

— Всего лишь третья совместная трапеза, а я уже позволяю тебе покупать еду, — заметил Брэм, открывая пакет молока. — Попробуй сказать после этого, что я не либерально мыслящий человек.

— Тебе так важно, чтобы я подтвердила твое заключение? — поинтересовалась Роксана, уминая чипсы.

Брэм хмыкнул и отвернулся.

— Кстати, — подняла она брови. — Как там прогноз погоды?

— Тебе повезло, что ты сидишь в теплом месте и в хорошем обществе. Твой район остался без электричества.

Роксана покачала головой и пробормотала:

— Замечательно!

— Кстати, — спросил Брэм, — почему ты живешь в отдельном доме?

— Мне нравится свобода, которую дает дом. В квартире становится как-то не по себе. Звуки шагов над головой, голоса за стенкой создают ощущение тюремной камеры. — Роксана стряхнула соль с пальцев. — Как ни удивительно, но именно тетя настоятельно рекомендовала мне жить в доме.

— Опять тетя Матильда! И как я только не догадался! Старая дева даже из могилы контролирует твою жизнь. Наверняка дом — копия ее самой, и после смерти тети ты не выкинула из него ни одного самого ветхого предмета обстановки.

— Ты потрясающий человек, — покачала головой Роксана. — Мое уважение к твоим психологическим дарованиям возрастает с каждой минутой. Интересно услышать, как ты представляешь себе мой дом.

Брэм с минуту изучал ее.

— Судя по адресу — район старой застройки… Наверное, дом с верандой, довоенной планировки, забитый викторианской мебелью: набивка из конского волоса, вязаные салфетки, лампы, обтянутые шелковым газом…