Выйти замуж за Феникса - Форш Татьяна Алексеевна - Страница 90

— Терпеть не могу охотников! — Маленькая горбатая мушка завертелась у нас перед носом, стремительно увеличиваясь в размерах. Наконец перед ошалевшим от увиденного стражником появилась Кобылка-горбылка и оскалилась в два ряда острых акульих зубов. — Так кто тут не верит в существование монстров в городе?

— Эмм… — Страж был то ли глупым, то ли сонным, но эффектное появление кобылки прошло без должных эмоций. Единственное, что парень оценил, были зубы коняги. — Вах-вах! Какие зубки! Да если я по одному чернокнижникам продам, я озолочусь!

— Но-но! Я и покусать могу! — Кобылка отпрыгнула. — А за то, что ты, парниша, наш убегающий ужин спас — большое мерси! Сейчас перекусим ими и покинем ваш город. И даже тебя не тронем, если успеешь открыть нам дверь!

— А чего это ты, верблюд-мутант, о себе во множественном числе отзываешься?

Нет, а стражник скорее глуп, чем умен. А может, мы его поднять подняли, а разбудить забыли? Наверное, думает, что все это ему снится?

— Да потому, что во-о-он там летит мой друг — Змей Подгорный. — Кобылка запрокинула голову в звездное небо и снова зубасто улыбнулась. — Вот ему-то точно вас всех мало будет, а тебя он сожрет первым, головастый ты наш!

Мы с Ником уставились в звездное небо, боясь поверить в такую новость, и бросились врассыпную, давая Афанасию место для посадки. В темноте, с горящими желтым глазами и большими кожистыми крыльями, он больше походил на нетопыря. К тому же из одежды на нем теперь болталась только набедренная повязка, обнажая его здоровенное, накачанное тело. Просто какой-то нетопырь-герой из легенды! Либо покалечит, либо убьет!

Больше доводов не потребовалось. Стражник бросился к двери, точнее, к огромному колесу, поднимающему главные ворота, и, кряхтя, принялся его крутить.

— Помочь? — Змей плавно приземлился. Подмигнув нам, прошагал к стражу и, отстранив того, одной левой запустил колесо. Цепь загремела, решетка лязгнула и плавно поплыла вверх. — Так-то, служивый. Или, может, с тобой, на полставки, подъемщиком ворот постоять?

От такого предложения ноги стражника подкосились, и он бесшумно осел возле колеса.

— Тоже верно! Работа у вас бросовая. Тебе, видать, и самому грошей мало! — посочувствовал Змей и развернулся к нам, повторяя улыбку Кобылки-горбылки: — Ну что, гаврики! Поскакали?

— Только в путь! — поддакнул Борька и в нетерпении переступил копытами. — Ну что, хозяйка? Валим?

Я не ответила. Только покрепче вцепилась в поводья.

ЭПИЛОГ

Если за нами и снаряжали погоню — мы не узнаем. Впрочем, думаю, нашлось мало охотников погоняться за сумасшедшими, водящими дружбу с горбатым зубастым призраком и странным подобием Змея Подгорного, а если таковые и нашлись… Пустыня, владычествующая в странном царстве под названием Шамаханское, очень быстро скрыла наши следы шелестящим песком.

Я еще раз оглянулась, чтобы в последний раз посмотреть на крошечный, блестящий в лунном свете Санда-Карам, но его уже занавесили крупные звезды, подмигивающие мне с темных бархатных небес. Все! Теперь впереди и позади нас только пустота. И кажется, что весь мир вокруг состоит из этой пустоты, песка и звезд.

Эх… где же, в какой стороне родной дом?

Словно почувствовав мое настроение, с небес перед понуро шагающим Борькой спикировал Змей.

— Фух, устал! Вокруг ни души. Парочка охотников за головами долго шли за нами. Сам видел сверху! Но отстали. Я им еще легкую бурю наворожил, чтобы наши следы замело. — Он взял Борьку под уздцы. — Так… может, отдохнем? Костерок запалим? Я за колючками слетаю?

— Давай! Я вообще за любое начинание, кроме голодовки! — обрадовался Борька и коварно уселся по-собачьи, стряхнув нас с Ником прямо в песок.

— Еще раз так сделаешь — сосисок наверчу, как только домой вернемся! — Я вскочила первой и щелкнула конягу по уху. — Ишь манеру взял! Что, со своей горбатой блондиночки пример берешь?

— Не буди лихо! — тут же запаниковал Борька, поднялся и заоглядывался. — Исчезла по-аглицки — и хорошо! Не дай бог, вспомнит, придет план-подряд о выполненной работе требовать!

