Выйти замуж за Феникса - Форш Татьяна Алексеевна - Страница 81

— Растаяли в воздухе! — радостно ответил мне вместо Ника шамаханин, но, увидев мой не сулящий ничего хорошего взгляд, очень быстро скрылся за дверью, прихватив с собой товарища.

— И это не миф! — тут же уверил меня Борька, засунув голову мне под мышку. — Я сам видел, как две довольно приятного вида сговорчивые дамы растворились у меня на глазах как прошлогодний снег. Только я с одной решил тесно познакомиться, а она возьми и пропади! Обидно!

Н-да… кому-то сегодня повезло меньше!

— Хорошо, что ты у меня не пропал! — Я ласково похлопала жеребца по носу. — Что бы я без тебя делала?

— Надо кинуть жребий, кто, я или Афанасий, будет участвовать в бегах! — Ник отвел глаза от небосвода, раскрашенного яркими лучами солнца, и мрачно посмотрел на меня в упор.

Я забыла, как дышать, увидев этот взгляд. Точнее, то, что поднималось из серого тумана его глаз. Неужели он знает о моих ночных кошмарах? Да и кошмарах ли?

Меня в очередной раз спас Борька.

— А какой, пардон, жребий? — Он покосился черным глазом на Ника и презрительно фыркнул. — Я побегу только в том случае, если на мне будет сидеть Василиса. Если нет — бегите сами! Могу в таком случае порулить!

— Но Василиса — девушка, а выбирают жениха! — запальчиво возразил Змей, видимо недовольный выбором Борьки.

— Что-то этот факт вас вчера не остановил! — поддакнула я. Молодец, Борька! Не продался врагам за килограмм изюма! — Тем более в одежде нинь-дзя никто моего лица не увидит. Если мы с Борькой победим, тогда все идет по плану. Никита пойдет к принцессе, а мы будем ждать его здесь.

— Ладно. Пусть так! — Ник задумчиво покусал губы. — Но нам нужен хотя бы еще один жеребец! А лучше два! Чем больше шансов победить, тем больше шансов попасть во дворец и получить кольцо.

— Значит, надо идти на базар или куда там еще, где продают коней! — В тот момент эта идея была для меня самой реалистичной.

Вместо ответа Ник развернулся и направился к двери, следом за ним, обиженно сопя, вышел Змей. Я вздохнула. Вот как узнать, что было сегодня ночью? Да и было ли вообще?

Мои тревожные мысли перебил Борис. Он ласково фыркнул на ухо и, едва не касаясь кожи губами, ободряюще пробубнил:

— Не тревожься, хозяйка. Все будет хорошо!

— Угу. — Я еще раз похлопала его по холке и замерла, услышав за окном странный пронзительный звук. Мгновением позже он повторился. — Что это?

— Это созывают на бега. — Борька нервно постучал копытом, словно размышляя, и наконец вынес приговор: — Времени мало. Вы не успеете купить лошадей, а кто не придет к началу переклички, того не допустят к участию в байге.

Я бросилась к двери и тут же остановилась. Обернулась:

— И что делать?

Вместо ответа Борька тяжело вздохнул и, набрав в грудь побольше воздуха, пробормотал:

— Встань передо мной, как лист перед травой!

Я даже не успела понять, не успела броситься к нему, запретить, как посреди нашего пристанища появился верткий сгусток тумана. Покружив по комнате, он, не затягивая с эффектным появлением, трансформировался в горбатую лошадку-мутанта и приветливо пропел:

— Здоровеньки булы! А я уж думала, не позовешь! Уже обидеться хотела на такое невнимание! — Лошадка тряхнула призрачной гривой и по-деловому прищурила глаза. — Ну и? Чем тебе помочь? Только учти, я реальную помощь творю, и если тебе кучку яблок убрать понадобилось, чтобы хозяева не заругали, что ты на их любимый ковер нагадил, — то извиняй! Это уже не помощь, а желание! А такая ботва не ко мне!

— Да понял я! Понял! — торопливо перебил ее Борька, виновато покосился на меня (неужто была такая повинность?) и уверил: — Помощь нужна реальная. Если ты сейчас не поможешь, то все! Кранты мне! Зуб даю!

И для верности чиркнул копытом по горлу.

Кобылка процокала ближе и потребовала:

— Рассказывай!

— Да чего рассказывать? Мы в гонке сегодня участвуем, точнее — я, две кобылы и три наездника. Но какая-то тля моих товарок сперла в неизвестном направлении, а значит, остаюсь я и три наездника! Понимаешь мысль?

