Убить эльфа - Демченко Оксана Б. - Страница 94

Подтверждая столь страшную судьбу советников, Крыса выхлебал рисовый суп в две минуты. Сыто прикрыл глаза и отметил: вкусно. Запил, а точнее, залил перечный пожар в горле парой чашек чая и удалился отдыхать. Посол критически прищурился и поманил Нору — есть разговор.

В коридоре широкий гном стоял боком, ему явно тут, в человеческом доме, все казалось неправильно и глупо построенным. Очень высокие комнаты и нелепо узкие дверные проемы. Прикрыв дверь в столовую, гном решительно дернул себя за бороду и приступил к делу.

Без окольных глупостей, свойственных дипломатии людей.

— Нора! Так получилось, что я о вас знаю довольно много. Советник постоянно рассказывает мне о некой ведьме, безупречной во всех отношениях. И, понимаете ли, подобное безобразие будет длиться бесконечно. Он полагает, что следует сперва извести всю мерзость в Альянсе, а уж затем жениться по полной форме. Если вам господин Крони в целом безразличен, ждите, так сказать, погоды у выхода из пещеры…

— Совсем нет, — запротестовала Нора. — И чем дальше, тем больше он мне дорог. Просто его невозможно поймать, а я как-то слегка стесняюсь настаивать.

— Видите ли, он чересчур ответственный. Получается так: или вы смиритесь с тем, что все распланировано на пятьдесят лет вперед, я имею в виду минимум по срокам…

— Ужас, — охнула Нора.

— Тогда не допивайте чай, — хитро подмигнул посол. — Порушьте его планы хоть сегодня. До утра мой скорпион не вернется из леса. А когда он закончит валить сухостой, мы поедем в столицу неспешно, и господин Крони прекрасно отдохнет по дороге. Нора, если вы не сломаете его планы, он сломает вашу жизнь. Извините за грубость, но я слишком давно его знаю. Вы — последний шанс на нормальную жизнь для этого… гхм… человека.

Гном решительно развернулся, шурша костюмом по стенам и усердно прижимая к бокам локти. Открыл дверь в столовую и с порога взялся раскатисто излагать подробности юности славной королевы Тафи, столь важные с недавних пор для генерала. Речи вести посол умел, слушали его охотно, так что про Нору и не вспоминали.

Крыса обнаружился в комнате для гостей, он уже успел раздеться, нырнуть под одеяло и забыться самым сладким сном. Из которого выбрался нехотя и в полном недоумении. Его решительно толкали в бок и даже, странное дело, ругали.

— Крыса, подъем! Это я, твой сыр. По слухам — сплошной.

— Нора, что-то серьезное случилось? — Советник заподозрил угрозу своим неспешным планам женитьбы после победы и уточнил: — Я сплю.

— Случилось! — тяжело вздохнула ведьма. — Еще как.

Советник сел, жмурясь, зевая и кутаясь в одеяло. Нелюбезно глянул на разбудившую его Нору. Пару раз встряхнул головой. Все же не каждый вечер будят красивые ведьмы, да еще в таком впечатляющем сплошном кружеве ручного плетения. То есть если строго учесть предметы — и рубашка, и даже накидочка имеются. Но видно сквозь них все исключительно хорошо…

— Ой, — насторожился советник. — Это что за безобразие — самоходный сыр? Нора, я вообще-то…

— Ты поцеловал мою левую коленку, давно. А правая? Ей каково? Две кастрюли супа на него истратила, и вот пожалуйста — спит! Пока я тебе не сказала, что ты мне нравишься, имела право на массаж ног, — обличающим тоном сообщила ведьма. И добавила мрачно: — Я так засохну и заплесневею, Крыса. Меня это не устраивает. Марька вон уже детям имена выбирает. Леська, мелкая хитрюга, сержанту глазки строит и водит его смотреть болота в лунном свете. А я? У меня бессонница, я ворочаюсь и думаю: на кой купила это кружево? Третий раз сюда приезжаешь и даже не изучил покрой.

— Нора, так нельзя, — расстроился советник, опасливо отползая к стенке. — Ты вообще про меня ничего толком не знаешь. Я должен рассказать, объяснить. Сделать предложение, предупредить о последствиях. Опять же вот-вот начнется большая заваруха…

— Начнется, — решительно предупредила Нора. — Ты с ведьмой имеешь дело! Не дергайся, заклятия использую, так что все равно никуда не сбежишь. Я тебе не президент, не курс акций и не финансовая система в целом, чтобы меня просчитывать. Целуй коленку, гад такой! И учти, последствия тоже должны быть.