— Дай на память автограф, и прости-прощай, родная! — ввернул Змей.

Только Борька не поддержал шутки. Отчего-то еще больше помрачнел и снова сел на песок.

— Эх… злые вы! Уйду я от вас! Домой!

— Домой… — Голос Ника заставил нас замолчать. Уж столько в нем прозвучало боли и какого-то сожаления.

— А почему нет? — Я подошла первой и встала рядом. — Ведь кольцо у нас. Пора и Феникса искать… Где вот только…

— Никого искать не надо. — Ник обернулся, и я отшатнулась, разглядывая его ставшие серебристыми глаза. Он вскинул руку. Из песка вырвалось яркое пламя и заплясало в воздухе, потрескивая на невидимых бревнах. — Василек, я должен тебе признаться. Возможно, ты никогда мне не простишь… Но… — Его губы улыбнулись, а в глазах жило такое отчаяние, что мне стало страшно. Готова ли я услышать это признание? — Я больше не могу таить это от тебя, любимая!

— А может, лучше не надо? — Я сделала шаг назад. Ох как мне все это не нравится!

— Да, друг… правда… — Змей тоже как-то подобрался. — Не нужно пока говорить… Повремени… Глядишь, может, и не понадобится… Пепельного найдем, желание загадаем, как и хотели.

— И ничего не изменится! — Ник стремительно обернулся к нему. — Если я не признаюсь ей сейчас, потом может быть поздно!

— Хорошо! — Змей вскинул вверх когтистые лапы. — Как скажешь! Хочешь копать себе могилу — вперед! А Пепельный… Подождет!

— Ты уже назвал его имечко два раза! — буркнул Борька.

— И что?! — вдруг рявкнул Змей.

— Да ничего… Так… подумалось… — Жеребец покосился на него и снова замолчал, уставившись на пламя.

— Вась… — Никита подошел ко мне. Глаза как глаза… И когда уже эти кошмары меня перестанут мучить?! — Я очень тебя люблю. Я увидел тебя пять лет назад, когда проездом заезжал в гости к твоей мм… к Мафане. Увидел и понял, что сошел с ума. Понял, что, если мы не будем вместе — не жить мне. И я… тебя… В общем, все то, что произошло с тобой: кошмары, и сны, и эти странствия — из-за меня! И кольцо, что мы ищем, тоже из-за меня и для меня…

— Ты… — Я почувствовала, что у меня пересохло в горле. Стало нечем дышать. — Что же это… Значит… Ты… — И я решилась: — Пепельный?

— Много чести, моя принцесса! — Пламя вздыбилось, повторяя собой высокую огненную фигуру, и исчезло, выпуская из своего жаркого нутра мой ночной кошмар. Того, кого я панически боялась. Моего мужа…

Как я могла подумать, что Феникс — Ник? Я не знаю, что он хотел мне сказать своим признанием, но только… Да вот же он!

— Пепельный? — Я постаралась, чтобы мой голос прозвучал громко, но он предательски сорвался в хрип. — Ты…

— Я! Неужто не узнала? Вроде столько раз виделись тет-а-тет… — Гость шагнул ближе и обвел нас бельмами глаз. И как я могла сравнивать глаза Никиты с этими… глазами? — Значит, вы все-таки нашли мое колечко?

— Да! — Я посмотрела на Никиту, ожидая поддержки, и похолодела, разглядывая точно такие же, как у Феникса, затянутые бельмами выжженные глаза. — Ник? Отдай ему кольцо! Прошу тебя!

Никита, будто ожившая кукла, медленно полез за пазуху и так же медленно вынул оттуда знакомую хрустальную коробочку.

— Отлично! История повторяется! — Феникс на мгновение исчез и снова появился рядом с Никитой. — «Султан желаний»… Мое самое лучшее творение…

Он на миг замер, разглядывая коробочку и лежавшее там кольцо. Затем склонил голову, безошибочно нашел меня взглядом и страшно улыбнулся обугленными тонкими и черными губами.

— Перстень случайно попал в твой мир, принцесса, но не напрасно я искал его так долго. Именно он показал мне тебя и… вора, что посмел прикоснуться к моему детищу… — Феникс снова обвел взглядом замерших Змея, Борьку, Никиту и посмотрел на меня. — Подойди ко мне, избранница!

Избранница? Неужели рассказанный тетей и Кудыкой кошмар — сбывается? И все впустую? И он меня не отпустит?!