Пламя страсти - Лей Тамара - Страница 63

Но может ли она сама помочь себе? Женщина задумалась, оценивая ситуацию, но так и не нашла выход из положения.

— Спасаться бегством не имеет смысла. Вы быстро догоните меня. Я знаю, что вы задумали убить меня, и ничто не изменит вашего решения.

Несколько мгновений Иво пристально смотрел на нее, затем подъехал ближе и остановил коня рядом с ее лошадью.

Джослин отчаянно хотелось пришпорить кобылу и помчаться прочь от этого опасного человека. Но, осознавая, что теперь, когда расстояние уже не разделяло их, как раньше, ей не спастись, вдова не двигалась с места.

Тем временем Иво, наклонившись к своей жертве, дохнул на нее парами крепкого вина.

— Даже я понимаю, что вы, Джослин, не сдадитесь легко. Покажите, что вы прячете под накидкой.

Сколько же он выпил? И как долго вино будет действовать на него? И удастся ли ей воспользоваться его состоянием? Подумав, она решила тянуть время.

— Почему бы вам не убить меня сразу? Иво вынул кинжал из ножен.

— Вы умрете не сегодня, — вполголоса вымолвил он. — Как я уже говорил, сначала я намерен получить принадлежащие мне деньги. Но мне вряд ли удастся прибрать их к рукам, если вы умрете.

Разумеется. Как же она не догадалась раньше?

— Значит, вы собираетесь потребовать за меня выкуп?

Проведя пальцем по острию клинка, бывший священник посмотрел на нее.

— Если не ошибаюсь, сегодня или в крайнем случае завтра утром в Эшлингфорд приедет мой племянничек-ублюдок, не так ли?

— Вы же прекрасно знаете, что так.

Иво самодовольно усмехнулся.

— Знаю. Все складывается как нельзя лучше. В противном случае пришлось бы ждать, пока за ним пошлют гонца. — Неожиданно мужчина нахмурился. — Он ведь отдаст мне деньги, правда, Джослин? Как вы думаете? Я хочу сказать, достаточно ли сильно ему нравится то, что у вас между ног, чтобы он согласился заплатить за это и вернуть вас в свою постель.

Женщина чуть не выпалила, что они с Лаймом не были близки, как полагал Иво, но, боясь рассердить его, промолчала.

Он мечтательно вздохнул.

— Да, Уильям непременно отдаст мне деньги. А когда я, наконец, получу их… — об остальном Иво предпочел умолчать.

Теперь молодая вдова не сомневалась в том, что дядя Мейнарда убьет ее, как убил бы в ту ночь в саду, когда пытался заставить Эмму отдать золото и записи. Она жива только благодаря сэру Хью. Джослин с трудом проглотила ком, застрявший в горле. Единственным утешением служило то, что сегодня в ее распоряжении больше времени, чем в прошлый раз. Но что же ей делать?

— Ну, ну, не скромничайте. Распахните накидку, — нетерпеливо приказал Иво.

Наклонив голову, чтобы раздвинуть полы шерстяного плаща, женщина нечаянно задела подбородком брошь, скреплявшую края. Вот и спасительный выход! Теперь Джослин знала, что делать. Конечно, брошь вряд ли можно использовать в качестве оружия, но и она могла пригодиться. Вдова отстегнула брошь, оставив ее открытой, затем сбросила накидку с плеч.

Трудно сказать, ожидал ли Иво, что она с такой готовностью выполнит его требование, однако следующие слова он сказал как ни в чем не бывало.

— Как поживает Оливер? — поинтересовался он, окидывая женщину похотливым взглядом с головы до ног.

Она мгновенно поняла, что Иво заговорил об Оливере неслучайно. В его голосе уже не звучал прежний сарказм. Судя по всему, он искренне интересовался мальчиком.

— Хорошо, — ответила молодая мать, напряжено прислушиваясь к голосам приближавшихся рыцарей. — Ему недавно исполнилось три года. — Опустив руку так, чтобы мужчина не заметил, она повернула брошь острием вверх.

— Значит, он стал ближе еще на год к баронскому титулу, — вполголоса проронил Иво. — Неужели этим вы собирались защищаться? — Он вынул из ножен ее столовый нож. — Интересная и в то же время бесполезная вещь.

— Если бы я могла, я бы перерезала им ваше горло, — вспылила Джослин, чувствуя, что теряет самообладание.

Однако бывший священник, напряженно следивший за приближением всадников, пропустил ее замечание мимо ушей.