— Нора!

— Не зли меня.

— Нора, я, по крайней мере, должен объяснить…

— Молчать! — решительно приказала ведьма. — Не можешь заклинать, уродился бездарем — терпи неравноправие. До первого солнечного лучика слова не скажешь, понял? За исключением «Нора нравится Крысе» и «сыр». Ну?

— Нравится, — обреченно кивнул советник, попытался сказать незапланированные слова, не смог и тихо рассмеялся. — Нора…

Попробовал еще раз упрямо выговорить что-то необозначенное и зашипел от возмущения. Упомянул три раза сыр, который тоже нравится. Виновато пожал плечами и с возросшим интересом изучил кружево. Видимо, оно выглядело куда сложнее финансовой системы, поскольку потребовало детального исследования. Как и несчастная правая коленка…

Нора прикрыла глаза, мысленно похвалив себя за оригинальный выбор заклинания. В конце концов, ей мешает уважение к этому человеку. Он слишком умный и интересный. Ему мешает что-то менее понятное — впрочем, тайны вокруг Крысы не переводятся. А если ограничить набор слов до минимума, можно прекрасно исключить посторонние темы. До самого утра советник самозабвенно бормотал про сыр все более восторженным тоном. И, надо признать, в сыре он, крыса такая, разбирался.

Солнце взялось карабкаться к горизонту, по мнению Норы, очень рано и некстати. Советник дождался окончания срока действия заклинания, задумчиво улыбнулся и поцеловал Нору в ухо.

— Давай ругайся, — расстроилась ведьма.

— Крысе нравится сыр, — сообщил мерзкий тип и пару раз энергично кивнул.

— Что, другое не выговаривается, не сработало? — забеспокоилась Нора.

— Сработало, — фыркнул Крыса. — Просто не по плану все это. Я даже не сказал тебе, как меня зовут на самом деле. И кто я.

— Ты безнадежно организованный тип, — посочувствовала Нора. — Глупости планируешь и планируешь. Скажи лучше, когда приедешь обратно?

— Не знаю. Видишь ли, мы отправляем Гила к маме, в Тампу, не случайно. По моим оценкам, через две-три недели возможен настоящий взрыв, во всех смыслах этого слова. И что с этим делать, я пока не придумал. За лето мы кое-как предотвратили три десятка попыток убить посла гномов, разрушить грызлотракт или отравить скорпионов. Все это были мелочи, проба сил, прощупывание. Прекратились они две недели назад. И мне не нравится тишина. Очень не нравится. В Альянсе действует целая сеть людей, подчиненных некоему общему интересу и имеющая руководителя. Он мне неизвестен.

— А если искать через ведьм?

— Все испробовали, — решительно качнул головой Крыса. — Я вычислил и знаю примерно треть важных лиц из верхушки, скажем так, заговора. Но этого мало. Потому что у них все равно получается задуманное. Корпус дагов расформирован, да? Все так полагают. Но самые опасные подразделения лишь сменили название. Три наиболее крупные движутся к столице, их переместили на новую зимнюю базу. Ведьмы-нелегалки опять концентрируются в пригородах. Кто-то наблюдает за приютами «Рыжего солнышка». Посольство гномов под контролем. Много всего.

Крыса сел, виновато вздохнул, для профилактики новых угроз и заклинаний поцеловал свой «сыр» в плечо и стал одеваться, продолжая рассказывать, как трудно понять, отчего южные приморские провинции не желают слышать о товарах из-за Барьера. Что у границ кто-то сеет слухи о скорой агрессии и пугает все тем же — эльфами и кровавой резней. Что появились слухи: гномам скоро отомстят за их доброту к Альянсу, а грызлы очень опасны — они подточили грунт под столицей, город может просесть и вообще сгинуть в огромных провалах.

Слушать Норе было не очень страшно, зато интересно. Смотреть Крысе в спину — вообще замечательно уютно. Тут, возле него, никто не посмеет обидеть. Это странное чувство окончательной и полной защищенности посетило Нору еще вечером, едва руки советника обняли ее плечи. И дело не в том, что с ним тепло и хорошо. А в чем-то ином, более глубоком.