Убить эльфа - Демченко Оксана Б. - Страница 70

Нора подхватила с вешалки плащ и застучала каблучками, направляясь к выходу. Сапоги из змеиной кожи — прелесть, очередной раз улыбнулась она. Из остатков материала Эньо соорудил сумочку. Добрейший он человек, хоть и работает с капризными и богатыми клиентками. И никогда не делает работу плохо, неудачно. Вот Эрика увидит сапоги — станет хмуриться и даже, может быть, кусать губу. Но промолчит, сапоги не похвалит. Зато потом уйдет в соседнюю комнату — срочно звонить Эньо…

Сержант распахнул дверцу своего вездехода и вежливо помог забраться в высокое кресло пассажира. Нора отметила, что машина у Тима чистенькая и ухоженная. Ничего лишнего, все на местах и все в полном порядке. Просто идеальный будет адъютант. И ведет хоть и довольно быстро, но плавно и — немыслимое дело для дага — не нарушая правил. Интересно, как его Крыса нашел? Не всезнающий же он, а вот умудряется.

— А почему тебе тот мужик, в баре, стал помогать? — попробовала выяснить подробности Нора.

— Да я натворил тама маленько, — покаянно вздохнул сержант. — Придумал, что мине уволят, если шибко напиться. Ну и погулял у них пару разов, значится. Самогон — гадость несусветная. И пить его много надобно, чтоб пробрало. Я старался. На мине слабо действует. А потом все ж проняло. Два месяца за мебель расплачивался. Полиция шибко ругалася. Рапорт в город писали, чтоб мине наказать. А все одно, не уволили.

— Понятно, — прищурилась Нора. — Хорн ему подкинул идею. Или еще кто-то. Удачно, что ни говори. Тим, у тебя остались долги? Придется выплачивать.

— Нету, — сержант нахмурился. — Вообще у мине дети есть. Надобно было сразу госпоже Алесии указать. Пять голов.

Нора отвлеклась от изучения дороги и заинтересованно глянула на сержанта. Пять голов… Ничего себе, довесок! И, наверное, подруга в дополнение. Вряд ли дагу в столь низком звании положена комната и разрешение на брак.

— Дети маленькие?

— Старшему двенадцать, — отозвался Тим. — Я подмоги попросил у людев и составил рапорт по всей форме, чтоб их пристроить, значится. Пацанов хотели в учебку взять, двоих. Третий больной, он им без надобности. Девчонок, сказали, на кухню, в клуб. Я сходил глянул, что тама за клуб. Малость порядку навел. Но детей туды все одно — нельзя. Испортят.

— Погоди! А что за дети-то? — начала догадываться об ошибочности своих скороспелых выводов Нора.

— Ничейные. Я их подкармливал, зимой в караулку запускал. А что еще я могу? — расстроился Тим. — Совсем ничейные, генерал.

Нора нащупала телефон. Дозвонилась Алесии и стала выяснять, можно ли пристроить пятерых в ближний колледж. Обязательно всех в один. Сержант слушал, энергично кивал и по ходу разговора излагал детали — возраст, имена, сведения о здоровье. Выглядел он окончательно счастливым. Не ошибся в новой начальнице: она и правда помогает ничейным. И всем, а не только годным, как в корпусе дагов.

Майор, начальник Тима, обнаружился прямо у входа на территорию части дагов. Он стоял с самым решительным видом, за спиной сплошным двухметровым ужасом мышц высились пара огромных сержантов, вдвое крупнее Тима каждый. Не иначе, история про юридически грамотного мужика и его доброту достигла начальственных ушей… Три пары глаз с самым благожелательным и жадным изумлением изучили сапоги из змеиной кожи, довольно короткую юбку, облегающий жакет. И резко погрустнели, едва Нора представилась. Воевать с черными ведьмами здесь не собирались. Да и с сержантом Дэлли, кажется, не очень хотели, несмотря на явное свое преимущество — численное и в массе тела.

Тим торжественно вручил прошение, сдал ключи и замер, ожидая решений и распоряжений.

— Кто вам позволил переманивать моих людей? — возмутился майор, зыркнув на Тима. — Порву эту гнусную бумаженцию и выброшу. Так и знайте. Сержант, марш в казарму. С тобой я потом разберусь.

— А что, у нас в армии уже принято орать и распоряжаться в присутствии генерала? — лениво удивилась Нора, без спешки разминая пальцы. — Вот новость-то! Та-ак… вы, двое, кру-гом, марш в казарму. А вы, майор… Чисто в целях профилактики соблюдения субординации постоите тут до утра. По стойке «смирно». Молча постоите и подумаете. Тим, у тебя семь минут на сборы. Форму оставить в казарме, гражданское мы по дороге купили.

