Тан Сяо-си в бухте кораблей, отплывающих завтра - Вэнь-цзин Янь - Страница 2

Сначала он только осторожно погладил стекло. А ведь время и в самом деле живёт, наверное, внутри. Ишь ты, стучит, словно сердце. Кругом никого нет, и Сяо-си, осмелев, взял будильник в руки.

Он вертел его и так, и этак, тщательно разглядывал звонок, стрелки, ключ завода. «И как только время ухитрилось забраться сюда! Интересно, а что там ещё внутри? ..» Но нет никого, кто бы ответил на вопрос Сяо-си. Слышно лишь, как тихонько тикают часы: «Тик-так, тик-так, тик-так!..»

Тогда он решил открыть крышку и хорошенько разобраться во всём, но, вспомнив о сердитом виде сестры, тут же отказался от своего плана.

«Ну, ладно, проверю только звонок, — успокоил он себя. — Ведь от этого с будильником ничего не случится. Разве можно считать это баловством? ..»

Сяо-си перевернул будильник и взялся за ключ. Но он очень тугой и не поддаётся. Пришлось попробовать другой. С этим ему удалось справиться, но звонок по-прежнему молчал. Оставался ещё ключ в центре. Дошла очередь и до него.

Хм, странное дело! — недовольно бормотал Сяо-си.— сколько ни стараюсь, — никакого толку!»

И ту же минуту неожиданно будильник залился громким н прерывистым: «Дин-лин-лин-лин, дин-лин-лин-лин!..»

Сяо-си подпрыгнул от испуга и, вконец озадаченный, запив, что сестры нет дома, быстро поставил будильник и стремглав выбежал из комнаты. А вслед ему несся оглушительный звон, словно часы специально решили рассказать тем, что Сяо-си плохо себя вёл.

ГЛАВА ВТОРАЯ, ГДЕ ПОЯВЛЯЕТСЯ ЧЕЛОВЕЧЕК ИЗ БУДИЛЬНИКА

 Сяо-си вовсе не ошибался. Время действительно жило внутри будильника. Оно было необыкновенно маленьким человечком. Сяо-си убедился в этом в субботу вечером, спустя несколько дней.

Ещё с утра мама купила для Сяо-си и Сяо-мэй билеты и кино, чтобы после обеда они пошли посмотреть фильм «Чёрный медведь спасается от гибели», в котором действуют куклы. Сяо-си ничего не знал об этом и сразу после школы отправился с двумя товарищами в магазин марок. Там они пробыли совсем немного: только успели купить марки и сразу же пошли домой. По дороге они тоже нигде не задерживались, лишь на минуточку останавливались перед несколькими витринами.

Просто непонятно, как и получилось, но, когда Сяо-си пришёл домой, было уже больше шести. Мама выглядела страшно сердитой. Оказывается, сестра уже успела нажаловаться, что школьные дела Сяо-си совсем плохи. Мама, конечно, тотчас потребовала дневник. Так и есть. За последние две недели Сяо-си не получил ни одной пятёрки. Правда, по родному языку он ещё умудрился как-то получить четыре, но против «упражнений по арифметике» опять красовалась тройка. Поэтому мама не пустила Сяо-си в кино, а велела до девяти часов сидеть над задачами.

Сестра решила успокоить огорчённого Сяо-си, но вышло так, что, увлёкшись, она опять стала поучать его. Поставив будильник на стол Сяо-си, она забубнила: «Сегодня вечером я разрешаю тебе пользоваться моим будильником. Ты должен быть сознательным и справиться со всеми задачами точно к девяти. Это будет для тебя вроде испытания. Пойми же хорошенько, что только из-за твоей нерадивости ты лишился сегодня удовольствия посмотреть картину. Ты должен приложить все усилия и...» Она всё больше входила во вкус и, если бы не опасение опоздать в кино, неизвестно, когда бы кончились её наставления.

На сердце у Сяо-си было совсем не радостно. Случись та-кое-прежде, он давно бы уже принялся спорить и доказывать, что ни в чём не виноват. Но сейчас мама рассердилась не на шутку и бесполезно уговаривать её. Когда дверь за сестрой захлопнулась, Сяо-си волей-неволей пришлось сесть за стол.

Несколько раз сладко зевнув, он нехотя придвинул к себе тетрадь и лениво стал выводить: «Продуктовый магазин получил вчера 165 мешков с бобами...»