— Ага, они уже недалеко. Немного поздновато, не так ли?

Не оглядываясь, женщина определила по стуку лошадиных копыт, что рыцари подъехали достаточно близко, чтобы прийти ей на помощь. Ей оставалось лишь увернуться от смертоносного кинжала Иво.

— Садитесь на моего коня, — неожиданно приказал он, протягивая руку. — Быстро!

Нет, она не собиралась сдаваться, по крайней мере живой. Всем видом выражая готовность, Джослин повернулась в седле и подняла руку так, словно намеревалась взяться за его руку. Не успел Иво рассмотреть, что она прячет в ладони, как вдова размахнулась и изо всех сил вонзила булавку в круп коня.

Как она и рассчитывала, животное отреагировало немедленно: протестующе заржав, жеребец шарахнулся в сторону. Не теряя времени, Джослин пришпорила свою лошадь и поскакала прочь. К счастью, кобыла быстро повиновалась воле наездницы, унося ее от рассвирепевшего жеребца и грозно сверкающего кинжала Иво.

Услышав за спиной пронзительный крик, женщина невольно оглянулась и на долю секунды встретилась взглядом с Иво. В его глазах застыло выражение удивления и гнева. Казалось, коварный священник никак не мог поверить в то, что ей удалось обвести его вокруг пальца во второй раз. Вцепившись в гриву жеребца, он отчаянно пытался удержаться в седле. Но его попытка не увенчалась успехом: обезумев от боли, конь поднялся на дыбы, стараясь сбросить наездника. В следующее мгновение Иво рухнул на землю.

Джослин повернула лошадь обратно. Некоторое время она стояла ожидая, что Иво вот-вот поднимется. Однако он продолжал неподвижно лежать и не сдвинулся с места даже тогда, когда его окружили рыцари.

Затаив дыхание, женщина не сводила с него глаз. Неужели дядя Мейнарда упал так неудачно, что сломал шею? Неужели он мертв? Она предпочла бы держаться на расстоянии даже от мертвого Иво, но, обуреваемая страхом и любопытством, пришпорила лошадь и подъехала ближе.

— Вы не пострадали, моя госпожа? — осведомился сэр Грегори, когда она поравнялась с ним.

— Нет, — ответила Джослин и перевела взгляд на тело священника, беспомощно распростертое на земле.

Иво был еще жив, но уже смотрел на мир затуманенным взором. Смертельно раненный, он, медленно оторвав глаза от неба, взглянул сначала на одного из рыцарей, затем на Джослин. Его губы изогнулись в горькой усмешке.

— Посмотрите, что вы наделали, — с трудом выговорил он.

Джослин, осознав, что это она убила его, внутренне содрогнулась. Боже, но она ведь только защищала свою жизнь! Растерявшись, женщина почувствовала, что голова пошла кругом, а к горлу подкатил ком. Она никогда и мысли не допускала, что на ее плечи ляжет ответственность за смерть человека!

— Но вы не оставили мне выбора, — еле слышно вымолвила вдова.

— Неужели я действительно заслуживаю смерти, Джослин?

Тяжело вздохнув, она вскинула голову.

— Теперь по крайней мере вы уже никому не сможете причинить зла.

На несколько минут Иво устало закрыл глаза, потом, подняв тяжелеющие веки, снова обратился к Джослин:

— Вы можете выполнить мою последнюю просьбу? — с трудом переводя дыхание, прошептал он.

Женщина промолчала ожидая, пока умирающий не скажет, чего именно он хочет.

— Когда Оливер подрастет, передайте ему, что я его любил. Все, что я делал, я делал ради него, ради его будущего. Вы расскажите ему, Джослин?

Вдова будто окаменела.

Иво любил Оливера?! Она не могла поверить в то, что этот человек был способен кого-нибудь любить. Да, дядя Мейнарда действительно проявлял заботу о мальчике, но любил ли он его? Нет, Джослин не имеет права возлагать тяжесть за содеянное им на Оливера.

— Сожалею, — ответила она, решительно тряхнув головой, — но я не в силах выполнить вашу просьбу.

Иво раздраженно поморщился, его ноздри гневно затрепетали.

— Шлюха! — сдавленным голосом воскликнул он. — Это ты должна лежать здесь, а не я.

Джослин невольно вздрогнула, представив себя на месте умирающего. Перед глазами замелькали круги, к горлу подступила тошнота. Как хорошо, что она сидела в седле! Иначе бы ее ноги подкосились и она как подкошенная рухнула бы на землю.