— Слушаюсь, — рявкнул сержант и умчался со скоростью, способной вызвать, наверное, зависть у эльфов.

Водители двух машин такси, нанятых на окраине города, с восхищением наблюдали редкостную сцену. И запоминали до мельчайших деталей, чтобы потом пересказать всем знакомым. Еще бы! Ведьма приехала, построила дагов, и ни один не пикнул в ответ. А что им оставалось? Не кто-нибудь распорядился, сама Нора Эрс. Городская, которую забрал в свою службу, по слухам, чуть ли не президент…

Телефон на руке нехотя дернулся, отмечая вызов чужого человека. Нора с неприятным предчувствием поднесла трубку к уху.

— Ты что, совсем рехнулась на вседозволенности? Я тебя вывел в люди, я же и зарою. Поняла, детка? — тихо и медленно, с трудом сдерживая крик, выговорил генерал Шакир. Чуть помолчал и сменил тон: — Мальчишка мне нужен. Он прирожденный инструктор и глуп, как полено. Зачем тебе убогий, оставь его и не будем ссориться. Ты плохо представляешь себе, что я могу. Я испорчу жизнь всем, кто тебе дорог. Слышала? Всем! И только потом займусь тобой.

— Ты вообще-то говоришь с ведьмой. — Нора ощутила, что едва сдерживает себя, шевельнула пальцами, ставя заслон от подслушивания, и заговорила громче: — Не доводи меня до греха.

— Ты не единственная ведьма в Альянсе, — презрительно рассмеялся Шакир. — У меня есть полная защита. И сейчас — тоже.

— Личная преданность, а, зайка? — оскалилась в улыбке Нора. — Ну-ну…

И стала кое-как привыкать дышать сквозь свою злобу, плотную и душную, беспросветно-черную, требующую выхода в форме веского, наполненного силой пожелания. Еще вдох-выдох, остужаем гнев до контролируемого уровня, успокаиваемся… Фиксируем руки: нечего им плести втихую проклятие, пока не активированное, но уже мощное. Улыбаемся без скрежета зубов и говорим спокойно, как подобает взрослому человеку, постепенно убедила себя Нора.

— Я не единственная ведьма. Но я — лучшая, — вымолвила она, гордясь ровностью тона. — Уймись, ничего такого страшного и дурного я не делаю. А защита… Зайка, икота — моя любимая шутка. Милая, безобидная и простая. Первый курс колледжа.

— Ык…

— А ты говорил — защита, — посочувствовала Нора мягким и ласковым тоном, вполне достойным бесподобной и опытной Эрики. — День впереди длинный, зайка. Пусть твоя новая подружка попрактикуется в работе ведьмы, снимет воздействие. Ей пойдет на пользу. Точнее, им обеим. А ты шалун, генерал. Две ведьмы сразу — и обе лично преданны… Захочешь обсудить мои способности — звони. И запомни: тронешь моих родных, тех, кто мне дорог, икотой не отделаешься. Сегодня же займусь этим. Называется у нас, у ведьм, «заменитель совести». Сгрызает печень быстрее цирроза. Усвоил?

— Ык… Стерва!

— Знаю. Спасибо, что заметил. Между прочим, давно пора было усвоить: я больше не детка, я выросла. Так сказать, твоими стараниями воспитана… А ведьм ты на сей раз себе подобрал совсем негодных. Смотри, как бы им не надорваться, занимаясь мною. Ведь уже потеют, а я ровным счетом ничего не предприняла. И еще. Мой браслет с заклинанием защиты до сих пор носишь? Тот, что тебе выдала Марша, когда мы ловили эльфов у Барьера. Руку не жжет?

— Гнусная… ык… грязная…

Нора тряхнула волосами и устроила на руке телефон, снова ставший браслетом. Огляделась, словно Крыса мог прямо сейчас оказаться рядом и посоветовать что-то полезное. Или прикрыть спину. И погладить шею, скованную болью. Сдерживать гнев иногда труднее, чем выпустить его на волю. Интересно, Шакир вообще понимает, что выжил только что исключительно благодаря курсу самоконтроля, преподаваемому лично Эрикой Рос? И еще благодаря книге королевы, само собой.

Тим уже вернулся, смешной и почти незнакомо выглядящий в своей нынешней измятой гражданской рубашке не по размеру. Брать вещи пришлось наспех, в первом попавшемся магазине для полных. Все, что годилось на плечи, мешком висело на животе — тучные люди ничуть не похожи сложением на бывшего сержанта. Нора улыбнулась ему, оглянулась на окаменевшего навытяжку майора. Дернула плечом, снимая заклинания неподвижности и тишины.