Едва дописав первую фразу, он остановился. Мысли пи как не желали слушаться его и отказывались проникать за дверь магазина. В то же время они как-то совершенно незаметно перенесли его в зал кинотеатра. Сяо-си даже казалось, что он ясно видит, как на экране появляется толстый и неуклюжий чёрный медведь, который, подражая людям, встаёт на задние лапы и, переваливаясь, медленно идёт по дороге, пускаясь иногда в пляс. А вот и другие куклы. До чего же смешны и забавны! То дерутся между собой, то весело кувыркаются. Но дальше, как Сяо-си ни старался, ничего увидеть не мог.

От ребят он слышал, что фильм «Чёрный медведь спасается от гибели» очень интересный, и давно уже просил маму купить на него билеты. И вдруг всё кончилось так неожиданно. Удастся ли когда-нибудь посмотреть картину? На душе у него сделалось совсем грустно. Он подумал о сестре, которая одна сидит сейчас в кино, и словно услышал её весёлый смех. Потом вспомнил, с каким видом она только что ругала его.

Сяо-си вырвал чистый листок из лежавшей перед ним тетради и начал рисовать сестру. Стараясь досадить ей, он превратил её в настоящего урода. Прежде всего досталось рту Сяо-мэй: он выглядел необычайно большим и растянутым. Это означало, что сестра любит всегда говорить другим гадости. Затем он нарисовал ей длинный и острый нос, показывая, что Сяо-мэй опасный человек и её следует остерегаться. Однако Сяо-си остался недоволен: совсем не чувствовалось сходства. Хотя у сестры и вправду был тонкий нос, но вовсе уж не такой, как на рисунке. Пришлось взяться за резинку, а потом нарисовать снова. Кончилось тем, что нос сделался ещё острее и совершенно чёрным.

Немало потрудился Сяо-си и над тем, чтобы украсить голову сестры копной спутанных волос, напоминавших воронье гнездо. Боясь, что другие могут не узнать сестру, Сяо-си сбоку приписал: «Это Сяо-мэй». Теперь наверняка никто не ошибётся! Подумав немного, Сяо-си провёл ото рта две полукруглые линии, а внутри их наставил множество точек. Нетрудно догадаться, что это изображало слова сестры, которые потоком выскакивали из неё, когда она поучала других.

«Тик-так, тик-так, тик-так...» — удивительно отчётливо вдруг донеслось из будильника. Сяо-си поднял голову: шесть часов пятьдесят семь минут. Вот так штука! Ещё три минуты — и будет семь, а у него даже условие первой задачи не дописано. Придвинув тетрадь, он торопливо заскрипел пером: «... получил мешки с рисом, число которых...»

Но тут он вспомнил о купленных сегодня венгерских марках. «Да уж не потерял ли я их?» Он моментально вытащил из кармана пакетик с марками и тогда только успокоился.

Затем он начал любоваться марками. До чего же хороши! Вот красота! В прошлый раз он хотел выменять у Ван Те-со одну марку за две японских, но тот не согласился. А сейчас и у него есть венгерские, да ещё целая серия. Пусть Ван Те-со и не пробует теперь просить у него японские марки! Завтра все увидят, у кого венгерские марки лучше.

Он достал из ящика альбом с марками и стал перелистывать. Ему показалось, что марки разложены слишком беспорядочно, и он тотчас принялся заново распределять их. Однако куда отнести эту? Вот так задача! Ну, а эти какой страны? Сколько голову ни ломал, а пришлось сунуть марки как попало обратно в альбом.

«Тик-так, тик-так, тик-так!..»

Часы не переставая подгоняли Сяо-си. Он глянул и не поверил своим глазам: половина девятого. Быстро схватив ручку, Сяо-си заторопился: «.. .в 8 раз больше, чем с бобами, а всего получено риса...»

В ту же минуту взгляд его задержался на портрете сестры. Он вдруг ясно увидел, что Сяо-мэй имеет очень много общего с их преподавательницей по арифметике. «Ну и вредная эта учительница Ван! Только и знает, что злиться. Сестра тоже не успокоится, пока не отругает меня». Правда, кос в чём они и отличаются. Учительница, например, часто надевает очки, а на сестре ему ещё ни разу не приходилось видеть их. Сяо-си подумал: нужно пририсовать Сяо-мэй очки, тогда она больше станет похожа на взрослого человека. «Правильно, правильно! Ну и здорово будет!» Довольный собственной выдумкой, Сяо-си моментально приступил к делу, заливаясь радостным смехом.

Взявшись за карандаш, он уже был не в силах расстаться с ним. Вслед за очками рядом с сестрой появился чёрный медвежонок, за ним вырос оловянный солдатик, потом наступила очередь собачки, утёнка и, наконец, множества деревянных кукол... Сяо-си нарисовал их столько, что хватило бы на целое кукольное представление.