— Надо по-тихому убрать двух наездников, чтобы тебе на спине мозоли не терли? — Кобылка шкодно улыбнулась в… не знаю, сколько рядов острых зубов. Ведь явно издевается, стерва метафизическая!

Но Борька заглотнул наживку до самых гланд:

— Да ты что?! Куда убрать? Никуда их убирать не надо!

— Да ты мазохист, батенька? — Улыбка стала еще шире и острее. — Тогда пусть устроят тебе перелом спины в трех местах, а я на это посмотрю!

— Какой перелом? Какой маза… арза… архист? — окончательно переполошился Борька. Видимо, и вправду на него как-то действуют чары помощи это горбатой коняги. — Нет! Не надо ничего этого! Просто верни наших пропавших лошадок!

— Ну… это уже перебор! — Горбылка так возмущенно фыркнула, как будто Борька попросил у нее нечто крайне неприличное, и отрезала: — Нет! Материальные услуги это не ко мне! Это вам надо лампу искать, чтобы их местную службу магической помощи на три льготных раза раскрутить! Это я о джиннах! А я вам тут не помощник. Адью!

Эта разговорчивая скандалистка уже собралась под шумок исчезнуть, но Борька взмолился:

— Подожди! Неужели нет никаких вариантов?!

— С теми вороными вариантами женского пола меня даже не тревожь! Что я тебе — фея крестная? То кобыл ему, то карету! А личную конюшню не подарить?

Борька воодушевленно вскинул голову, но, напоровшись на ее насмешливый взгляд, только спросил:

— Так какие варианты?

— А вариант только один! — снова ощерилась острыми зубками хитрая бестия. — Я участвую в бегах! Сама! Давно хотела повеселиться, а тут такой случай!

— Но… — Мы с Борькой переглянулись и снова уставились на Кобылку-горбылку.

— Как я смогу кого-то из вас везти, если я — призрак? — угадала она наши сомнения и поспешила успокоить: — Да легко!

Я не поняла, что произошло, только в лицо плеснул холодный ветер, заставляя зажмуриться, а когда я открыла глаза, рядом с Борькой стояла белоснежная красавица-кобыла.

— Например, так! — произнесла она своим ехидным голоском, развеяв чары. — Только, чур, всадника я выберу сама!

— О, мадам, вы великолепны! — не удержался от комплимента Борис.

— Между прочим, мадемуазель, но это лишняя для тебя информация, рыжий! Не родился еще тот непарнокопытный, способный меня заинтересовать на физическом уровне! — отбрила бесовка тут же поникшего жеребца и заторопила: — Ну что, шевелим колготками, или думаете, я это дефиле за просто так устроила?

Кобылка, а следом Борька не спеша спустились по каменным лестницам караван-сарая, и даже как ни в чем не бывало отметили это дело. Стараясь не вляпаться в душистую неожиданность и молясь не попасться на глаза возмущенной прислуге, я прокралась вниз и как ошпаренная выскочила вслед за лошадьми под пронзительно-синее утреннее небо.

Змей воодушевленно ругался с конюшим, в буквальном смысле стремясь вытрясти из бедолаги наших кобыл, и нас не заметил, а вот Ник срисовал нас довольно быстро. Тронул Змея за плечо, привлекая внимание, и направился ко мне.

— Откуда лошадка?

— Из караван-сарая, вестимо! — тут же ответила лошадка и подмигнула. — А что, не узнал, касатик?

Ник с секунду озадаченно хмурился и выпалил:

— Кобылка-горбылка?!

— Она самая! — Кобылка тряхнула белоснежной гривой и поинтересовалась: — Ну что? Поехали? Или ну их, эти бега? — Не дождавшись ответа, бестия направилась ко мне, сосредоточенно меня обнюхала, затем заявила: — Ты. А второго бугая пусть мой подопечный везет-надрывается!

— Но это моя хозяйка! — возмутился Борька.

— Да я и не настаиваю! — фыркнула кобылка. — Могу прямо сейчас исчезнуть. Надо?

— Не надо! — хором выпалили Ник и Борька, а я, дабы не тратить время, забралась к ней на спину.

— Эй, а где седло?!

— Так лучше? — сухо буркнула кобылка, и я почувствовала, как покатая, гладкая спина стала деревянной, жесткой и удобной! В руки сами легли появившиеся из ниоткуда поводья.